Сознайся - Анджела Корн

— И что? Я ведь дала понять, что не заинтересована! Что оба брата меня не волнуют. И вообще, откуда ты знаешь Кантера? Ты же его и не видела. Или видела? Ты что-то скрываешь? Что я не знаю? Ты знакома с ним? Мари? Он нравится тебе? — округлила глаза, наконец, понимая, что происходит, — ты, озабоченная сучка, запала на этого смазливого богатенького извращенца?

— Иди в зад, Элизабет Купер! Тебя это не касается! — огрызнулась Мари.

— Кто ты? И что ты сделала с моей подругой? Немедленно верни её назад, она должна мне денег!

— Я не отдам тебе те триста баксов. Фактически, это меня тогда угощал тот синеглазый брюнет. Ты сама должна была платить за свои напитки.

— Ну, адвокат в тебе сообщает, что в глубине все же прячется моя подруга. Но насколько глубоко, что она смогла повестись на Трампла?

— Отлично! Хорошо! Я скажу тебе! Меня он тоже пытался очаровать. И нежно. И нагло. Фактически, он очаровал меня. Я, блин, ему дала. И это было прекрасно. Никаких извращений! Ну, если учитывать, что я сама озабоченная стерва, то меня все более чем устроило. Все восемь раз. Не смейся, Лиззи! Это были самые прекрасныетри дняв моей жизни! Мне самой не верится, что говорю это. Я такая идиотка.

— Стой. Подожди. Рассказывать, что ты идиотка, будешь позже. Я и так это все знаю. Но, Мари, когда?

— Через три недели после подписания тобой с ними контрактов. Он пришёл к нам в офис в поисках Джордана. Они дружат. Я даже сначала засмеялась, когда узнала, что один из близнецов, про которых ты столько щебетала, появился в нашем офисе. Вышла на него посмотреть и… Не знаю. Мы встретились взглядами, и я пропала. Черт. Я реально завелась от одного взгляда на него. Я не знаю, что произошло, может, чертова химия!

— Почему молчала?

— Потому что невозможно слово вставить, когда ты во всех подробностях рассказываешь, какие они мерзкие. Ничего не знаю про его брата, но Кантер не такой.

— Это я уже слышала. Где твои мозги?

— И это говоришь мне ты? Ты вышла пьяной замуж за бабника вашей компании! Ни тебе меня судить, Лизз.

— Я не осуждаю. Я не могу понять, почему ты мне не рассказала. Я, конечно, сучка, но ты для меня один из самых дорогих людей. Я бы вместе с тобой порадовалась горячему сексу или заточила ножницы, как только узнала, что он бросил тебя. Он бросил тебя? — ляпнула я, хватаясь за сердце, — он бросил мою самую сексуальную и грязную девочку?

Мари засмеялась, но достаточно быстро снова приняла страдальческий вид.

— Он после этого не звонил.

— Какого черта?! И ты просто приняла это?

— За кого ты меня принимаешь? Нет, конечно. Я пришла к нему в офис, ворвалась в его кабинет и, — она замолчала, резко закрыв глаза. Я взяла Мари за руку.

— Что?

— Он стоял, облокотившись на стол, а какая-то блондинка отсасывала ему, стоя на коленях. И, знаешь, что самое отстойное?

— Что?

— Он спокойно посмотрел на меня и спросил, не желаю ли я присоединиться к ним.

— Нет…

— Да, — сжала сильнее мою руку Мари, и подняла глаза к потолку, стараясь не заплакать.

— Куколка моя, ты же не влюбилась в этого осла?

— Он не осел. Хотя, кому я вру? Он козлина. И он мне ничего не обещал. Но от этого не легче. Тебе он хотя бы подарки дарит, а мне даже не звонит.

— Я в шоке.

— Кстати, этот браслет, что тебе понравился… Ну, это не я купила его. Это Кантер мне его подарил.

— Мне странно даже слышать его имя из твоих прекрасных уст. И после этого ты раздвинула перед ним ноги?

— Не совсем так. В первый раз он так резко нагнул меня, что я даже не успела расставить ноги.

Мы посмотрели друг на друга и засмеялись.

— Он хоть добивался тебя, куколка, или стоило ему показать член, и ты растаяла?

Мари хлопнула меня по ноге ладонью, поднимаясь с места.

— Какая же ты дура. Он ухаживал за мной почти две недели: звонки, милые подарки, конфеты. Он даже несколько раз встречал меня утром у офиса, со стаканчиком мокачино.

— Мокачино! Это так романтично, с его-то миллионами.

— Заткнись.

— Ладно.

— А потом я согласилась с ним поужинать. В Эстреле.

— Показушник.

— Как бы там ни было, но я окончательно растаяла. И, — она посмотрела на меня, поднимая брови и улыбаясь, — я потащила его в туалет и набросилась на него.

— Ах, ты грязная девчонка!

— А потом мы поехали к нему. Я всетри днябыла с ним, он подарил мне этот браслет. Говорил, что ему надоели короткие интрижки, что во мне он нашёл все, что искал. И я поверила. Я полная дура, да?

— Нет. Это он придурок, раз упустил тебя.

— Спасибо.

— Хватит хандрить. Тебе не идёт. Он реально идиот! Посмотри на свои формы, на свои губы! Ты любишь и умеешь трахаться! Да и с мозгами у тебя все более чем хорошо. Да я бы сама тебе дала и не раз, если бы не была натуралкой.

— Я люблю тебя, — улыбнулась Мари и начала плакать.

— И я тебя, моя куколка! — прошептала я, обнимая подругу. Я все еще была в шоке, но переживала за Мари, хотя и думала, что она свихнулась. И, конечно же, я тоже стала плакать. Чертовы слезные каналы! Теперь нас не остановить, мы будем рыдать всю оставшуюся ночь!

— Знаешь, если ты хочешь вернуть этого мудака, я знаю, что делать.

— Что? — посмотрела щенячьим взглядом на меня Мари.

— Он, как и его брат, любит сильных баб. Я серьёзно. Их это явно заводит. Ты должна стать сучкой. Я имею в виду, ещё большей сучкой, чем есть. Не в обиду. Ты раскисла, расслабилась, и он почувствовал это. Надо показать этому идиоту, что у тебя яйца больше, чем у него. Он потому и клеится ко мне — я не даю ему шанса. Давай и ты поиграешь в мамочку?

Мари засмеялась, качая головой.

— Зачем играть? Я ведь и так стерва. Но ты права, он смог пробить бронь и почувствовал это. Я подумаю, как заставить его оказаться у моих ног.

— Вот это моя девочка, — снова обняла подругу, — я люблю тебя.

— И я тебя, — сказала Мари и шмыгнула носом. И все началось снова: мы зарыдали, как выпускницы, покидая отчий дом. Слезные каналы — это зло!