Сознайся - Анджела Корн

Лиззи

Какой прекрасный день! Мне сегодня дали выспаться! Мне сегодня не нужно на работу! Я сегодня богиня лени! Подняла рубашку Томаса с пола и прижала к груди, после поднесла её к лицу и зарылась носом в хлопок. Рубашка пахла Томасом. Я любила этот запах. Я улыбалась, как дурочка, прижимая к себе вещицу, и думала о мужчине, который пробрался мне под кожу. Прошла в ванную комнату, чтобы заняться стиркой. Выгрузила из корзины грязные вещи и отнесла их к стиральной машине. Загрузила белье, насыпала порошок и нажала “Пуск”. В ответ меня приветствовала тишина. Машинка не издала ни одного звука.

— Что за черт? — я подошла к стиралке и открыла крышку. Покрутила барабан, снова закрыла дверцу, и нажала “Пуск”. И опять тишина. — Не подводи меня, милая, стирай, — взмолилась я, но стиралка проигнорировала мои просьбы. Отлично. У меня поломалась стиральная машина. Прекрасно! Я взяла планшет и набрала в поисковике “ремонт стиральных машин”, выбрала первый указанный номер и позвонила, договариваясь с мастером.

Белью не суждено быть постиранным сегодня, а потому я снова все достала и положила обратно в корзину. Посмотрела внимательно на небольшое количество и решила совершить подвиг: постирать трусы и носки вручную. Я герой, даже не знаю, почему мне все ещё не установили где-то памятник. На автомате намылила вещи, постирала и вывесила на полотенцесушитель. Отошла, любуясь своим подвигом и замерла, осматривая белье. Не может быть. Это произошло. О, Боги, я все-таки влипла!

Как угорелая, я помчалась к телефону, не боясь поскользнуться или задеть своими пальцами ножки у тумбочек и столов.

— Мари! — заорала я в трубку, как только подруга ответила на вызов.

— Черт, что случилось, Лиз? — обеспокоено закричала подруга в ответ.

— Это случилось!

— Что? Что случилось?

— Я люблю его!

— Кого?

— Чертова Томаса Кента! Я люблю его!

— Новость, однако, — засмеялась подруга, — ты, наконец-то, поняла это?

— Я серьёзно, Мари. Не будь сучкой. Я не влюблена в него, я люблю его. Господи, я действительно его люблю.

— Только не говори мне, что звонишь после очередного оргазма! Это как-то странно.

— Нет. Я стирала.

— Стирала?

— Да. Я стирала руками его носки. Понимаешь? Без брезгливости, спокойно, никто меня не заставлял. Я нюхала его рубашку, а потом стирала вручную его носки.

— Ты ненормальная.

— Я пропала, Мари. Я люблю его.

— Так чего ты так нервничаешь?

— Ведь это все. Теперь я полностью в его власти.

— Мне кажется, что он будет этому очень рад.

— Ещё бы. Но что, если наши чувства не взаимны?

— Ты полная идиотка. Я вешаю трубку.

— Что? Мари? Алло? Сучка! — рявкнула я телефону и забросила его на диван.

Никакой чертовой поддержки от подруги. Я совсем одна со своими свалившимися чувствами. Никто меня не понимает, даже Мари. А я боюсь. Господи, как же я боюсь, что не удержала своё сердце и полюбила. Чертово податливое сердце! Чертов Томас Кент!

Совершенное мною открытие никак не могло быть чем-то по-настоящему хорошим, ведь со мной редко случаются поистине отличные вещи. Или же случаются, а потом судьба больно бьет меня “по шапке”, сбрасывая с облаков обратно на землю. Я знаю, что мне хорошо с Томасом. Более того, думаю, что и ему со мной хорошо, иначе бы он уже давно убегал прочь, сверкая пятками. И, делая разумный вывод, я могу предположить, что все у нас должно получиться. Но откуда тогда эти непонятные и противные мыслишки, это ощущение подвоха? Как, черт побери, научиться полностью доверять человеку и открыться, не боясь быть раненным за свои странные чувства. Почему мне так сложно переступить через себя и признать, что без Томаса Кента я уже не смыслю жизни, как бы банально это не звучало? Почему факт моей любви не похож на быстрые взмахи крыльев бабочек в животе, а больше смахивает на поглощение Чужим всего организма: от головы, до самых пят. Неужели вся моя странность настолько сильна, что не даёт полностью расслабиться и прыгнуть в объятия любимого, веря, что он подхватит моё впечатляющее тело и крепко прижмёт к своему, вселяя уверенность в завтрашнем дне и наших отношениях? Господи! Как сложно жить! Жить и любить! Любить Томаса Кента!