Мой домовой — сводник - Ольга Горышина

Снова тишина. По всем фронтам. Сообщения от меня он тоже проигнорировал. Будь это не выходной, я, возможно, сходила бы в парикмахерскую, но искать его в квартире Марины Александровны не хотелось.

На всякий случай я все же пошла обедать пиццей. Вадим, конечно же, не пришел. Малость испугавшись, я проверила его последний заход во Вконтакте. С ним все в порядке. Не в порядке, похоже, со мной. Что Вадим понял?

Я легла спать без какого-либо понятия, что случилось. Утро тоже не сделало меня мудрее. Зато вечер преподнес сюрприз. В качестве пропущенного звонка и сопроводительной эсэмэски к нему. Что у меня на ужин? Острый нож, которым я вас, Виктор Анатольевич, прирежу. Если он нашел новую передержку для кота, я его на кусочки искромсаю!

Ключей от квартиры у Веселкина нет, поэтому забрать Чихуню в мое отсутствие он не сможет. И все равно я припустила к дому, как угорелая. Красного авто у парадной не было, но и без него у меня дрожали руки, когда я открывала входную дверь. Какое счастье, что Чихуня сразу вышел ко мне. Иначе б я поседела, ползая в его поисках по всей квартире.

— Я никому тебя не отдам!

Я с такой силой стиснула кота в объятьях, что тот вырвался и удрал. Тогда я пошла на хитрость и загремела банкой оливок. Примчался. Даже на задних лапках подтянулся ко мне. Но ставить эксперимент, ставя полную банку на пол, я не стала. Дала в ладони пару оливок и сказала — усе.

Зазвонил телефон. Ну наконец-то! Я даже на номер звонившего не взглянула. Хорошо, не набросилась на Вадима с порога.

— Ирина, так что у вас сегодня на ужин? Все еще борщ?

Я невольно улыбнулась. Настырная сволочь! Но и я не подарок!

— А вы приезжайте и узнаете. Вы же всеядны…

— Тогда позвольте уточняющий вопрос, вы кого-то еще ждете сегодня?

Ох, я бы дорого дала заполучить такой же деловой безэмоциональный голос. Может, конечно, он у него по жизни такой…

— Чихуня никуда не уходил. Так что я никого не жду.

Ответ мой прозвучал довольно нейтрально, и я осталась собой довольна.

— В общем-то это и был ответ, ради которого я звонил. Выходит, не помирились? Ничего, это мне даже на руку.

Мои нервы сдали и подкосили ноги. Я села на стул. Пусть делает, что хочет, но кота не получит!

— Бог любит троицу, верно? Я хотел попросить вас сопровождать меня первого мая на праздничный ужин.

— Зачем? — спросила я, почти перебив.

Мхатовская пауза была. Но тяжелого вздоха за ней не последовало.

— В качестве охраны. Звучит глупо, я знаю. Но порой бабы делают жуткие глупости, которые мужскому мозгу не понять.

Я не собираюсь делать никаких глупостей. Тем более, с вами. Подумала я и промолчала, давая Веселкину картбланш для доведения мысли до логического конца.

— Одна моя хорошая знакомая, по несчастливой случайности являющаяся женой моего лучшего друга, поставила себе целью женить меня на своей лучшей подруге. Улавливаете мысль? Она такая же упрямая, как и вы, Ирина. И если она что-то решила, то остановит ее только бульдозер. Сможете стать этим самым бульдозером?

Быть бульдозером — это последнее, что мне сейчас хотелось.

— У меня уже есть планы на Первое мая. Извините.

Разве это не жирная точка в разговоре? А разве это не Веселкин?

— Измените свои планы, — сказал он тихим уверенным голосом. — Я пострадал за вашу личную жизнь, теперь ваш черед.

— Страдать? — не знаю, чего мне сейчас больше хотелось, смеяться или плакать.

— Ну как бы да… Давайте возьмем синоним — помогать. Я же вам помогал налаживать отношения с Вадимом.

— Ваша помощь мне не особо помогла, — сказала я сухо, чтобы не сказать правду о том, что этой помощи я не просила. А если ее и просили, то совсем не я!

— Помогла она вам или не помогла, меня интересует постольку поскольку… Но я за нее пострадал. Как там у крокодила Гены? Будет вам плохо или не будет, еще неизвестно, а мне уже плохо… Было. И будет еще хуже, если вы не сыграете роль моей невесты.

— Кого?

— Кого слышали! У учителей прекрасный слух, я это знаю не понаслышке. Они слышат даже то, что ученики не говорят.

— Вот и я хочу услышать то, что вы не говорите. Почему вы просите об этом меня?

— Во-первых, вы мне должны, я это уже сказал. Во-вторых, вы единственная женщина в моем окружении, которая не отнесется к этому предложению всерьез.

— To есть вы так пошутили?! — я чуть не подпрыгнула вместе со стулом, на котором пыталась удержать себя в вертикальном положении.

— Знаете, я так же думал, когда меня по-приятельски предупредили о многообещающем знакомстве. Увы, это серьезно. И я серьезно сказал, что в их помощи в таком вопросе не нуждаюсь и у меня есть, с кем ужинать. Я врать не привык. Ну что, согласны?

Я молчала.

— Ирочка, еще один вечер. Я уже украл два. Неужели жалко для меня третий?

— А потом будет четвертый, чтобы не подумали, что вы солгали. Нет.

— Это день рождения. Не мой. А так я домосед. Я не хожу по тусовкам. Все свободное время провожу с сыном.

И тут я ухватилась за спасительную соломинку.

— Так попросите его мать подыграть вам…

Я еще не договорила, а он уже оборвал меня. И очень грубо:

— Ирина, вы дура, что ли? Я объяснил, что вы единственная женщина в моем окружении, помимо моей матери, которая знает, что кольцо на моем пальце фейковое. Остальные уверены, что я счастливо женат.

— Простите, не сходится… Вы запутались. Это твердая двойка.

— Нет, Ирина Павловна, я троечник. Это знает еще мой друг и его жена, которая по совместительству является матерью моего ребенка. Бразильский сериал, я знаю…

Я ухватилась рукой за стол.

— Я поймаю вас на лжи… Все равно поймаю.

— Не получится, потому что я говорю вам правду. Так пойдете со мной или нет? Пожалуйста, Ирина. Вы спасли одного Чихуню. Неужели отвернетесь от второго? Я намного лучше первого, я не кусаюсь…

— Тот тоже не кусается… Виктор, давайте прекратим этот разговор.

— Давайте, Ирина. Какой у вас размер, сорок второй или сорок четвертый? Я куплю вам платье. С туфлями не рискну экспериментировать. Если только мы не поедем в магазин вместе. Я смогу приехать рано утром. Мы приглашены только к пяти.

— Виктор, я сейчас заблокирую ваш номер.

— Сделайте это второго мая. Я уже рассказал о вас друзьям. Пожалуйста, не подводите меня.

— Виктор Анатольевич, вы ненормальный?

— Ирина, я нормальный. Я просто в безвыходной ситуации. Меня поймали за жабры. Я сказал, а потом только подумал… Я подумал, что вы мне не откажете. Это Первое мая, выходной… Я не отвлекаю вас от работы. Мне даже одалживать вас ни у кого не надо. Но если потребуете, я могу поговорить с вашим Вадимом. Я понял его, так что он обязан понять меня.