Ловите няню, шеф - Адалин Черно

Катя

Первое, что понимаю, когда открываю глаза — я в кровати не одна и огромная рука, лежащая на моей талии явно принадлежит не Артему. Распахиваю глаза и смотрю на обои с тюльпанами, пытаясь вспомнить все, что случилось вчерашним вечером. Припоминаю и позорное бегство Паши, и его рыцарское “Ты отлично справишься со всем сама”, и то как легла рядом с Дамиром.

Эх, Катя!

Чувствую, как мужчина за моей спиной ворочается, прижимая ближе к своему телу.

Ох, как тесно!

Я уже начинаю думать, как сбежать, когда чувствую мягкие поцелуи на своей шее, легкие касания влажных губ к оголенной коже действуют не то, чтобы отрезвляюще, скорее, они пьянят еще больше. Настолько, что хочется закрыть глаза и глупо улыбнуться.

А еще потянуться в его объятиях и… не отпускать никуда.

Тем временем его ласки становятся напористей, а сам Дамир, кажется, наглеет, потому что теперь его ладонь уже не на кофте, а под ней. И она настойчиво касается моего живота. Поворачиваюсь к нему и встречаюсь взглядом с карими глазами, которые смотрят на меня с желанием.

— Доброе утро, соня, — тут же выдает Дамир и тянется ко мне за поцелуем, но я отодвигаюсь и чуть не падаю с кровати. — Куда бежишь? — со смешком спрашивает мужчина.

— Я не соглашалась на поцелуи, — спокойно говорю я.

— Хватит строить из себя недотрогу.

— Чего? Я, вообще-то…

Договорить мне не дают. Дамир просто притягивает меня ближе и прижимается губами к моей щеке, а затем целует в губы. Напористо, жарко и страстно. У меня, кажется, кружится голова, а в мыслях кроме “Бинго, мы вдвоем в постели” ничего нет. Предательские мысли! Я ведь на самом деле не хочу этого, да-да.

Но оказывается, что против меня еще и тело, которое слишком быстро поддается огромному мужчине, по ошибке оказавшемуся в моей постели. Мои руки сами обнимают его за шею, а губы отвечают на поцелуй, я стону и не могу остановиться, как и Дамир.

Но нам таки приходиться оторваться друг от друга, потому что рядом что-то шевелится, а через мгновение Артем встает на ножки и говорит:

— Папа.

— Черт, — единственное, что слышу рядом со своим ухом.

Его голос охрип от возбуждения, а тело почти не слушается, но Дамир слезает с меня и перекатывается к сыну, усаживая его себе на грудь.

— Ну привет, маленький проказник, — он легонько щипает за щеку Артема и улыбается самой искренней улыбкой.

А я невольно засматриваюсь на мужчин, ставших мне дорогими за такое короткое время. Правда, любуюсь я совсем недолго, потому как вспоминаю, что Дамиру только позавчера удалили аппендикс, и ему совершенно точно не стоит здесь находиться.

— Дамир, тебе пора в больницу, — неуверенно говорю я, а когда он кривится, начинаю злиться и выдаю уже более решительно, — ты же сбежал оттуда! А вдруг заражение пойдет или воспаление, так же нельзя, у тебя маленький ребенок!

Последнее, кажется, оказывает действие, потому как Дамир напрягается и действительно встает с кровати, пытаясь сделать это вместе с Артемом.

— Вот куда? — спрашиваю у него и забираю ребенка. — Тебе же нельзя поднимать тяжести.

— Он легкий, — возражает мужчина, заставляя меня закатить глаза и фыркнуть.

— Ни-че-го, — по слогам говорю я. — Со-всем.

— Ладно, — Дамир поднимает руки и встает сам.

Я любезно предлагаю ему свою ванную, а сама иду кормить Артема, который, кажется, только этого и ждет. Малыш кушает сам и с удовольствием. Берет ложку и подносит ее ко рту. Сегодня уже лучше, чем вчера, правда, частички еды так и разлетаются по столу, но разве это важно, когда есть возможность научить ребенка самостоятельно есть?