Серебряные фонтаны - Биверли Хьюздон

В последний день июля в истонское село пришли еще три телеграммы. Двое мужчин были убиты, а третий ранен. Этот день мы очень тихо просидели в детской. Вечером пришла Клара и сказала, что мистер Тимс сообщил ей, что у нас все еще преимущество на войне. Мы захватили Девильский лес – Дьявольский лес, как назвали его в газетах.

– Это хорошие новости, Клара, – сказала я, удивляясь в глубине души, как может один лес стоить жизни хотя бы двоих людей.

Три дня спустя Клара встретила меня в холле, когда я пошла гулять в парк. Ее лицо, было совершенно белым, не считая родинки на щеке.

– Джим... – только и сказала она.

– Клара, нет...

– Ранен, говорится в телеграмме. Не убит, а ранен. Я взяла ее руку в свои:

– Сбегай и покажи ее, его матери. Может быть, она знает больше.

Но Клара не ушла.

– Джим сейчас в безопасности, в госпитале, – попыталась я успокоить ее. – О нем будут хорошо заботиться.

– Мужчина из Тилтона, – руки Клары дрожали, – сын Гринов, которые торгуют тканями на Хай-стрит, был ранен две недели назад. Его мать поехала к нему во Францию, но, когда она приехала туда, он уже умер. Он умер за ночь до того, как она приехала. Множество солдат умирает, даже в госпитале. Моя кузина Джейн живет около Саттон Вени, она говорила, что там их хоронят каждый день. Там есть холм, его взрывают, чтобы похоронить их, и она слышит эти взрывы.

– Лорд Квинхэм тоже ранен, – тихо сказала я, – но только в ногу. Он сидел в кресле, когда я приходила к нему. Не нужно бояться, Клара. Выстреливает только одна маленькая пулька, и все. Выстрел для человека – не то, что выстрел для зайца или кролика, человек больше их.

Но, конечно, я не переставала думать о Джиме. Другие мужчины были для меня только именами, я не знала их в лицо. Другое дело – Джим, я помнила его загорелое смеющееся лицо, когда он встретил меня на станции в мой первый приезд в Истон.

На следующий день после вечернего чая, когда я собиралась отдать Томми после кормления, ко мне вошла Клара, даже не постучавшись.

– Пришла сестра Джима. Она говорит, что его матери пришло сообщение.

– Ох, Клара! Из Франции?

– Нет. Бет говорит, что он в Лондоне.

– Это лучше, чем Франция, Клара. Значит, он чувствует себя достаточно хорошо для перевозки.

– Бет спрашивает, не смогу ли я поехать туда вместе с матерью Джима? Она до сих пор никогда не выезжала из Тилтона. Только на один день, моя леди.

– Конечно, – с Томми на руках я дошла до письменного стола. – Клара, возьми денег, на случай, если ты задержишься там, на пару дней.

– Но...

– Его светлость говорил, что ты можешь взять их. А теперь поезжай и оставайся там сколько нужно.

Лео приехал после чая, он казался еще более сгорбленным, чем обычно, и выглядел очень усталым, но я должна была рассказать ему о Джиме и других телеграммах.

– Вся молодежь Истона, – сказал Лео, закрыв на мгновение глаза. – Они ушли исполнять свой долг, служить королю и отечеству, а теперь... Хелмсли как-то рассказывал мне, что мужчины из Истона были на Агинкуре, – горько и зло добавил он. – Здесь жили предки моей матери – они были лордами Истона. Лорд Истона тоже был на Агинкуре и вел своих людей в битву – он возглавлял их. Ну а я, что делаю я? Я околачиваюсь дома, когда другие мужчины гибнут! День за днем они умирают, а все, что могу сделать я – вынести их тела на похороны.

Я не знала, что на это сказать.

– Но Джим еще не умер, – прошептала я.

Лео взглянул на меня так, словно забыл, что я здесь. Затем он повернулся и пошел вниз по лестнице. Я побежала за ним, но на полпути услышала крик Томми и остановилась около портрета второго, из одетых в красное генералов. Лео вышел из дома с Неллой.

Он не пришел на ужин. Вернувшись гораздо позже, он остановился в дверях моей гостиной.

– Извини меня, Эми. Мне не следовало огорчать тебя. Я не успела ответить, потому что перед ним появился мистер Тимс.

– Мой лорд, миссис Картер оставила вам ужин. Если пожелаете, можете спуститься вниз.

– Но я не одет, – Лео указал на свой твидовый костюм.

– Тебе незачем одеваться, если ты поешь в утренней комнате, а кофе ты можешь попить здесь, – сказала я. Он все еще не решался, но я настояла: – Лео, ты должен есть. Иди вниз.

Лео медленно вышел. Как я и опасалась, он выглядел очень утомленным. Я взглянула на подаренную им картину и вздохнула. Если бы мы жили обычной жизнью в коттедже, он сейчас сидел бы на кухне, а я приготовила бы ему что-нибудь сама – не то чтобы миссис Картер не умела готовить вкусно, она умела, но это должна была делать жена. Кроме того, ему было бы лучше ужинать на кухне, с детьми, возящимися у его ног. Затем я подумала, что Флора, наверное, уже заснула наверху в детской, но Розу пора было укладывать.

Она спала, когда Лео вернулся, но я нагнулась и вытащила ее из кроватки.

– Проснись, моя Роза. Здесь папа, ты нужна ему. – Я принесла ее ему на колени. – Посмотри, разве она не красавица? – я потрепала ее за щечку. – Роза, улыбнись папе. – И, Боже благослови ее, она улыбнулась. Затем она протянула чудесные растопыренные ручки к лицу Лео, пытаясь ухватиться за его рот. – Понянчи ее немного, ей это понравится, – сказала я ему.

Лео долго держал ее, пока она не заснула у него на руках. Затем он тоже заснул. Он, наверное, очень устал, потому что не проснулся даже тогда, когда Мэри принесла Томми на кормление, и все еще спал, когда я тихонько вынесла Томми обратно.

– Тебе лучше пойти в постель, Лео, – решилась я наконец, разбудить его.

Он открыл глаза, взглянул на меня спросонья – и покраснел.

– Прошу прощения за мои ужасные манеры... – тут у него на руках проснулась Роза и прервала его. Ей нужно было сменить пеленки – я нащупала мокрое пятно на жилете Лео, когда взяла ее в руки.

– Сними этот жилет, Лео, я высушу его.

Лео повернулся ко мне спиной, чтобы снять пиджак. Когда он спускал с плеч подтяжки, его затылок был совершенно красным. Лео поспешно надел пиджак и вышел, не оглянувшись.

Клара вернулась два дня спустя. Я была в детской, поэтому она поднялась прямо наверх, не снимая шляпки.

– Джим держится, но его мама осталась с ним.

– Ох, Клара, это хорошие новости!

Клара стояла поникшая и смотрела на меня.

– Ему отняли ногу. Джим потерял ногу, а ведь он так хорошо играл в крикет. Теперь ему больше не бегать между воротцами, – всхлипывая, она опустилась на стул.

Элен послала Дору на прогулку с Флорой, и мы остались в детской с Кларой.