Возлюбленная для миллионера - Елена Белильщикова

* * *

Пройдя в квартиру, мы сбросили в прихожей куртки и остались в почти одинаковых толстых свитерах. И переглянулись. Где-то на кухне работал забытый телевизор, а в зале чуть заметно светился ночник. Из этого я сделала вывод, что отец здесь.

- Пап, ты дома? – Громко крикнула я, но ответа не получила, поэтому прошла в зал, боясь увидеть что-то страшное. Но к счастью нет. Мой отец просто задремал в кресле. Неяркий свет ночника под стареньким тканевым абажуром отбрасывал на его лицо тени. И папа выглядел измученным. Мое сердце сжалось от жалости. Я подошла к нему ближе и прикоснулась к руке, очень осторожно, чтобы не испугать.

- Юля, это ты? – Неразборчиво пробормотал отец, не открывая глаз. Я резко выдохнула воздух. Он нас путает? Может приезжала скорая и дала ему успокоительное?

- Моя девочка. Я не верю, что ты умерла. Я не видел тела, они написали в газетах, что яхта, на которой ты находилась в тот день, взорвалась. Никто не спасся. Никого не осталось в живых… Юлечка, милая, поговори со мной! – Я потеряла дар речи на время. Я и хотела разбудить отца, но впала в какое-то странное оцепенение. Мне надо было выслушать его до конца. Я за этим пришла.

— Это она во всем виновата. – Вдруг продолжил отец свой странный монолог. – Сначала твоя мать. Уехала в другую страну в поисках лучшей жизни и бросила вас с Викой на моих руках. Ты всегда была похожа на нее, на маму. Ты всегда хотела большего, Юля! Но твои желания так и остались бы только желаниями, если бы не она.

Не твоя сестра. Вика. Я и не подозревал, что она настолько двуличная. Она всю жизнь презирала публичность, этих звёзд с экранов телевизора. «Жизнь напоказ», - говорила Вика, и я верил, в то, что она говорит искренне. Что ей нужно что-то большее. Семья, любовь. Простые человеческие качества, которые я с детства воспитывал в ней. Честность, самостоятельность, искренность. Независимость. А она… однажды она исчезла. Потом приехала, буквально на час, предупредить, что нашла работу. Секретную. Я поверил. Ты – нет. И не зря.

Юля, ты была права. Я помню, что, когда я вернулся с больницы после операции на сердце, ты призналась мне, что видела Вику в больнице. Она не зашла ко мне. Не поговорила со мной. Ей нельзя – сказала ты мне. Потому что Вика стала звездой. Одной из тех, кого так презирала раньше. Ты рассказала тогда мне правду, когда я на тебя надавил. О том, что Вика теперь живет богато и сторонится нас. Что Вика стала блогершей и зарабатывает не честным трудом, а тем, что промывает мозги таким же молодым девчонкам, как ты, Юля.

Вика теперь пропагандирует тягу к красивой жизни, где не надо работать вообще. Простое сожительство с мужчиной, вместо брака, семьи и детей. Она так и живет с кем-то, да? Ее религия теперь, как ты там сказала, Юля? «Дизайнерские шмотки, брендовая косметика, дорогие рестораны. Шикарные машины, и бесконечное самолюбование». Вика ушла от нас затем, чтобы показать на своем примере всем молоденьким девчонкам: «делай как я, фотографируй себя, будь раскованной и красивой, и мир будет у твоих ног».

Глупые маленькие девочки. Такие как ты, Юля! Они же верят ей! Ох, Юлечка… Посмотрев на пример старшей сестры, ты нашла в себе силы «кардинально изменить свою жизнь». Но ты забыла о том, что на каждую удачливую красотку найдётся другая. Еще моложе, еще удачливее, еще красивее… к сожалению, в мире богатых и знаменитых, куда так хотела попасть ты, предложение намного превышает спрос. И ни одно удачное селфи в социальной сети не откроет тебе все двери. Если бы не Вика, не ее блогерство, то ты, Юля, была бы жива… господи, за что? За что ты отнял у меня дочерей?!