Ты мой дом - Виолетта Роман

— Мелкая, стой! — машет, выбрасывая в сторону недокуренную сигарету.

— Я подожду тебя в кухне, — произносит Катя и заходит в дом.

Послушно дожидаюсь Гесса. Он выглядит запыхавшимся и взъерошенным, словно только что подрался.

— Мелкая, ты это... не злись, ладно? — убирает за ухо выпавшую прядь волос. — Я сказал это специально, боялся, что ты не поедешь к Элис. Ты же понимаешь, что я бы не сделал того, что говорил, — морщится, вспоминая о нашем недавнем разговоре.

Это так удивительно - видеть растерянность в глазах такого человека, как Мирон. Злюсь ли я на него? Сейчас я не способна ничего чувствовать, кроме тяги к Демиду.

— Не время ссориться. Просто сделайте так, чтобы Олег до нас не добрался.

Он кивает.

— Не бойся, мы в полной безопасности. Справлялись и не с такими, как Котов.

Я говорю ему о том, что как только вопрос с Олегом решится, нужно везти Элис в клинику. Обещаю Мирону подыскать хорошее место. У парней есть возможность устроить ее в элитное заведение, и это значительно упрощает задачу. Мирон уходит к парням, собравшимся у гаража, а я направляюсь в дом.

— Держи, — стоит мне зайти в кухню, Катя вручает мне алкоголь. Не уверена, что это хорошая идея. Нам лучше оставаться в трезвом уме, но все настолько напряжены, что без алкоголя не справиться.

— Помирились? – спрашивает она, забираясь на стол.

Я качаю головой.

— Зря, я бы на твоем месте поспешила....

— Почему?

Катя пожимает плечами.

— Для разговора все условия. Вы заперты до утра в этом доме... неужели не найдете возможность уединиться и решить все разногласия? Завтра все разрешится, Исай всех отпустит... где ты потом будешь искать с ним встречи?

Катя права. Все это время я не знала, что с ним и где он. Вышел ли он на бой? Демид рисковал собой все эти дни, когда отправился с парнями выручать Ию с Лукой. Так почему мы все еще врозь? Из-за чего? Да, мне сложно постоянно переживать за него, я хотела, чтобы наша ссора подтолкнула его на правильный путь. Но разве мне стало легче, когда мы оказались врозь? Разве стала я переживать о нем меньше? Можно расстаться, можно не видеться и не разговаривать, можно дальше делать вид, словно мы не знаем друг друга, но от этого я не перестану думать о нем. И его боль не перестанет быть моей.

Допив бокал в один мах, с грохотом ставлю его на стол.

— Прости, мне нужно отойти.

Катя понимающе улыбается. Я направляюсь к выходу, но замираю, обернувшись к ней.

— Спасибо тебе. И вообще, не понимаю, почему ты мне помогаешь...

Она смотрит на меня так задумчиво, и на мгновение от ее взгляда становится не по себе.

— Не переживай, скоро и ты сможешь мне помочь, - подмигнув, салютует бокалом вина.

Я не совсем понимаю, о чем она, но сейчас это и не важно. Огинский занимает слишком много пространства во мне.

— Да ладно, — смеюсь. – Ты всегда можешь на меня положиться...

Спрыгнув со стола, Катя направляется к бару.

— Сейчас просто помирись со своим мужиком. Жизнь такая короткая, Лия... Кто знает, что нас ждет уже завтра...

Я думаю о том, что больше не буду ждать ни минуты. Да и не важно, что там завтра. Пусть хоть мир перевернется, пусть хоть конец света настанет. Если он будет рядом, мне ничего не страшно.

* * *

В гостиной еще больше парней, чем было до моего ухода к Элис. Здесь так шумно и многолюдно, что мне приходится буквально расталкивать мужчин, чтобы подобраться к дивану, на котором сидел Демид. Но сейчас его там нет. Вместо Огинского я натыкаюсь на Гесса, который в данный момент занят общением с одним из своих охранников.

При виде меня, мужчины замолкают. Исай удивленно хмурится.

— Где Демид? – задаю вопрос, немного наклонившись к нему, боясь быть неуслышанной в этом шуме.

Исай молчит. Слегка повернув голову, смотрит внимательно в мои глаза. Словно раздумывает над чем-то.

— Не видел, куда он ушел? – спрашиваю еще раз.

Уголок его губ слегка вздрагивает.

— В спортзале. Но ты подумай, надо ли тебе это...

Я не хочу даже думать о смысле сказанного им. Развернувшись, тут же направляюсь к выходу. На всех порах спускаюсь по лестнице на первый этаж, и у самой двери замираю. Кажется, выпитый алкоголь ничуть не унял тревогу. Мои руки дрожат, а сердце грозит выпрыгнуть из груди. Сделав несколько глубоких вдохов, я толкаю дверь и прохожу в комнату.

Тишина и глухие звуки ударов отдают болью между ребер. Там, где так бешено колотится сердце. Противный скрип цепей, на которые подвешен спортивный снаряд, и его шумные выдохи после каждого удара.

Сделав несколько шагов вглубь комнаты, замираю. Когда, наконец-то, получается увидеть его – колени подкашиваются от волнения.

Огинский полностью одет. На нем все та же худи и спортивнее штаны, но даже плотная ткань одежды не может скрыть от меня великолепия его тела. Резкие, четкие удары, слаженные настолько, что кажутся естественными для этого мужчины, как и возможность ходить и дышать для любого человека. Он зол, и я слышу его злость в каждом выдохе, после каждого удара о грушу. Ярость выплескивается из него подобно воде из переполненного стакана... но этого все равно недостаточно, чтобы ему стало хоть немного лучше.

Остановившись вдруг, Демид тянется в сторону, к подоконнику. Схватив полупустую бутылку виски, отпивает из нее.

Прикрываю глаза, потому что от увиденного дыхание спирает. Он не пьет. Никогда не пьет – это его принцип. А сейчас он сам уничтожает себя.

В какой-то момент Демид замечает меня. Обернувшись вполоборота, мазнув по мне взглядом, отворачивается. И, словно я даже незнакома ему, ставит бутылку обратно, продолжая молотить снаряд.

Я не знаю, как начать дышать. У меня не выходит. Я как рыба, выброшенная из воды, просто стою и хватаю воздух ртом. Хватаю, а насыщения нет. Дурно.

Понимаю, что с каждой пройденой секундой моя уверенность сходит на «нет». Боясь совсем растерять ее, я делаю шаг первой.

Приблизившись, смотрю на то, как он в очередной раз подносит к губам бутылку.

— Не считаешь, что пора перестать делать вид, словно мы чужие? Может, пора уже поговорить?

Когда наши глаза