Мама для подкидыша - Мила Реброва

– Эй, ты чего? – все-таки вырывается из меня глупый всхлип, тут же растревоживший мужа.

– Ничего, глупые гормоны сходят с ума, делая меня глупой истеричкой! – жалуюсь я, вновь всхлипывая.

– Ну-ну, не стоит так наговаривать на себя, Красоточка, – обхватывает он меня крепче, гладя животик и целуя в макушку.

На самом деле я даже не думала, что Шамиль так воспримет мою беременность, ведь он все два года, что мы женаты, повторял, что нам еще рано рожать. Так что моя беременность не была запланированной.

– Почему ты обрадовался, хотя говорил, что не хочешь пока ребенка? – разворачиваюсь я в его объятиях, желая видеть выражение его лица.

– Что бы я там ни говорил, я безумно рад тому, что у нас будет твоя маленькая копия, – искренне улыбается муж.

– Моя копия? А вдруг будет мальчик? – скептически приподнимаю я бровь.

– Значит, будем пытаться, пока не родится девочка, – заявляет он.

– Нет уж, спасибо! Мне бы с одной беременностью справиться! – ужасаюсь я подобной перспективе.

– Я тебе помогу, – наклоняется он и целует меня. Увлекаясь и явно забывая про наше воздержание. Я тут же этим пользуюсь, проходясь ноготками по его шее, прекрасно зная, как его это заводит.

– Единственное, в чем ты можешь мне помочь, это перестать обращаться со мной как с хрустальной вазой, – выдыхаю я ему в губы, усиливая напор.

Муж рычит и буквально поднимает меня под себя, наконец теряя самообладание. Кажется, глупому воздержанию пришел конец…

Шамиль

– Меня грязно использовали, – притворно жалуюсь я утром, покрывая голое плечико Хади поцелуями.

Кто бы мог подумать, что беременность сделает мою жену такой ненасытной в постели. Не то чтобы я жалуюсь…

– Не помню, чтобы ты возражал, – усмехается эта нахалка, соблазнительно потягиваясь.

Не сдержавшись, я накрываю округлившиеся холмики руками и ласкаю их.

– Тебе что, ночью не хватило? – удивляется Красоточка, хихикая.

– Мне тебя никогда не хватит! – целуя я ее, в очередной раз позволяя себя использовать.

* * *

– Папа! – стоит нам спуститься к завтраку, тут же бежит ко мне сын.

– Доброе утро, чемпион! – подхватываю я его на руки.

Здороваюсь со всеми и сажусь завтракать, наслаждаясь тем, что вся семья в сборе. Удивительно, но я давно начал воспринимать семью жены как свою.

– А где Хади? – спрашивает теща.

– В ванной, сейчас спустится. Ей теперь нужно больше времени с утра, – объясняю я.

– Да, женщины в этом положении бывают медлительны, – кивает она с пониманием.

– И вовсе я не медлительна! – возмущается жена, садясь рядом. – Как хорошо, что вы остались на ночь, – переключается она на невестку с братом, улыбаясь и буквально сияя от счастья.

– Тебе трудно отказать, тем более когда ты почти плачешь, – усмехается Мурад, вспоминая ее вчерашнюю вспышку беременяшки.

– Нужно пользоваться своим преимуществом, пока могу, – лишь улыбается моя женушка, подмигивая ему и вызывая всеобщий смех.

И зачем я только зациклился на этом воздержании? Знал бы, что отсутствие секса так скажется на ее настроении, ни за что бы не стал даже думать о таком.

Семь месяцев спустя…

– Я же говорил, что будет дочка! – самодовольно улыбаюсь я, качая на руках свою принцессу.

Как привез жену домой с утра, с тех пор и держу. Оторваться просто нереально.

– Я слышу это с момента УЗИ, определившего ее пол, – усмехается жена, лежавшая в нашей кровати вместе с Имраном, который не мог отцепиться от мамочки.

Бедный сын весь извелся за эти четыре дня, что Хади была в больнице.

– Смотри, какая у тебя сестричка, – сажусь я рядом с ними и показываю личико дочери.

– Она такая маленькая, – с благоговением выдыхает сын.

– Ты был еще меньше, – улыбается жена, целуя его в макушку. – Маленький-маленький, – вспоминает она. – А смотри, какой вырос!

– И она вырастет? – с интересом спрашивает он.

– Ну конечно! Ты даже не заметишь как! – подтверждает Хади. – Очень скоро будете вместе играть и веселиться.

Имран, в отличие от меня, надеялся на брата, когда мы сообщили ему, что у мамы в животике находится ребеночек, а не арбуз, как он подумал. Мы долго смеялись над его непосредственным вопросом, не проглотила ли мама целый арбуз, отчего у нее так раздулся животик.

– В следующий раз будет братик, – пообещала она к огорчению ребенка.

Я же, вспоминая это обещание, решил сразу же расставить точки над «i».

– Больше никаких детей! – заявляю я, стоит маме увести Имрана спать.

– С чего это вдруг?! – удивляется Хади, кормящая грудью дочь.

– С того, что я чуть не умер за те два дня, что ты рожала! – даю я наконец вырваться на волю своим переживаниям.

– Так я рожала в первый раз, Шамиль! К тому же мне уже тридцать лет, а не двадцать! Второй раз будет легче, – убеждает она меня.

– Второго раза не будет. Хватит с нас детей.

– Мы же договаривались! – возмущается она.

– Ты только что родила, хочешь снова пережить эту боль, о которой мне рассказывала? – не понимаю я ее.

– Я теперь вообще тебе ничего рассказывать не буду, раз ты всё так воспринимаешь! – дуется она и дает дочке, закончившей есть, срыгнуть.

– Ты разве хочешь пережить всю эту боль заново? – не отступаю я. – Я чуть не умер, думая, что с тобой может что-нибудь случиться, – обнимаю я ее, ложась рядом.

– Женщины рождены, чтобы рожать, Шамиль, – смеется она. – Ну что со мной могло случиться? Разве ты не рад дочке?

– Конечно рад!

– Вот и я рада. Стоило мне увидеть ее, прижать к себе, вся та боль стала ничем, понимаешь?

– Я не хочу, чтобы тебе было больно, – вздыхаю я.

– Я тоже не хочу. Но некоторая боль того стоит, – запускает она руку в мои волосы и нежно ласкает кожу. – Я тебя люблю, паникер ты мой любимый.

– И я тебя люблю, Красоточка, больше всего на свете…

– Вот видишь? Разве такая любовь не заслуживает продолжения?

На Аниссе мы всё же не остановились. Хади родила мне еще двоих мальчиков-близнецов, узнав о которых, я заработал первые седые волосы, после чего жена и сама согласилась, что на этом точно всё. Такого продолжения нас обоих более чем достаточно.

Конец!