Бессердечное небо - Каролайн Пекхам

Прислушиваясь, я стал паниковать, опасаясь, что меня обнаружат здесь, поэтому я поторопился обратно к лестнице, бесшумно сбежал по ней и двинулся между стеллажами к выходу.

Раздался скрип, когда моя нога ступила на старую половицу, и мое сердце забилось сильнее, когда я бросился наутек, оставаясь настолько бесшумным, насколько мог, а затем оказался снаружи и обогнул здание, прячась.

Я сунул ноги в туфли, держась в тени, и продолжал двигаться, пытаясь решить, что же делать. Но я четко знаю, что выбор у меня только один.

Я набрал номер дяди, переслал ему видео и прислонился к стене, ожидая ответа. Он ответил через минуту, позвонив мне, и я шепотом ответил.

— Привет.

— Хорошая работа, Диего. Наконец-то ты оказался полезен, — прорычал он. — Мне нужно, чтобы ты использовал амулет, который я дал тебе сегодня вечером. Положи его в землю у восточной ограды и встреть меня там, когда я сообщу тебе.

— Хорошо, что ты будешь делать? — спросил я, испытывая страх при мысли о том, что мой дядя придет сюда, но звонок оборвался.

Я вздохнул, засунул атлас обратно в карман и поправил шапку на ушах, решив вернуться в Башню Эир, забрать амулет, а потом пойти на вечеринку. И пока я смотрел на темнеющее небо, то думал, действительно ли звезды ненавидят меня, как считает моя мать.

Воспоминание изменилось на более позднее время той ночи, и я снова оказалась в теле Диего, когда он выскользнул из Сферы и побежал к восточной ограде.

Адреналин бурлил в моих конечностях, пока я бежал так быстро, как только мог, через кампус, мой парадный пиджак болтался позади меня, пока я мчался по темным дорожкам и старался не паниковать по поводу того, что мой дядя планирует сделать сегодня вечером.

Когда я добрался до ограды, он появился среди деревьев рядом с моей мамой, они оба были одеты во все черное, кроме вязаных вещей, которые подарила им моя бабушка.

— Поторопись, — крикнула моя мама, и Алехандро указал на землю у моих ног.

Я вытащил амулет из внутреннего кармана, воткнул его в землю и почувствовал темную магию, заключенную в нем. Он змейкой ушел в грязь, и магическая граница перед ними затрещала и окуталась тенями. Они вдвоем перешагнули через нее, и Алехандро с помощью жара своей магии огня согнул прутья, чтобы он и моя мама могли пробраться через ограду в кампус.

Я неровно задышал, глядя на них, боясь того, что они собираются сделать сейчас, и зная, что я несу за это ответственность. Но когда Алехандро подошел ближе, его верхняя губа оттопырилась, когда он посмотрел на меня, я осознал, что у меня нет иного выбора. Он схватил меня за шею, развернул и толкнул вперед.

— Отведи меня к Аструму, — прорычал он.

— Этот старик давно избегает своей участи, — возбужденно промурлыкала мама, и волна ужаса пробежала по моему позвоночнику.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, глядя на нее, и ее глаза окинули меня с презрением.

— Он уже взрослый, чтобы знать, — сказал Алехандро, переглянувшись с сестрой.

— Он работал во дворце, когда мы убили королевскую семью, — сказала мама с извращенной улыбкой на губах, от которой у меня скрутило живот.

— Вы… что? — ахнул я, уверенный, что они издеваются надо мной.

— Как ты думаешь, идиот, откуда у меня вся моя сила? — ухмыльнулся Алехандро, играя пламенем на своих ладонях и заставляя мое горло сжаться. — Я самая сильная Нимфа в Солярии.

— Только потому, что ты не поделился, — огрызнулась мама. — Хотя вкус королевы был ох как сладок, когда та умерла. Не могу сказать, что я желала пропустить такое. — Она злобно усмехнулась, и я не мог сдвинуться с места, глядя на них, понимая, о чем они говорят.

— Вы убили родителей Вега? — прохрипел я.

— Да, — сказал Алехандро с гордостью в голосе. — Благодаря Лайонелу Акруксу.

— Ему нравилось смотреть, как они брыкаются и деруться, пока наши друзья удерживали их для нас, не так ли? — сказала мама, и от этого образа у меня в горле поднялась желчь. — Мне кажется, он наслаждается смертью больше, чем ты, Алехандро.

— Никто не наслаждается ею больше, чем я, — мрачно сказал он, схватив меня за руку и снова толкая меня за собой. — Но посмотри на своего сына, он даже не может смириться с мыслью о крови.

— Он во всем похож на Мигеля, — с отвращением сказала мама, но я не понимал, как могу походить на человека, который редко говорил и, казалось, был лишен всех эмоций.

Мои ноги онемели, когда я продолжал идти к Сфере, где в последний раз видел Аструма, размышляя, есть ли способ предупредить всех о появлении Нимф в кампусе, не раскрывая себя. Я разобрался бы с ними таким образом, мои проблемы исчезли бы навсегда, и я мог бы оставаться в этом мире, притворяясь Фейри, до тех пор, пока мне это будет сходить с рук.

— Сегодня вечером я хочу получить в свои руки Вега, — жадно сказала мама, ускоряя шаг. — Давай покончим с ними, Алехандро.

— Я не хочу, чтобы они умирали здесь, — промурлыкал он. — Давай заберем их домой. Хотя бы одну из них.

Я снова подумал о девушке в том сарае и замедлил шаг, не в силах вынести мысль о том, что близнецы окажутся в этом мерзком месте.

— Вы не сможете подойти к ним близко. Вокруг слишком много Фейри, — попытался я. — Даже профессору Аструму будет трудно остаться одному.

Алехандро быстро развернулся ко мне, его рука вцепилась в мою рубашку, он сдерживал бушующее пламя в дюйме от моего лица, и я разглядел в его глазах демона, смотрящего на меня в ответ.

— Это слова труса, — прорычал он. — Сегодня я жажду убийства, sobrino, и если это будет не Фейри, то, видимо, это будешь ты. И возможно, я устрою долгую, мучительную игру.

Я покачал головой, неистово пытаясь оттолкнуть его руку от себя, в то время как моя мама наблюдала за происходящим с холодной отстраненностью во взгляде. Ужас когтями впивался в мои внутренности, когда я глядел на ненависть в глазах дяди, и мне хотелось исчезнуть, чтобы не видеть этого.

— Ладно, ладно, — пробурчал я, и он отпустил меня, направив вперед, и я,