Строптивая сиротка для Айсберга - Мила Верта

Пялимся с ним. Чьё-то свидетельство о рождении.

— Что за хуйня? И чё это? — тупит.

— Это свидетельство о рождении, не видишь, что ли? Кто его тебе прислал? Зачем? — не могу скрыть обвинения в голосе.

Ну, потому что мне вот таких сообщений ночью не присылают.

— Да откуда я знаю? — психует Кай.

Выхватываю телефон, увеличиваю.

Сафонов Стаснислав, двадцать седьмое мая две тысячи двадцать первого года.

Родился два месяца назад.

Пробегаюсь глазами по родителям.

В графе отец прочерк. В графе мать: Сафонова Екатерина.

Мне кажется, мои глаза сейчас вылезут из орбит, когда я перечитываю имя ребёнка.

Сафонов Станислав Каевич.

— Сафонов Станислав Каевич. — читаю вслух.

Если бы взглядом можно было убивать, Кай умер бы прямо сейчас на месте.

В эту самую минуту. Потому что он опять? И с Катей получается изменял? И непросто изменял, а ребёнка ей сделал?!

Швыряю в говнюка телефон. Бестолково мечусь по комнате. Господи, за что опять? Вся эта грязь и боль на мою голову? И на моё бедное сердце?

— Ну, ты и урод, Снежинский! Ты опять, да? Снова изменил?! Ты же обещал, что никогда больше! Ты в коленях у меня валялся, в любви клялся!

Меня трясёт на адреналине, в трусах и майке мне неуютно. Хочется одеться. Подскочив к шкафу, перерываю вещи.

Не могу ничего найти! Не вижу ничего из-за слёз, реву в голос. Что я за дура такая? Как можно было ему поверить?

— Маша, это чего сейчас было? Ты головой не билась? Когда я тебе изменил то? Я каждую ночь тебя трахаю, каждую свободную минуту рядом с тобой. А если не с тобой, то в зале! Мы на телефоне двадцать четыре на семь! Да, что я сделал? Какой-то дебил прислал картинку, а я виноват? — орёт Кай.

— А ты посмотри внимательно! Это не картинка, а фотография! Свидетельство о рождении! Ребёнка зовут: Сафонов Станислав Каевич! Или у тебя много Каев в окружении? А мать ребёнка Сафонова Екатерина, это тебе тоже ни о чём не говорит? — я взвизгиваю и кидаю в этого упыря трусами.

Уворачивается. Выглядит шокированным.

— Ебааать, ты, что думаешь это мой ребёнок?! Маш, ты чего? Я никогда не спал с твоей ненормальной сестрицей. Давно уже ни с кем, кроме тебя. Мы всё давно выяснили. Ты же простила. Я, по-твоему, дебил, который любит плясать на граблях? Понятия не имею, от кого эта Сафонова Екатерина родила. Да мне похуй вообще, если это твоя сестра, то я её не видел с того дня, как отшил ещё на практике. Если не она, то фиг знает вообще. Я охуел не меньше тебя! Либо это реально тупое совпадение с отчеством в смысле, либо фотошоп. У меня вариантов больше нет! — Кай разводит руками — Потому что я никогда не трахал твою сестру, тем более не делал ей детей.

Он говорит это так искренне, и выглядит настолько растерянным, что мне хочется поверить. Но я не могу! Таких совпадений не бывает. Отчество, имя матери, и прислали это сообщение именно ему. Всё это не случайно.

— Врёшь, снова врёшь, если ты с ней не спал, откуда у неё твой ребёнок?! Дураку понятно, что она тебе эту фотку не ради поздравлений прислала, а чтоб ты знал, что стал папашей! Какой же ты урод! Предатель! Ненавижу!!

— Да, блть не спал я с ней! Какой на хуй ребёнок?! — рычит взбешённый Снежинский.

— Твой! Станислав, имя вместе выбирали? — мне так больно, будто с меня кожу живьём сдирают.

— Сука! Я с ней не спал, ясно? Услышь меня уже!

Снежинский хватает телефон и кому-то набирает. Включает громкую, гудки. Номер живой.

Мы сверлим друг друга свирепыми взглядами. Мне хочется убивать.

— Аллё. — отвечает сонный голос Кати.

Я ядовито киваю на ожившую трубку. Потому что я же говорила, что это она!

— Утро доброе, блть! — рычит Кай— Я так понимаю ты та, самая Катя Сафонова которая сестра Маши?

— Эм, да. Привет, Кай, — Катя звучит растерянно, будто не ожидала, что он ей позвонит. После того как она сбросила на нас эту бомбу.

— Так вот, Катя, скажи, какого хера ты шлёшь мне такие сообщения? Я что непонятно тебя послал в нашу последнюю встречу? Так, я могу повторить маршрут! По ночам спать надо, а не хуйнёй страдать! — Кай орёт так, что даже мне становится страшно, таким свирепым я его ещё не видела.

Машинально отступаю на пару шагов. Он закатывает глаза.

— Я решила, что ты должен знать, — прокашливается Катя — Ты же всё-таки отец. И вдруг ты захочешь его увидеть?

У нас с Каем одновременно отвисает челюсть. Чего?

— Ты совсем дурная? На хер мне твой ребёнок? — Кай нервно смеётся, в неверии качает головой.

— Его отца реально зовут Кай? Или это в мою честь? — стебётся.

— Реально зовут. И в твою честь, да. Отчество твоё — ты же отец.

— Сафонова, ты бессмертная, что ли? Что за шутки? Мы с тобой никогда не спали. Это не мой ребёнок! Давай, блть говори правду! — давит интонациями.

— Кай, это твой ребёнок. Правда. Я понимаю, что неправильно было вот так сообщать, но позвонить я не решилась. — с каждым новым словом голос Кати звучит пришибленнее.

— Я сейчас приеду, и разъебу на хер всё! Я знаю твой адрес, Катя. И ты охуеешь какой я злой! Заканчивай, этот бред. Я никогда с тобой не спал, ты не могла от меня родить! Но с чего-то вдруг решила, что можешь так тупо меня разводить? Ставить под удар мою семью? Говори правду!

Мы переглядываемся. Я начинаю грызть ноготь на большом пальце, потому что это всё абсурд какой-то. Сейчас я верю Каю. Но и Катя говорит спокойно и уверенно.

— Семью? Вы, что поженились с Машей? Я не знала. Это всё усложняет. А что тогда делать? — Катя чем-то шуршит, что-то падает — Кай, Маша рядом?

— Рядом! — рявкаем в унисон.

— Маша, эм, в общем, Кай говорит правду. У нас никогда не было секса. Но и я не вру, Стас — его ребёнок.

Глава 34. Маша

— Я хотела тебя как ненормальная, ты мне снился ночами, я даже не спала ни с кем в то время. Старалась, чтоб ты обратил на меня внимание, а ты с Машей замутил. Стало понятно, что это всерьёз и надолго. Даже описать нормально не могу, что со мной тогда было. Я бухала, из клубов не вылезала, курила, ну и не только… Меня штормило, перемалывало, хотелось выбраться из