Тайсон. Победить или влюбиться - Агния Арро

— Ты нас даже не познакомил.

— Папа ее отлично знает. Ему не нравится. Только мне с недавних пор особенно похрен на его мнение. Что с ним, кстати? — поверх книг складываю одежду.

— Нос сломан, сотрясение. Два зуба выбито. Ссадины на лице. Ужасно, — всхлипывает она. — Вот куда смотрела его охрана? Он им столько денег платит, а какие-то отморозки так его избили!

— Точно переплачивает, — зло ухмыляясь, достаю с антресоли в коридоре два старых рюкзака. В один на дно скидываю все своё из ванной и возвращаюсь в комнату.

Мама сидит на краю моей кровати, грустно глядя, как заполняются сумки.

— Я потом еще кое-что заберу. Сразу все, что нужно, не влезет.

Закончив с вещами, упаковываю ноутбук и планшет.

— Как ты так можешь, Тай? Жестокий спорт сделал тебя черствым.

— Надо было отдать на бальные танцы, — улыбаюсь ей. — Прыгал бы сейчас по сцене в облегающих лосинах. Мечта, а не сын.

— Прекрати! Ты можешь хотя бы сейчас не язвить?

— Прости, — целую ее в лоб. — Ты чего не одета до сих пор? Мне еще вещи надо к Юле отвезти и на тренировку успеть. Завтра бой.

Мама быстро собирается. Заботливо упаковывает для отца горячую домашнюю еду и чистые шмотки. Глядя на это, мне становится за нее еще больнее.

Интересно, а та, другая, тоже принесет ему горячий бульон и паровые котлетки? Или она только трахаться с чужим мужиком может?

Стараясь не заводится от этих мыслей, вызываю нам такси.

Как только приезжает, в два захода спускаю сумки. Внизу дожидаюсь маму, бережно несущую пакет со стеклянными баночками, укутанными в махровые полотенца. Открываю для нее дверь. Помогаю сесть. Обхожу машину и сажусь рядом с другой стороны.

Как мама без него будет? Столько лет вместе и вот так все рухнуло. У нее и опыта работы толком нет. И не пробивная она совсем. Я буду стараться помогать, если сам в своей жизни порядок наведу и нормально устроюсь. А пока…

Достаю из кармана кошелек с наличкой. Большую часть дома у Юльки оставил, вечером на карту закину. Отсчитываю, чтобы мне хватило на сегодня, остальное протягиваю матери.

— Возьми.

— Что это? Зачем? — удивленно смотрит на купюры.

— Деньги, мам. Заработал.

— Прекрати. Оставь себе. У тебя же девочка теперь, — плавно отталкивает.

— Мам, если я сказал «возьми», значит надо взять и желательно не задавать мне дурацких вопросов. Мы с девочкой сами разберемся. Я, кстати, после тренировки еще заскочу. Кота заберу. Если Юля решится, как раз познакомлю.

Нервно улыбнувшись, она все же забирает у меня деньги.

У больницы прошу водителя нас дождаться. Забираю у матери пакет, беру ее под руку, придерживая на скольких ступеньках.

Отец семейства отдыхает в травме. В халатах нас без проблем к нему пропускают. Увидев меня, он подбирается, приподнимается на локтях.

«Ты еще прикрываться начни!» — мысленно бешусь я.

Молча прохожу к окну, сажусь на подоконник и наблюдаю за тем, как мама заботливо выкладывает его вещи, ставит на тумбочку банку с супом, достает ложку и салфетки.

— Меня сейчас стошнит!

Спрыгнув с подоконника, выхожу из палаты в коридор. Омерзительно наблюдать за тем, как отец принимает ее заботу, не собираясь говорить правду.

Дергаю головой на резко затихший стук каблуков. Мои брови ползут вверх, а его любовница делает нерешительный шаг назад.

— Стоять!

Быстро подхожу к ней. Схватив за локоть, практически выношу из отделения на лестничную клетку.

— Тоже супчик убогому принесла?! — зло рычу ей в лицо.

— Тай, не надо так…

— А как надо?! Нормально тебе с женатым мужиком жить? Детей от него рожать?

— Я понимаю твою злость. Но твой папа, он же взрослый мужчина. Ты пока просто не все понимаешь… — блеет она.

— Идеальная пара. Вы даже говорите одинаково. Признаваться пойдешь? Там сейчас как раз жена его куриным бульоном кормит. Идеальный момент, чтобы зайти и сказать: «Здравствуйте. Вы знаете, я сплю с вашим мужем и у нас есть ребенок». Он струсил. Может ты смелее?

Она тушуется. Понятно, что признаваться никто не пойдет. А я не могу. У меня язык не повернется матери в глаза такое выдать.

— Противно от вас от обоих, — кривлюсь, отпуская ее руку.

— Тайсон…

— На хер иди. Желательно сейчас. Ну или признаваться.

Секретарша медленно разворачивается, осторожно обходит меня и спускается по ступенькам, цокая своими шпильками. А я возвращаюсь в палату к отцу. Он уже поел и даже переоделся.

— Оставь меня с сыном наедине, пожалуйста, — просит у матери.

Кивнув, она выходит в коридор. Я облокачиваюсь на стену возле двери.

— Тай…

— Ты ничего ей не сказал, — перебиваю его.

— Пока нет. А про то, что я здесь по твоей милости и не скажу. Давай поговорим как взрослые люди.

— Я с тобой буду говорить только в рамках контракта.

— Хорошо. Остынешь, поговорим про семью и отношения. Не надо искать новых спонсоров. Я и дальше буду соблюдать наш договор. Ты будешь получать по нему свои деньги. Ваш клуб также не пострадает.

— Юля?

— Это уже про отношения, Тай. А про них ты говорить не хочешь.

— Про отношения можно говорить с близкими людьми или друзьями.

— Тай, чтобы не происходило в моей жизни, я все равно останусь твоим отцом, нравится тебе это или нет.

— Не нравится, — засовываю руки в карманы. Там ключи от Юлькиной квартиры. Сжимаю связку в кулаке. — Скажи матери правду. Это низко, жрать ее суп и трахать другую. И Юльку я тебе обижать не дам. Кстати, как думаешь, она деду понравится?

— Кто? — отец еще сильнее меняется в лице.

— Моя Юля. Мы с дедом сколько не виделись? С моего выпускного в школе. Вот думаю, пора бы ему позвонить.

— Шантажист, — хмыкает отец. — Дай мне немного времени, Тай. Я в себя приду и будем разбираться, как нам всем жить дальше. Юлю твою я трогать не буду. Ты сам от нее уйдешь. Не нагулялся же, — смеется он.

— По себе меня не ровняй. А деду я все-таки позвоню. Соскучился, сил нет, — победно скалюсь от