Только (не) рабочие отношения - Ева Морис

Сходила в театр…

— Конечно, — понуро кивнула я.

Опять меня с позором выставляют с театра. Опять я не помешала назревающему скандалу. Виновата. Как и в прошлый раз…

Но стоило мне направиться в сторону выхода, как с сзади раздался глухой звук, вскрик, и охранник бросился к Стасу, доставая шокер.

— Быстро отошел от него!

— Все-все! Я закончил, — глупо улыбнулся он, демонстрируя поднятые вверх руки. — Идем, Ань, съедим по мороженому.

Позади него на полу растянулся Арсений, зажимавший нос, из которого не переставая текла кровь.

— Иногда людям нужно напоминать, что с девушкой нужно быть вежливыми, — пожал он плечами, встретившись со мной взглядом. — Теперь запомнит на дольше.

И, вновь показав, показав охраннику пустые руки, он приобнял меня и повел на свежий воздух.

Я не сопротивляясь. Ошарашенная увиденным.

Как так? Взять и ударить? Мы же не в садике, не в начальной школе…

А женщин он воспитывает так же? Как… Как Борис?

Я с испугом посмотрела на него и тут же вырвалась, натолкнувшись на другого мужчину.

Меня тут же окутал древесный аромат и обняли теплые, почему-то показавшиеся самыми надежными, руки.

— Воробушек, что случилось? — раздался до боли знакомый голос над ухом, а я…

Я просто вцепилась в полы его плаща и разрыдалась.

Не знаю из-за чего. Из-за неоправданных ожиданий к моему первому свиданию, из-за обрушившейся сказки, где я, такая взрослая и красивая, иду в театр, из-за пугающего, нахального и самоуверенного соседа… И из-за того, что только что поняла: я влюбилась. Но это не может быть взаимно, а значит, моя любовь обречена…

— Что ты с ней сделал? — голос, такой заботливый и добрый, сейчас стал жестким.

Мне даже показалось на миг, что он тоже готов ударить. Но не меня, конечно, а Стаса.

Напасть, чтобы защитить…

И парадоксально, но это почему-то не пугало. Наоборот, хотелось прижаться к нему сильнее, обнять…

Обе его руки прижали меня крепче, будто не я одна хотела объятий. Одна поглаживала по волосам, другая по спине…

— Ее кавалер оказался истеричкой, — недовольно пояснил Стас. — Нас выгнали.

Ярослав Львович что-то процедил сквозь зубы, прикрыв мне уши руками.

— Так сложились обстоятельства, — резко отозвался Стас. — Ты хочешь, чтобы я оправдывался?

— А смысл?.. –мой нежный, чуткий босс сдвинул руку опять на затылок, отчего слышать я стала гораздо лучше. — Воробушек, мы можем пойти на любой спектакль, который захочешь. Хочешь, вернемся на этот. Посмотришь свои сказки.

Его рука ласково прошлась по моей спине, а я последний раз всхлипнула, понимая, что как бы мне ни хотелось, нужно переставать обнимать…

— Хочу домой… — тихо шептала я ему куда-то в подмышку.

— Может, лучше в кафе? Хочешь сладенького?

— Или можно ко мне, посмотрим фильм, забудешь обо всем, — подхватил Стас, изменив интонацию на более мягкую.

— Хочу домой, — упрямо повторила я и машинально поскребла ногтями пальто Ярослава Львовича.

Поднимать заплаканное лицо было страшно. Наверняка макияж потек, нос красный… и вообще, я только что обнимала своего начальника.

Но, его, кажется, это ничуть не волновало.

— Хорошо, домой, так домой. Желание моего воробушка — закон.

И он… Ну, только возможно, коснулся губами моей макушки, нежно проведя рукой по волосам.

Как бы мне хотелось, чтобы это был не просто жест поддержки…

Да, надо признаться себе: Альбина была права.

Я оказалась слишком глупой, чтобы не влюбиться в своего начальника… Не нужно было устраиваться под его начало… К чему вообще может привести моя детская влюбленность?..