Ворон - Эмилия Грин

Я до сих пор не привык к тому, как за эти годы изменился его стиль. И если раньше, во время жизни в интернате, Артем двадцать четыре на семь гонял в спортивных трениках и майках, то сейчас он одевался в сшитые на заказ костюмы.

Сегодня брат надел синие джинсы, кроссовки «Баленсиага», белую рубашку и неброский черный пиджак, который, судя по ярлыку на кармане, стоил как крыло маленького бомбардировщика.

Еле сдерживая смех, я смотрел в разочарованные лица девчонок. Да, мудаки всегда выглядят красавчиками. Хотя он не был мудаком в привычном смысле слова. Просто с малолетства привык надеяться только на себя.

В его жизни не было места жалости. Артем очень рано узнал, что слабость не прощают. А еще, забивая на себя, он сделал мое детство в интернате терпимым. Да, я восхищался своим братом. Его мнение для меня во многом было неоспоримо.

Повернув голову, скользнул прищуренным взглядом по веселым расслабленным лицам ребят, тусующихся с нами. Я никого не знал. И, судя по поведению брата, он тоже не горел желанием с ними общаться. Они напоминали массовку, при любом удобном случае заглядывая своему лидеру в рот.

- Потанцуем…? – безымянная запустила пальцы в мои волосы, слегка оттягивая их у корней.

- Сейчас, только… - достав из кармана телефон, я в очередной раз за последние полчаса просмотрел входящие.

Ни-че-го.

Скользнув пальцем по экрану, стиснул зубы, уставившись на новую заставку – спящую белокурую девочку в моей кровати.

Алина так мирно спала, уткнувшись губами в мою подушку, что я не мог не запечатлеть такой момент. Самое прекрасное, что происходило в моей койке. Клянусь. Вряд ли в ближайшее время я буду стирать постельное белье и носить что-то кроме этой футболки.

- С-ш… - оттянув горловину, втянул еле уловимый запах моей маленькой плаксы.

Этой тряпке повезло гораздо больше, чем мне - столько часов соприкасаться с бархатной кожей Алины… Эх, Ляля – Ляля. Сама не знала, как близко мы находились от края бездны. Особенно, когда я проснулся вчера утром, еле-еле удержав себя от глупостей.

Да я и не спал толком. Все время проверял ее дыхание. Даже пару раз порывался залезть к ней под одеяло. Но, к счастью, хватило ума оставить эту затею. Мелочь бы вряд ли оценила подобную самодеятельность.

«Ты не мой парень, чтобы мы спали в одной кровати или что-то в этом духе…» - в башке набатом стучала эта брошенная ею в сердцах фраза. А если бы стал ее парнем, то что…? Разрешила бы спать в одной кровати? Обнимать ночь напролет? Целовать? Ласкать? Стать ее первым?

Фа-а-а-к…

Стараясь прогнать непрошенные образы из башки, прихватил губу зубами.

- Ш-ш… - прокусив, тихонько захрипел.

Сюр какой-то.

Эта ночевка стала моим персональным адом. О моем самоконтроле теперь можно слагать легенды. Кто кремень? Я кремень. Желание укрыть ее в своих объятиях буквально разрывало легкие. Мои гормоны бесновались. Нервы, натянутые канатами, лопались, один за другим. Бах. Бах. Бах. Наверняка, от перенапряжения ангелы теряли сознание, а демоны плакали.

Зато перед самым ее уходом хваленый самоконтроль треснул. Просто представил, что не увижу Лялю все выходные, и … открыл ящик Пандоры.

Я, итак, всю ночь был пай-мальчиком… Заслужил награду в виде самых вкусных губ. Ну, ведь заслужил? Как вор, украл её поцелуй. И чем дольше целовал, тем сильнее терял свое сердце. Разум. Все предохранители сдохли. Земля слетела со своей оси… Разбилась.

Я дорвался.

До-р-рвался.

Будто всю жизнь жрал падаль, и вот, наконец, вкусил свежей крови…

Осталась только Алина и ее сладкий ротик, жаждущий моего рта. Запах моей зубной пасты. Проклятая перечная мята… Будь она не ладна… И ласковые губы, послушно открывающиеся на встречу моим губам. Её ноготки на моей шее. Несколько следов от полумесяцев до сих пор можно разглядеть… Вот тебе и папина дочка. Расцарапала мне кожу…

Поэтому я и свалил.

И ведь ясно, что она себе уже столько всего напридумывала. Я не планировал вести себя как козел, но рядом с Алиной мозги выключались… Стоило нам остаться наедине, кровь превращалась в бензин. Я воспламенялся. Горел. Это был разрыв. Вакуум. Собственная галактика за пределами солнечной системы.

Вот и вчера утром…. Сорвался.

Шумно втянув воздух, натянул долбаную горловину так, что ткань затрещала между пальцами. Дерьмо.

Потому что я для себя уже все решил. Сделал этот снимок на память. Познакомься мы чуть позже, при других обстоятельствах… Все могло сложиться иначе… А теперь… Так тупо все это… Хотелось оторвать себе руки. И язык.

Раскачиваясь на моих коленях, безымянная что-то нашептывала мне на ухо, но я уже даже не пытался изобразить хоть какую-то заинтересованность. Не думал, что даже на расстоянии будет так сложно…

Стиснув кулак, я зажмурился до рези в глазах.

Нужно было срочно вернуть свою пустую бестолковую жизнь. Какие бы чувства не зарождались у меня к Алине, я не был готов нести за нее ответственность. А отношения – это в первую очередь ответственность. И ограничения. Постоянные, мать его, ограничения… Или зависимость от другого человека.

Ничего из вышеперечисленного меня не устраивало. В следующем месяце мне исполнится восемнадцать. Наконец, вздохну полной грудью, избавившись от опеки брата. Ну, зачем связывать себя по рукам и ногам, когда можно брать от жизни по максимуму?

Тем не менее, я все еще не был готов полностью от нее отказаться. Но это лишь вопрос времени. Скоро отпустит. Должно отпустить. По крайней мере, я приложу для этого все усилия…

Скорее всего после Нового года я окончательно переберусь к брату в Москву. Хотел после выпускного, но планы изменились. Да и глупо упираться, когда открываются такие перспективы…

Я вновь раздраженно покосился на телефон. Ни ответа, ни привета. Какого хрена? Неужели мелочь так разобиделась, что даже не может черкнуть мне пару слов? Вот тебе и подружка! Сразу меня слила…

А может тоже… веселится? Все-таки суббота. Полночь. Пошла отдохнуть с девчонками… Маринка-то каждую субботу тусовалась в клубе. Она не афишировала это в школе, но я-то знал. Вдруг и Алина поперлась с ней?

Поморщившись, что вообще этим занимаюсь, открыл страничку Ляли в инсте – ничего. Последний пост опубликован недели две назад. Фотка какой-то ткани. Мой детсад, блин… Усмехнулся.

Зато у Маринки в сторис целый сериал – одноклассница тусовалась в компании каких-то качков. Один из них ходит со мной в зал. Вроде Ляли не видно, но кто знает… Настроение, итак, было не фонтан. А теперь оно окончательно опаршивило.

- Девушка приревновала? – безымянная засунула нос в мой телефон, - Не волнуйся, я молчок! – закрыв рот невидимым ключом, она сделала вид, будто выбрасывает его в мусорку.