Разжигать - Мелани Харлоу

В конце концов я пролежал так долго, что уснул. Когда я проснулся, было темно, и я сел, сонный и дезориентированный. Посмотрев на телефон, я увидел, что уже больше девяти часов. Я также обнаружил, что пропустил звонок от сестры и смс от Джастина, который спрашивал, всё ли у меня в порядке.

Но мне не хотелось ни с кем разговаривать. Выдохнув, я отложил телефон в сторону и потёр лицо обеими руками. В моем желудке зияла пустота, а голова пульсировала.

Я выключил весь свет и пошёл наверх, в постель.

Глава 17

ДЕКС

Я был готов к тому, что на следующее утро Джастин устроит мне допрос на работе, но он этого не сделал. Более того, он вообще мне ничего не сказал, от чего я чувствовал себя ещё хуже.

Наоми прислала мне несколько фотографий первого школьного утра девочек, и их радостные улыбки тронули моё сердце. Я чувствовал себя ужасно за то, что накричал на них вчера. Ничего из этого не было их виной.

Я прокручивал в памяти своё дерьмо всю свою смену, прошедшую без особых происшествий. С одной стороны, это было хорошо, поскольку это означало, что не было никаких чрезвычайных ситуаций. Но это оставило мне много свободного времени и пространства для размышлений: о Винни, моём отце, моей сестре, моих детях, моём поведении — и ничто из этого не заставляло меня гордиться собой.

После ужина я наконец не выдержал и разыскал Джастина в комнате общежития, где он спал. Он сидел за столом и листал папку.

— Привет. — Я облокотился на дверную раму.

Он едва поднял глаза. — Привет.

— Ты не собираешься спросить меня о вчерашнем?

— Нет.

— Почему нет?

— Это не моё дело. — Он пожал плечами. — И Бри сказала мне не делать этого.

Я нахмурился.

— Она злится на меня?

— Нет, я бы не сказал, что она злится. Думаю, она надеется, что ты передумаешь, но она понимает, почему ты чувствуешь себя так, как чувствуешь. — Он пролистал страницу в папке. — Она знает тебя.

Я ещё минуту постоял в дверях, царапая зазубрину на раме.

— Я вчера повёл себя с Винни как мудак.

— Я подумал, что что-то пошло не так.

— Так и есть. — Когда он не спросил меня, что именно, я продолжил. — Она знала, что я был чем-то расстроен, и когда она не оставила меня в покое из-за этого, я сорвался на неё.

Он кивнул. Пролистал ещё одну страницу.

— Я был зол на отца, на сложившуюся ситуацию и, возможно, даже на сестру за то, что она была так доверчива, и я выместил это на ней. — Я поморщился. — Я наговорил ей всякой хуйни, и я сожалею об этом.

Джастин наконец поднял глаза.

— Может быть, ты должен сказать ей это, чувак.

Я выдохнул.

— Да, я знаю.

* * *

Выйдя в среду утром с части, я выполнил кое-какие поручения и провёл вторую половину дня крася спальню девочек в качестве сюрприза для них — стену за кроватью Луны в розовый, стену за кроватью Хэлли в лавандовый.

Папино чувство вины во всей своей пастельной красе.

Я сотню раз смотрел на свой телефон, но с каждым часом становилось всё труднее позвонить.

Около семи я позвонил девочкам, которые рассказали мне всё о своих первых днях в школе. Хэлли была в восторге от новой подруги, которую она нашла, Луна пока обожала детский сад, и ни одна из них не сказала ни слова о Винни или моём сварливом настроении вчера — они будто даже не помнили об этом.

Но я был уверен, что Винни ничего не забыла.

Наконец, сразу после восьми часов, я присел в изножье своей кровати и отправил ей сообщение.

Декс: Извини за понедельник. Я был козлом.

Я отправил это, и пока я размышлял, стоит ли мне извиняться, она ответила.

Винни: Был.

Выдохнув, я снова написал ей смс.

Декс: Я могу объяснить?

Винни: Можешь попробовать.

Декс: Я не хочу делать это по смс. Можно я приду?

Она ответила не сразу.

Винни: Я только что вышла из душа. Дай мне пять минут.

Но мне так хотелось извиниться, что я дал ей всего три — даже не обулся, просто прибежал босиком, в серых спортивных штанах и белой футболке.

Она открыла дверь в коротеньком халатике, который завязывался спереди, с мокрыми, нечёсаными волосами и расчёской в руке. Она выглядела такой молодой и красивой без макияжа, что у меня перехватило дыхание. Но выражение её лица было совсем не радушным.

— Заходи, — сказала она беззвучно.

Я последовал за ней в гостиную. Когда она села на один конец дивана, я сел на другой. Потёр руки о колени. Перевёл дыхание.

— Я должен извиниться перед тобой.

Она начала расчёсывать волосы. Пригвоздив меня холодным, отстранённым взглядом.

— Да. Должен.

— Прости за то, как я с тобой обращался. Ты не заслуживаешь этого.

— Ты очень задел мои чувства.

— Я знаю. — Я тяжело сглотнул. — Было видно.

— Я просто пыталась убедиться, что с тобой всё хорошо. Как друг.

— Я не был в порядке. Но это не оправдывает того, что я наговорил. — Я сделал ещё один глубокий вдох. — Ты не сделала ничего плохого, Винни. Я разозлился из-за чего-то другого и набросился на тебя. Я искренне прошу прощения.

— Извинения приняты, — сказала она, теребя спутанные волосы на затылке.

Почувствовав облегчение и благодарность за то, что она была такой понимающей и милой — я наклонился и потянулся за расчёской.

— Позволь мне.

— А?

— Садись сюда. — Я передвинулся на середину дивана и раздвинул колени, похлопывая по подушке между ними.

Она выглядела немного сомневающейся, но сделала, как я просил.

— Ты собираешься расчесать мне волосы?

— Да, — сказал я, начиная снизу. — Я должен загладить свою вину за то, что был придурком по отношению к тебе. И к тому же у меня это хорошо получается.

Она молчала, пока я расчёсывал её волосы медленными, плавными движениями. От них вкусно пахло кокосом.

— Как прошло твоё собеседование? — спросил я.

— Хорошо.

— Она предложила тебе работу?

— Да.

— Ты согласилась?

Она заколебалась. — Да. Согласилась. Но я никому ещё не сказала. Ты первый.

— Поздравляю, — сказал я, хотя моё сердце упало при мысли о её отъезде. — Наверное, ты