Веледар - Александра Вайцеховская

вжимая ладони в уши, и, казалось, готов был в землю зарыться от всего этого. Селена же не обратила ни на него, ни на Веля ни малейшего внимания, все читала-пела одно единственное слово, и голос звенел, срывался на крик, ввинчиваясь сверлом в самую голову наемника.

— Открой-открой-открой…

— Хватит, — попросил Вель, продолжая тянуть ведьму к себе.

— Открой-открой-открой…

— Хватит! Селена… Прекрати!

Но она не слышала, повторяла, повторяла… Замолчала и выкрикнула так, что с ветвей ближайших деревьев сорвались и улетели прочь птицы, отчаянно хлопая крыльями, а кони захрипели с испугу, задирая морды с вытаращенными глазами, натягивая привязь.

— Открой!

В тот же миг на развилке вспыхнул огонь, взвился под зеленые кроны, лизнув их алыми языками и потух тут же, оставив на земле обугленный след.

Ведьма захлебнулась собственным криком и обвалилась в руки Веля, отчаянно кашляя.

Он обнял ее тут же, заволок к себе на колени, как маленькую девочку, и укачивать принялся, пока она приходила в себя, надсадно дыша, цепляясь за него уже похолодевшими пальцами.

— Етить твою… — снова ругнулся бугровщик чересчур высоким голосом, все еще сжимаясь в комок на сырой траве и не решаясь убрать руки от ушей. — Етить… Вы меня угробите прежде, чем мы до Веледара дойдем…

— Ты как? — шептал Вель в светлую макушку, пахнущую дикими травами, придерживая хрупкое тело, сотрясаемое ознобом.

— Я… ничего, — надсадный кашель. — Сильное колдовство… Даже взглянуть тяжело.

— Зачем же ты так… Надорвешься.

— А как иначе? — Селена чуть отстранилась, вытирая рот рукавом платья. — Нам же выбраться надо.

— Так ты разрушила чары?

— Нет. Говорю же, взглянула только. А меня уже так придавило, — она упала обратно на грудь наемника, обмякла…

— Эй! — Вель бережно потряс ее за плечо.

— Я в порядке… Отнеси меня… Осмотреть хочу.

Наемник тут же смекнул, что Селена имеет ввиду, и резво поднялся на ноги, прижимая ее к груди. Понес на развилку, где чернела обугленная трава. Дмитрий, в котором любопытство снова возобладало над страхом за собственную шкуру, тоже встал с земли и посеменил следом, прячась за широкой спиной Веля.

Лес пришел в себя, вернулся в прежнее русло: мелкий, колючий дождь; однотонно-серое небо; стук дятла, уже болью отдающийся в мозгах.

Наемник опустился в высокую траву, удерживая Селену на коленях, и уставился на черную проплешину. Ведьма тоже повернула голову, взглянула. Велела:

— Рыть надо. В земле спрятано.

И Вель принялся рыть одной рукой, чувствуя, как мокрая земля забивается под ногти. Дмитрий, упав на колени напротив, принялся помогать.

В три руки они разгребали темную почву, воюя с корнями. Бугровщик даже сбегал за топориком Веля и теперь рубил особенно толстые отростки. Яма углублялась, а горсть вырытой земли рядом росла.

Наконец пальцы Веля царапнули по какой-то плоской поверхности, под ноготь подло вонзилась острая заноза. Наемник отдернул руку, зашипел сердито, а бугровщик уже расчищал что-то на дне ямы.

Вскоре стало понятно, что на развилке под слоем земли лежит старый, грубо сбитый деревянный щит, изрядно подгнивший.

— Под ним, — шепнула Селена, и Вель ухватился за полуистлевшую ременную петлю, дернул хорошенько. Щит поддался довольно легко, обламываясь по краям с глухим, гнилым звуком, и был отброшен в сторону.

Под ним тоже оказалась небольшая ямка, а на дне ее лежало нечто… Вель сказал бы, что это какая-то замысловатая клетка, круглая, размером с горсть, сделанная из мелких звериных костей, которые между собой связаны были человеческим волосом, белым, как лунь.

— Ну и гадость, — поморщился Дмитрий, но смело протянул руку, намереваясь взять эту клетку.

— Не тронь! — несмотря на слабость, Селена так умудрилась рявкнуть на бугровщика, что тот отшатнулся от ямы, как от чумы, и шлепнулся на задницу прямо в мокрую траву.

— Не больно-то и хотелось, — проворчал, поднимаясь на ноги и потирая ушибленное седалище. — Сами со своей дрянью разбирайтесь, а я в сторонке постою.

— Мудрое решение, — покивал Вель и вопросительно на ведьму посмотрел.

Она поморщилась, поднимаясь кое-как с его рук. Принялась, пошатываясь, обходить яму по кругу, осматривая непонятную диковину, вздыхая тяжко и качая головой, а наемник следом крался, подставляя руки, готовый в любой момент снова подхватить ослабевшее, хрупкое тело.

Селена все ходила, шевелила губами, скрестив пальцы на левой руке, будто заговор нужный подбирала, а он не подбирался никак. Остановилась, наконец, вздохнула.

— Эта клетка сильным чародеем сделана, — принялась объяснять двум несведущим в колдовстве мужикам. — Она эту часть леса держит, и кто попробует ее разрушить, тот по рукам крепко получит…

— И как быть? — спросил Вель.

— Я попробую, — неуверенно протянула Селена, потирая ладони.

— Может, не стоит? — робко вступил Дмитрий, наблюдая за всем со стороны, а наемник согласно кивнул. — Ты и так без сил совсем.

— Иначе нам не выбраться, — сказала, как отрезала, ведьма. — Выход отсюда только вправо, по тропе. А я совершенно не хочу идти в то место, куда меня так упорно гонят. Сдается мне, там нас ждет кое-что похуже, чем гибель в лесу.

— А если не получится? Если ты… не сдюжишь? — Вель заглянул ей в лицо, но не увидел ни страха, ни слабости. Только ведьмино упрямство.

— Попытаться стоит. Все одно в лесу загибаться. А так хоть вы с Митей отсюда живыми выберетесь.

Вель лишь мельком вспомнил про их кровавые узы, но говорить ничего не стал. Селена сама сказала.

— Мы расторгнем договор, — молвила она так тихо, что только наемник ее и услышал. — Выйдешь из леса и будешь свободен.

— Вот уж дудки, — он покачал головой и сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что бесполезно с ним в этом вопросе бодаться.

— Вот ты чудак, — хмыкнула ведьма. — Я свободу тебе предлагаю, прямо сейчас, без всяких условий. А ты морду воротишь.

— Далась мне такая свобода. Вместе вошли в этот лес — вместе и выйдем. А нет, так и пусть.

— Что ж тебе, жизнь не мила? — она ухватила его за руку, оттаскивая подальше в сторону, чтобы Дмитрий уши не грел. И откуда только силы появились?

— Не такой ценой, — Вель раздраженно выдернул свою руку из ее ладони.

— Я ведь приказать могу, — ведьма прищурила зеленые глаза, злясь на него за несговорчивость.

— Приказывай. И пальцем не пошевелю. А без моего согласия договор не расторгнуть.

— Ну да, ну да, — обиженным голосом завел бугровщик, топчась поодаль. — Пошел я лесом. Конечно, шепчитесь там без меня… — но внимания на него не обратили.

— Ты хоть понимаешь, — продолжала злиться Селена. — Что глупо обоим здесь погибать?

— Можно и не погибать, а поехать по тропе. Посмотреть, куда кривая вывезет. Дмитрий говорил, там село должно быть…

— Я не