Холодная зима в Фэрбэнксе - Энни Янг

– Зачем?

Мне пришлось приложить усилия для того, чтобы мой голос звучал равнодушно. Мне и правда было интересно узнать подробнее о контракте, а еще я не оставляла надежду на то, что смогу не переезжать в Нью-Йорк насовсем, если решусь подписать его. Просто пока я была не готова заниматься этим. Мне нужно было еще немного времени.

После нашего разговора с Хантером я написала Демпси, что подумаю обо всем и вернусь к обсуждению после праздников. И, что удивительно, он понял меня и принял такой ответ, а значит, я получила необходимую отсрочку.

– Кортни. – Хантер осуждающе посмотрел на меня. – Тебе совсем не обязательно уезжать навсегда, ты же понимаешь?

– Пока я этого не понимаю.

– Вот именно поэтому я и предлагаю тебе все выяснить. Что, если я прав? Ты сможешь записать свой альбом.

Меня накрыло волной тепла. Хантер, для которого ситуация с бывшей женой могла повториться, все равно пытался сделать меня счастливой. Он казался идеальным мужчиной, и иногда, просыпаясь в своей постели одна, я пыталась убедить себя в том, что наши отношения реальные. Я вряд ли заслуживала такого парня, как Хантер, но все же он был моим. И я любила его всем сердцем. Осознание этого факта не удивляло меня. Просто в какой-то из дней я посмотрела на Хантера и поняла, что хочу состариться рядом с ним. А это уже говорило о многом.

– Я выясню, – с благодарностью улыбнулась я. – После праздников. Все разузнаю и попытаюсь придумать план, как покорить Америку, не жертвуя нашими отношениями.

Хантер поднялся, забрал грязные чашки со стола и поставил их в раковину, а затем подошел ко мне. Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на него, но вместо того, чтобы наклониться, он опустился на корточки и склонил голову набок. Я смотрела на него сверху вниз, жалея о том, что мы не можем попросить Аву просто переехать к нам ради того, чтобы она ночевала с детьми. Сейчас мне хотелось утащить Хантера в спальню, но дети были дома.

– Я люблю тебя, Кортни. Ты же в курсе, да? – Его признание прозвучало так неожиданно, что я поперхнулась воздухом. – Но я хочу, чтобы ты помнила: я отпущу тебя, если ты решишь уехать, – не дожидаясь моего ответа, продолжил Хантер.

Мне потребовалось время, чтобы прийти в себя после его слов. То, с какой небрежностью он признался мне в любви, несколько удивляло.

– Ты говоришь, что любишь меня, а потом предлагаешь уехать? У вас проблемы с логикой, мистер Бейли, – прищурилась я.

– Нет, – подмигнул он. – С логикой у меня точно все в порядке.

Не дожидаясь его дальнейших слов, я потянулась к Хантеру и поцеловала его. Он пах кофе и деревом, и я подумала, что дополнением к основному подарку на Рождество мне стоит снять номер в той гостинице, где мы провели нашу первую ночь.

– Мне пора. – Хантер нехотя оторвался от моих губ и поднялся на ноги.

Я встала и снова обхватила его руками за шею, не желая так просто отпускать. Он явно не ждал от меня ответного признания, и в этом был весь Хантер. Ничего не ждать в ответ, а просто делать так, чтобы люди вокруг чувствовали себя счастливыми. И я тоже хотела сделать его счастливым, но почему-то сказать ему о своих чувствах пока не решалась. Вместо признания я провела носом по линии его челюсти и невесомо коснулась губ. Я надеялась, что он без слов понимает, как я к нему отношусь. Ведь, на мой взгляд, все было довольно очевидно.

Когда Хантер ушел, я позвала мальчишек и велела им одеваться. Нам нужно было успеть вернуться к ужину, а значит, стоило поторопиться. Поход с двумя детьми в торговый центр вызывал у меня панику, но, во-первых, я хотела сделать Хантеру сюрприз, а во-вторых, мы и так стали злоупотреблять добротой Авы. Она все чаще и чаще помогала нам, хотя это я была няней детей Хантера, а у Авы помимо нас был ее хостел и собственная семья. Поэтому, решив, что ничего страшного произойти не может, я взяла себя в руки, и мы втроем отправились в торговый центр.

Мальчики вели себя почти идеально. Мы спокойно добрались и довольно быстро справились почти со всеми покупками. Периодически Ларри помогал мне ловить Невилла, который так и норовил сбежать от нас в отдел игрушек, а я за это пообещала им обоим двойную порцию макфлури. Но для начала надо было купить самый главный подарок.

И именно с подарком для Хантера возникли сложности. Я не хотела покупать ему что-то банальное вроде новой рубашки или ремня. Мне хотелось своим подарком показать Хантеру, как много он значит для меня, как сильно я его люблю и как благодарна за тот шанс, что он дал мне. И все казалось мне мелким и незначительным для этого. На третьем часу поисков я сдалась. Дети устали, проголодались, и нам давно пора было возвращаться, поэтому я купила Хантеру часы. Красивые и ужасно дорогие. Мне пришлось выложить за них бо`льшую часть накопленных денег, но я решила, что если соглашусь на предложение Демпси, то вопрос с финансами будет для меня закрыт, а значит, я могу позволить себе такой дорогой подарок.

Уже практически на выходе из торгового центра я наткнулась на магазин сувениров и не смогла удержаться от того, чтобы не заглянуть туда. Пока Ларри с интересом разглядывал картины с медведями, а Невилл любовался яркими магнитами, я заметила футболку и поняла – это то, что надо.

Она была ужасна. В самом ее центре располагалась нарисованная голова медведя, а поверх нее витиеватыми буквами было написано «Аляска – мой дом» и ниже «Я люблю Аляску». Когда пятью минутами позже я выходила из магазина с этой футболкой в пакете, то улыбалась как ненормальная. Ничего более странного я в своей жизни еще не покупала, но, увидя меня в этом кошмаре, Хантер сразу поймет, что я говорила совершенно серьезно: мой дом там, где он.

Уставшие, но довольные, мы с ребятами почти вышли из торгового центра, когда неожиданно Невилл замер, а затем дернулся в сторону. Мне едва удалось поймать его.

– Мама?

Вопрос Невилла прозвучал так жалобно, что я не сразу поняла, о чем он вообще говорит, но когда до меня дошло, то принялась вертеть головой из стороны в сторону. Марта не могла здесь