Смертельные Игры Дона - Джуди Хейл

В памяти всплывает Гертруда Уиллоуби, сосед Софи, который дважды на прошлой неделе приходил сюда в надежде забрать Джорджа.

Но на другой стороне не кудрявый седовласый шестидесятипятилетний мужчина; это Данте.

Я распахиваю дверь:

— Какого черта ты здесь делаешь, Данте?

— Ты мне нужен, — заявляет он, хотя его небрежная поза не выдает никакой срочности.

Его плечи расслаблены, он вытягивает шею, пытаясь заглянуть внутрь.

— И ты не мог позвонить? — огрызаюсь я.

Он пожимает плечами, и на его лице расплывается глупая ухмылка.

— И упустить шанс мельком увидеть ведьму?

— Scusa58? — говорю я, сжимая руки в кулаки. Что это, черт возьми, было?

Данте улыбается и снова пожимает плечами.

— Эй, ты снова и снова возвращаешься к одной и той же женщине? Я уверен, что без магии тут не обошлось, fratello59.

Я криво улыбаюсь ему.

— Очень смешно.

— Нико? — зовет Софи, выходя из ванной.

Не оборачиваясь, я могу представить ее блестящее мокрое тело, завернутое в полотенце, которое едва прикрывает выпирающую грудь, доходящее до середины бедер.

— Ух ты! Теперь я понял, — говорит Данте себе под нос, и мне приходится бороться с желанием откинуть голову назад и ударить его — реакция, которая встревожила бы Софи, не привыкшая к нашей любви.

— Подбери слюни и засунь язык обратно в рот, Данте, — тихо предупреждаю я его, стиснув зубы.

С каких это пор мне не плевать, кто мельком увидел мою женщину?

Опять же, «моя женщина» это что-то новое в моей жизни. Раньше это всегда был случайный трах. Временное развлечение.

— О, привет, — раздается голос Софи, теперь уже ближе позади меня.

Она останавливается, заметив, кто стоит за дверью. К счастью, я заметил, что она завернута в халат, а не просто в полотенце.

— Buongiorno60, синьорина, — говорит Данте, обращая свое внимание и обаяние на Софи.

Чертовски чудесно.

— Ты, должно быть, Данте, — делает вывод она, и ее улыбка становится теплее. Несмотря на то, что она никогда с ним не встречалась, сходство между нами безошибочное.

Он кивает, явно застигнутый врасплох.

— Нико рассказывал обо мне?

— Не совсем, — плавно возражает она с игривым блеском в глазах.

— Мужчины Вителли просто любят внезапно появляться у меня на пороге.

— Кажется, мы ничего не можем с собой поделать, — усмехается Данте, и мне действительно хочется ударить его, но я вижу, что он делает все возможное, чтобы не смотреть на ее декольте.

Софи смеется.

— Ну, эта встреча проходит достаточно гладко, моя первая встреча с твоим братом была хуже.

— Я более чем компенсирую недостаток обаяния моего брата. — затем психопат добавляет: — И я гораздо более безобиден.

— Ладно, хватит паясничать. Ты пришел сюда не просто так, Данте?

— Si61, — говорит он почти осторожно, плавно переводя взгляд с Софи на меня.

Софи закатывает глаза.

— Ну конечно. Я просто пойду на кухню и заткну уши пальцами. Этого достаточно, или мне стоит включить музыку?

Мы с Данте смеемся, но, когда она поворачивается, чтобы уйти, я хватаю ее за руку и оттягиваю назад, ровно настолько, чтобы поцеловать.

— Я на минутку, fiammetta, — говорю я и на этот раз не останавливаю ее, поскольку она направляется в спальню, а не на кухню.

И только когда она закрывает за собой дверь спальни, я понимаю, что наблюдал за ней все это время.

Господи, это выходит из-под контроля.

Я оборачиваюсь и вижу Данте, его лицо лишено юмора.

— Ты, блять, так влип, Дон Вителли, — размышляет Данте, качая головой. — Это невесело. И небезопасно. И не вовремя, учитывая Орландо Де Луку.

Я мог бы соврать, но какой в этом смысл?

— Расскажи мне об этом, — говорю я, качая головой, чтобы прояснить мысли. — Но это проблема для другого дня. Почему ты здесь, Данте?

В его улыбке почти зловещее ликование.

— Ты хотел знать, как только мы поймаем червяка. Мы это сделаем. Завтра вечером.

Я более чем уверен, что появление Данте у Софи было не просто передачей этого послания: примерно через двадцать минут у меня встреча с Капо. Он мог бы легко оповестить меня об этом там. Нет, Данте появился здесь, показывая мне, что мои действия становятся слишком предсказуемыми.

— Наконец-то, блять, — бормочу я с облегчением.

Если все пойдет хорошо, после завтрашней ночи мне не придется беспокоиться о том, что за мной последуют в район Софи и она станет мишенью.

Я направляюсь к своему мотоциклу, мой любимый вид транспорта в последнее время, когда я собираюсь к Софи, поскольку он гораздо менее приметен, чем другие мои машины, но останавливаюсь, когда Данте указывает на свой Escalade.

— Позволь мне отвезти тебя, fratello.

Я на грани отказа, желая свободы, которую предлагает мне байк, но в последнюю секунду сдаюсь, сажусь на переднее сидение его машины, и мы уезжаем.

Я рад видеть, что движение на дорогах необычно свободно для утра понедельника. Надеюсь, это поможет Софи приступить к работе вовремя.

На самом деле, возможно, стоит рассказать Софи небольшой секрет о моем инспекторе дорожной службы, которому я звоню, когда хочу, чтобы дороги были пусты. Это пригодится моей женщине, учитывая ее неспособность превышать скорость или проезжать на желтый свет.

— Итак, Данте, — начинаю я, думая, что сейчас самое подходящее время, чтобы сообщить ему эту новость. — Орландо Де Лука…

Данте перебивает:

— …любит свою дочь и чертовски разозлится, если ты так рано заведешь любовницу. Что ты планируешь делать?

— Я подумал, что ты бы мог взять на себя это бремя.

Данте на мгновение замирает, обдумывая.

— Полагаю, это могло бы сработать с новой стрижкой и контактными линзами. Хотя разница в размерах будет проблемой, Нико. Я значительно выше…

— На дюйм, ты, черт возьми, бобовый стебель.

Мы заливаемся смехом, пока Данте едет по шумным городским улицам к менее загруженному берегу реки.

— В любом случае, хорошая новость в том, что тебе в конце концов не понадобится ни стрижка, ни контактные линзы…

Я замолкаю, когда меня охватывает тревожное ощущение, поднимающее волосы на затылке дыбом и стирающее улыбку с моего лица.

Подсознательно я заметил их, но только сейчас меня осенило — мотоциклисты зигзагами движутся позади нас.

— У нас незваные гости, — объявляю я, и вес этих слов намекает на предстоящие неприятности.

Единственное признание Данте — это быстрый взгляд в зеркало заднего вида, его спокойствие опровергает серьезность ситуации.

— Сколько?

— Минимум полдюжины.

— Люди Романо?

— Кто еще, черт возьми, осмелится? Нужно избавиться от них.

— Замечательно.