Нелюбимая для ледяного дракона - Эйси Такер

— Ну, что ты, не волнуйся, — мягко произнесла я и любовно огладила ладонью округлившийся живот, в котором сейчас активно толкался малыш. — Твой папа ни за что не оставит нас, он ведь обещал. Просто мне тревожно за него. Но я уверена, с ним обязательно все будет хорошо.

По телу разлилось приятное успокаивающее тепло, и я улыбнулась. Мой малыш еще в животе, а уже использует свой целительный дар на мне.

— Не нужно тратить свои силы, они тебе сейчас гораздо нужнее, — поучительно произнесла я, ощущая новые толчки.

— С кем это ты говоришь? — прозвучал до боли родной голос, и я вздрогнула.

Быстро поднялась с постели, молясь о том, чтобы мне не почудилось, выскочила в прихожую и застыла, увидев на пороге своего мужа.

— Роан, — прошептала я, не веря своим глазам.

Он тоже замер, разглядывая меня и мой выпирающий живот, ведь когда он уходил на войну, я не стала сообщать ему о своей беременности. Мне не хотелось, чтобы он тревожился еще и за нашего малыша, исполняя свой долг перед королевством.

— Лия! — наконец, восторженно произнес Роан, тут же приблизившись ко мне, подхватил на руки и поцеловал. — Милая моя, дорогая. Как же я счастлив!

— Мы по тебе очень скучали, — произнесла я с улыбкой, и слезы счастья хлынули из глаз.

Роан отнес меня в спальню, бережно положил на кровать и опустился передо мной на колени, осторожно прижавшись щекой к животу.

— Ну, здравствуй, — ласково шепнул он, и малыш тут же запинался.

Еще какое-то время Роан поглаживал мой живот и говорил малышу ласковые слова, а затем выпрямился и взглянул на меня обезумевшими от радости глазами:

— Как же ты меня осчастливила, любимая!

— Прости, что не написала тебе об этом. Я просто не хотела, чтобы ты еще больше волновался за меня и нашего ребенка, — виновато произнесла я.

— Зато теперь мне не придется слишком долго ждать его появления на свет, — усмехнулся Роан и поцеловал мои ладони, крепко прижавшись к ним губами. — Все закончилось. Мы смогли удержать границу и заставили Арвайл отступить. Теперь мы будем вместе, и ничто и никогда не разлучит нас, — он говорил это с улыбкой, но тяжесть перенесенных дней легко читалась в его взгляде. — Люблю тебя, моя Лия. Моя родная. Самая лучшая. Единственная.

— А я безумно люблю тебя…

* * *

Наша история с Роаном началась с противостояния. Я боролась за свою жизнь, а он — за свое убеждение служить королю. Но несмотря на все преграды и такую огромную разницу между нами, мы все же сблизились. Я увидела в Роане то хорошее, что у него было, и помогла это увидеть ему. А он просто открылся мне, доверился и понял, что нельзя слепо следовать за кем-то — нужно слушать свое сердце.

Вначале каждый из нас отчаянно боролся за свою правду, но в конце мы обрели общую, одну на двоих. И она заключается в том, что лучший мир есть только там, где царит вовсе не война и противостояние, а мир и любовь.

Конец