Воин - Элин Пир

— Тогда как насчет чашечки чая для нас с Лаурой? Как ты думаешь, твоих способностей хватило бы на это?

— Без проблем. — Финн встал и направился на кухню. — Я мог бы заставить воду закипеть, просто взглянув на нее, но иногда людей это пугает, когда я это делаю, поэтому сегодня я просто сделаю это по старинке.

— Угу. — Я одарила его улыбкой.

— Когда состоится собеседование с другом Арчера? — спросила Афина у Тристана.

— Завтра утром.

Ее глаза расширились.

— Но мы вернулись сюда всего два дня назад.

Тристан кивнул.

— Я знаю. Я чувствую себя виноватым из-за того, что снова уезжаю отсюда так скоро, но ты видела нашу семью. Дом еще не готов к переезду, и им всем тесно в доме мамы Мартина.

— Но они скучают по тебе, Тристан. — Голос Афины звучал печально.

— По крайней мере, вчера мне удалось провести весь день со своей семьей. Даже моя мама понимает, что мне лучше остаться с тобой и Финном, пока наш дом не будет отстроен заново. Ты бы гордилась мной, Афина, за один день я обнял близнецов больше, чем за всю их жизнь, — заявил Тристан.

— Это хорошо, я рада это слышать. — Афина посмотрела на Финна. — Ты вернул Шарлотте игрушку, как мы договаривались?

— Я так и сделал. Она была очень счастлива увидеть ее снова. Я сказал ей, что она все еще может пожертвовать его позже, если захочет.

— О какой игрушке ты говоришь? — я спросила.

Афина объяснила.

— Шарлотте пять лет, и она младшая сестра Тристана. Когда она услышала, что у детей на Севере нет игрушек, она была достаточно добра, чтобы подарить Финну свою любимую игрушку. Она хотела, чтобы он подарил его ребенку в Северных землях, что действительно мило, но теперь, когда большинство ее игрушек было потеряно во время землетрясения, мне показалось правильным вернуть его ей.

— У детей в Северных землях есть игрушки, — заметила я. — По крайней мере, у моих братьев и меня были, но я думаю, если ты растешь в такой школе, как Финн, все может быть по-другому.

— Говоря о школе… — Тристан просиял. — Соло, Шторм и Хантер будут удивлены, когда я вернусь сегодня вечером.

Плечи Афины опустились.

— Сегодня вечером?

Тристан бросил на нее сочувственный взгляд.

— Если ты не хочешь ехать, мы с Финном могли бы поехать одни.

— Это плохая идея. — Финн повернулся и посмотрел на нее. — Я не хочу, чтобы мы расставались. — Любовь, которая исходила от него, сделала меня еще более уверенной в том, что я хочу того, что было у Афины и Финна. Они были так расслаблены друг с другом, но с другой стороны, Афина была невероятно мудрой, а Финн всегда был легким на подъем и веселым.

— Я бы хотела, чтобы мы с Магни были больше похожи на вас двоих, — выпалила я.

Финн развернулся и посмотрел на меня.

— Это забавно.

— Почему?

— Потому что я провел всю свою жизнь, равняясь на Магни и желая быть похожим на него.

— Правда?

— Так и есть, — подтвердила Афина. — Это одна из тех вещей, о которых у нас было больше всего дискуссий.

— Все равняются на Магни. — Тристан нашел яблоко и, жуя, разговаривал. — Я не знаю ни одного мальчика в школе, который не хотел бы стать им, когда вырастет.

Финн изобразил на лице притворное разочарование.

— Я думал, ты хочешь быть похожим на меня.

Тристан выглядел растерянным.

— Да, но…

— Но?

— Просто дело в том, что… Ну, а ты видел, как Магни дерется?

— Да, я видел, как он хорошо дерется. Я терпел от него удары с тех пор, как был в твоем возрасте.

— Он такой быстрый, и однажды, когда они с Арчером спарринговали, они продолжали двигаться, пока Кайя не закричала им, чтобы они остановились. Арчер — феноменальный боец, но он чуть не упал от усталости, в то время как Магни просто спросил, не хочет ли кто-нибудь еще провести с ним спарринг.

— Да, он всегда был таким. Машина.

— Но в этом-то и есть гребаная проблема, Финн, — сказала я и вскинула руки вверх. — Иногда он больше машина, чем человек. Я бы хотела, чтобы он проявлял больше эмоций. — Я замолчала, когда почувствовала, что все трое пристально смотрят на меня.

— О-о, кто-то должен выйти на улицу, — сказал Тристан нараспев, указывая на меня и глядя на Афину.

— Что значит, я должна выйти на улицу? — я спросила их.

— Афина всегда выгоняла меня на улицу, когда я произносил слово на букву «Г». — Финн сморщил лицо. — Она может выглядеть милой и все такое, но поверь мне, Афина может быть бессердечной. Я стоял снаружи, в снегу, ожидая ее прощения, просто за то, что употребил слово на букву «Г».

Афина кивнула.

— Что я могу сказать, мне не нравится, когда люди выражаются в моем доме.

С озорной улыбкой Финн перевел взгляд с Лауры на меня.

— К счастью для тебя, Лаура, теперь это и мой дом тоже, и мне начхать на то, что люди выражаются в моем доме.

— Финн. — Глаза Афины выпучились. — Только не перед Тристаном.

— Он мой сын, и он только что провел две недели в Северных землях. Я почти уверен, что он уже привык к тому, что люди выражаются.

Тристан подтвердил это.

— Ты бы слышала этих парней, Афина, они знали несколько потрясающих слов.

Она обреченно вздохнула.

— Нет ничего удивительного в том, что люди сквернословят. Это низкий уровень общения, и это оскорбительно.

Финн прищелкнул языком.

— Чепуха. Это весело и красочно. Как специи в еде.

Афина повернулась, чтобы посмотреть на меня.

— Ты понимаешь, что я имею в виду? Говорила же тебе, что Финн может быть непростым.

Финн рассмеялся и принес нам две чашки чая.

— Извини, дорогая, ты не встретишь никакого сочувствия со стороны Лауры по этому поводу. Она одна из нас; ее воспитывали так, чтобы она использовала весь объем английского словаря. Небольшая ругань ее не оскорбит.

— Это действительно так, — согласилась я и взяла свою чашку чая.

Афина тоже взяла свою чашку.

— Тогда, я полагаю, это сделало бы меня сложной, потому что у меня действительно болят уши.

— Ты хочешь, чтобы я поцеловал их получше? — поддразнил Финн.

— Нет, спасибо. Я просто хочу свой чай.

— Хорошо, пей скорее, потому что нам скоро нужно уезжать. — Финн повернулся к Тристану. — Ты сказал своей маме, что нас, возможно, не будет несколько дней?

Тристан кивнул.

— Да.

— Лаура, мы могли бы тебя подвезти. Мой гибрид намного быстрее,