Поцелуй принца - Джулия Лэндон

Бек вновь поморщился:

– Она должна вот-вот родить и, насколько я знаю, чувствует себя неважно. И я не хочу доставлять ей новые неудобства.

– Я не стану видеться с нею, – пообещал Лео. – Арундель велик, это настоящий дворец, и нашим путям совсем необязательно пересекаться. Я сделаю все, что в моих силах, дабы не попадаться ей на глаза.

Бек откинулся на спинку кресла, положив обе руки на стол. Медленно надув щеки, он с шумом выдохнул воздух.

– Да, хорошо, – сказал он спустя несколько мгновений. – Я не верю в то, что о вас болтают. Господь свидетель, обо мне говорили кое-что и похуже. – Он помолчал еще немного. – Ладно. Не хуже, потому что о вас говорят мерзости. Да, разумеется, вы можете поехать со мной, Лео. Мы, мужчины, должны держаться друг друга. – Он вымученно улыбнулся.

Лео вовсе не считал, что мужчины должны держаться друг друга. Как ему представлялось, они имеют превосходство и одерживают верх практически во всем.

– Я должен отправить к нему гонца, – сказал Бек. – Нужно известить его о вашем приезде.

– Нет-нет, – поспешно возразил Лео. – Он расскажет об этом своей жене, зачем доставлять ей ненужное беспокойство? Мое появление обыкновенно вынуждает людей скрупулезно соблюдать правила приличия, и они тревожатся о том, все ли у них получается так, как надо.

– Ага. – Бек кивнул и глубокомысленно произнес: – Разумеется. – Он вдруг рассмеялся. – Я и забыл, что вы у нас – принц.

Вслед за ним улыбнулся и Лео:

– Вы знаете, я тоже.

Каролина больше не могла хранить в тайне тот поцелуй. Продержавшись целых четыре дня, она отправилась в гости к Холлис, сочтя свою сдержанность поистине выдающейся, учитывая обстоятельства.

Ей хотелось вновь поцеловать его, но на этот раз, пожалуй, пусть он обнимет ее. Собственные желания приводили ее в смятение – как она могла испытывать подобные чувства к записному негодяю? Он беспечно соблазнял служанок и не гнушался общества девиц легкого поведения! После чего с легкостью очаровывал невинных женщин – таких, как она сама, – и подбивал их на недостойные поступки.

К дому Холлис она подошла быстрым шагом после недолгой прогулки, чувствуя себя столь же энергичной и здоровой, как и до болезни, а недовольство собой и этим беспутным принцем лишь придало ей сил. Дом Холлис располагался неподалеку – благодаря заботам ее покойного супруга, сэра Персиваля, погибшего в распутицу вследствие несчастного случая с каретой, его вдова была хорошо обеспечена. Она жила в полном довольстве близ Гайд-парка, в огромном особняке с весьма немногочисленной прислугой. Да, молодая и привлекательная вдова является нешуточным искушением, и джентльмены всех возрастов увивались вокруг Холлис все три года ее вдовства. Но Холлис оставалась непоколебима.

Каролина постучала в дверь Холлис в своей обычной манере, быстрым перестуком. Через несколько мгновений ей открыл Донован. Он в небрежной позе застыл в дверном проеме, широко расставив ноги, с закатанными рукавами сорочки, обнажавшими мощные и мускулистые предплечья. В руках он держал серебряный заварочный чайник и полировал его, одновременно разглядывая Каролину.

– Добрый день, леди Каролина, – сказал он. – Рад видеть вас в добром здравии. Я слышал, что вы едва не умерли.

– Ха. Чтобы убить меня, потребуется нечто куда большее, нежели приступ лихорадки, сэр.

Донован улыбнулся. Нет, положительно, он буквально ослеплял своей мужественностью и красотой.

– Именно поэтому я и не поверил в вашу скорую погибель. Прошу вас, входите. – С этими словами он отступил в сторону, давая ей возможность войти в вестибюль.

Каролина сняла шляпку и, надев ее на палец, протянула ему:

– Донован, клянусь честью, вы – прямо-таки Адонис во плоти.

– Прошу прощения? – Приняв у нее шляпку, он метнул ее на столик у двери.

– Греческий бог.

Одна из его темных бровей красиво выгнулась.

– Вы ошибаетесь, миледи. Я – всего лишь обычный англичанин.

Она рассмеялась:

– Вы не можете быть обычным англичанином, поскольку невосприимчивы к лести.

– Не совсем. – Донован вновь улыбнулся.

Восхитительный трепет пробежал по ее жилам.

– А где же ваша госпожа? – игриво осведомилась Каролина.

– В своей студии, естественно, где она проводит бóльшую часть дня. – Жестом предложив ей следовать за ним, он повел ее к Холлис, насвистывая какой-то развеселый мотив. Переступив порог студии, он провозгласил: – Прибыла леди Каролина.

– Каро! – донесся изнутри радостный возглас Холлис.

Каролина с блудливой улыбкой на губах скользнула мимо Донована. Он с веселым изумлением улыбнулся в ответ и, когда она вошла в захламленную студию, закрыл за нею дверь.

А Холлис склонилась над макетом своей газеты. Она превратила некогда очень милую комнату в редакционный офис, где буквально по кусочкам складывала свою газету, прежде чем два раза в месяц отправить ее шаблон в типографию Гилберта и Ривингтона на печать.

В центре помещения возвышался обеденный стол, используемый отнюдь не по прямому назначению: на нем Холлис разложила страницы текущего номера. Предыдущие выпуски были сложены прямо на полу и стеллажах, сколоченных Донованом. Полосатая кошка разлеглась на стопках газет, а еще одна неподвижным украшением сидела на одной из полок. Повсюду были разбросаны книги, бечевка, ножницы и козырьки, которые надевала Холлис, когда работала допоздна.

Кроме того, Холлис обзавелась привычкой для изучения макета своей газеты пользоваться моноклем, и сейчас он торчал у нее в одном глазу.

– Это все больше и больше напоминает мне правительственное учреждение, – посетовала Каролина, глядя по сторонам.

Сняв несколько листов большого формата с напечатанным на одной стороне текстом, лежавших на кресле, она свернула их и сунула на полку.

Холлис вынула из глаза монокль и отложила его в сторонку.

– Что привело тебя сюда в столь славный денек, если не считать желания соблазнить моего слугу?

– Ничего не могу с собой поделать, Холлис. Донован просто писаный красавец, и он заслуживает того, чтобы им восхищались, чего ты не делаешь никогда.

– Он купается в восхищении, можешь не сомневаться. На минувшей неделе он сопровождал меня на рынок, и там мы встретили девушку, которая попадалась нам на глаза буквально на каждом шагу. Она живо напомнила мне тебя. Очень настойчивая молодая особа.

Каролина рассмеялась и водрузила ноги на стопку газет, лежавших на оттоманке.

– А у меня новости.

– Прекрасно! – отозвалась Холлис. – У меня как раз осталось немного свободного места в следующем выпуске для сплетен. Рассказывай.

– Ты знаешь о принце Леопольде и борделе?

– Еще бы