Как приручить холостяка - Аня Истомина

– Я обещал тебя подстраховать – я слово сдержал, – вздыхает Кирилл и достаёт из кармана бархатный футляр. – Заявление в ЗАГС я сегодня подал. Жить будешь у меня.

– Что? – переспрашиваю, не веря своим ушам.

Медленно опускаю бокал на стол, чтобы он не выпал из дрожащих рук.

– Замуж за меня выходи, – серьёзно произносит Добрынский и открывает коробочку, в которой лежит золотое кольцо.

– Как? – растерянно шепчу. – Как вы без меня умудрились подать заявление?

Кирилл вздыхает и смотрит на меня как на маленькую.

– Подождите, – растерянно шепчу, – вы серьёзно?

– Лена, мы с тобой трахались уже несколько раз. Ты долго будешь выкать?

– Кирилл, – ахаю, когда до меня доходит, на какой шаг он пошёл. – Ты с ума сошёл? Я не хочу, чтобы ты женился на мне просто из чувства долга. Я могу уехать жить домой, и ты мне ничем не обязан. Это я ещё должна тебе приплатить за то, что ты столько для меня сделал.

– Лена, если я решил, значит, я так хочу.

– Нет, – возмущаюсь. – Так нельзя. Тебе надо строить семью, а ты предлагаешь мне стать твоей фиктивной женой.

– Да настоящей я тебе предлагаю стать! – внезапно Кирилл хлопает ладошкой по столу так, что подпрыгивают и бокалы, и я. – Мы с тобой собираемся зачать общего ребёнка. Ты мне нравишься, я тебе нравлюсь, нам хорошо вместе. Я не хочу, чтобы ты уезжала к себе хрен знает куда. Я хочу, чтобы ты работала со мной в одной организации, жила со мной в одной квартире и чтобы ни одна паскуда не имела на тебя видов и не подкатывала к тебе свои яйца!

– Как же так? – шепчу растерянно. – Люди годами встречаются и не женятся. А мы с тобой знакомы без году неделя.

– Да плевать мне, кто как встречается и почему не женятся. Замуж за меня выходи, говорю.

В растерянности наблюдаю, как Кирилл вытаскивает кольцо из бархатной подушечки, а затем тянет его к моему пальцу. Испуганно сжимаю руку в кулак.

– Так, прекрати брыкаться. В любом случае свадьба назначена через две недели, – нагло разжимает кулак Кирилл и надевает мне на безымянный палец кольцо. – Я хотел сразу нас с тобой поженить, но потом решил – вдруг ты захочешь платье и гостей. Но, если ты начнёшь брыкаться, то имей в виду, что твой паспорт всё ещё у меня и до свадьбы ты его обратно не получишь.

– Кирилл, я чувствую себя виноватой, – глазами по пять рублей смотрю на свою руку. – Если бы я не уговорила тебя стать донором…

– Ой, можно подумать, ты так долго меня уговаривала, – перебивает Добрынский, закатив глаза, и снова подаёт мне бокал. – Так ты согласна выйти за меня замуж? Я, конечно, не подарок и даже не сахар, и преимуществ во мне нет...

– Господи, да ты одно сплошное преимущество, – жмурюсь.

– В смысле? – не ожидав похвалы, приподнимает Кирилл брови.

Я не знаю, что ждет меня дальше, но этот неидеальный мужчина – идеален! И я не представляю, как бы жила без него. Я запретила себе о нем думать в тот момент, когда он отказался быть донором, но внутри меня словно что-то оборвалось.

Поняв, что мы больше никогда не встретимся, я будто потеряла часть души. Так пусто и холодно мне не было даже в самые паршивые дни моей жизни.

А потом все тело разрывалось от счастья, когда нам с доктором-репродуктологом сообщили, что в клинику приперся какой-то сумасшедший и требует срочно увидеть меня. Просто быть с ним рядом для меня уже казалось раем.

И сейчас я хоть и пыталась его отговорить, но внутри все кричит от восторга и требует немедленно прибрать это сокровище к рукам. А я что? Я – женщина, существо, ведомое интуицией, гормонами и эмоциями. И я насильно никого в ЗАГС не тянула. Как говорится, сам напросился.

– В смысле, я согласна, – улыбаюсь сквозь силу, потому что мне хочется разрыдаться.

Господи, да я даже подумать не могла, что когда-нибудь со мной может произойти что-то подобное!

Взгляд Кирилла загорается так, будто он не предложение мне сделал, а клад нашёл. И от этого моментально на душе теплеет еще сильнее. Чокаюсь с его бокалом своим и, выпив вкусное безалкогольное шампанское залпом, чтобы немножко охладить пожар, который бушует сейчас у меня внутри, встаю из-за стола и крепко обнимаю Кирилла за шею. Он тут же подхватывает меня на руки и встаёт.

– Скажи честно, – хитро щурится, глядя мне в глаза. – Я же тебе сразу понравился? С первой встречи? Просто ты вредничала и строила из себя неприступную королеву, а сама хотела бы поужинать со мной в тот день.

– Нет, ты вёл себя отвратительно, – шепчу ему в губы. – Я бы никогда не пошла с тобой на свидание, если бы не увидела, что в глубине души ты очень заботливый и нежный.

– Да какой я нежный? – хмурится Кирилл. – Я суровый и страшный!

– Очень суровый, – шепчу, прижимая его голову к себе, и он, вздохнув, покорно кладёт её мне на грудь.

– Ладно, так быть, – усмехается. – В таком случае, ты мне тоже не понравилась.

– Ну что ты врёшь? – фыркаю, закатывая глаза.

– Вообще ни разу не понравилась, – отбрыкивается он. – Но фигурку я твою заценил.

– Ну, фигурку и я твою заценила, – улыбаюсь. – А без одежды так вообще космос.

– Пошли, я тебе покажу “космос”, – подмигивает Кирилл и выносит меня из кухни.

– Подожди, ты голодный, – притормаживаю его.

– Да я уже привык, что меня кормят только после секса, – хохочет.

По пути до комнаты целуемся как ненормальные.

Кирилл падает на кровать, а я оказываюсь сверху. Буквально срываем друг с друга одежду, не в силах удержать внутри те эмоции, что бьют через край. Все слишком быстро и неожиданно и вообще так адекватные люди не делают. Но мы бросаемся навстречу друг другу, как в омут с головой, позволяя себе делать то, что не сделали бы до этого никогда