Как приручить холостяка - Аня Истомина

Это все делает меня по-настоящему счастливой. Мне для счастья не надо ни Гоа, ни Таиландов. Мне достаточно будет и речки с арбузом в августе, если честно. Ну, а если Кирилл все же предложит поехать на наш юг – тоже здорово, лишь бы с ним, вместе. А куда, совершенно без разницы.

Я вообще не привередливая. Мне важнее то, что в душе происходит. Если там все хорошо, тогда я счастливая и отдохнувшая. Сейчас у меня в душе – рай.

– Проходите, – открывает нам дверь в зал регистратор, и мы, взявшись за руки, заходим внутрь под торжественную музыку, встаем напротив стола, в центре.

Кирилл бросает на меня теплый взгляд и улыбается.

Он сегодня очень красивый: в костюме, с галстуком, хотя я даже не настаивала на этом.

Правда, я тоже купила себе красивое платье жемчужного цвета, до колен, и сделала макияж и прическу в салоне.

Мы договорились с фотографом на небольшую фотосессию после росписи. А потом уже поедем к друзьям, на природу, жарить мясо и топить баню.

– Да, – с улыбкой отвечает Кирилл на каверзные вопросики регистратора.

– Да, – киваю я и вздыхаю с облегчением, потому что, действительно, согласна с этим невероятным мужчиной на любые испытания. Потому что с ним – не страшно.

– Объявляю вас мужем и женой…

И мы меняемся кольцами в знак бесконечной любви, отдавая себе отчет, что вот это – навсегда, что бы ни произошло. А потом, по традиции, Кирилл выносит меня из ЗАГСа на руках. Какой-то ушлый дедушка-предприниматель вручает нам белых голубей и мы быстро сдаемся под его напором.

– Главное, чтобы не вниз полетел, как в роликах, – усмехается Кирилл, аккуратно придерживая птицу в руках.

– Ага, это точно, – взвизгиваю, придерживая затрепыхавшуюся в руках голубку.

– О, у твоей прям и характер вылитый твой, – подначивает меня Кирилл со смешком.

Закатываю глаза.

– На “три-четыре”, – командует фотограф. – Три… Четыре.

Отпускаем голубей и с удовольствием смотрим, как они взлетают в небо.

– О, смотри, он от нее слинять решил, – обнимает меня Кирилл, провожая птиц взглядом.

– Далеко не слиняет, вечером все равно в голубятник придется возвращаться. – усмехаюсь. – О, она за ним полетела!

– “Подожди, я не договорила!” – комментирует он с улыбкой.

Смеемся и уходим на фотосессию, а уже после едем в гости к друзьям.

– Ну, что, молодые? – усмехается Николай, поднимая рюмку. – Совет да любовь? Горько!

– Горько! Горько! – подхватывают остальные.

Мы сидим в украшенной шариками гостиной, вокруг то и дело снуют детишки. На стене – большой плакат с поздравлениями от друзей. Рисовали его от руки, приклеивали фотографии и писали какие-то смешные поздравления все друзья Кирилла. Нас завалили цветами и подарками, и мне очень приятно, что теперь эти люди – и мои друзья тоже.

Кирилл притягивает меня к себе и целует. Несмотря на то, что мы взрослые люди, я все равно краснею от смущения.

– Ну, вот! А то всё “секта, секта”. Допрыгался. – басит Степан, глядя на Кирилла хитро, а тот закатывает глаза.

– Ага, – усмехается Николай. – Зато, смотри-ка: медленно запрягал, а женился быстрее всех. Сколько вы, меньше месяца знакомы?

– Почти месяц. – обнимает меня Кирилл. – Знал бы, что судьба, при первой же встрече в ЗАГС потащил, а не в морг.

Улыбаюсь, глядя на него.

– Так, ну что, пошли в баньку, первый жар снимем? – предлагает Николай мужчинам, и они уходят.

Остаемся наедине с девочками.

– Как ты себя чувствуешь? – уточняет Настя, жена Степана, качая малыша на руках. – Первая беременность – это так волнительно.

– Да я нормально, – улыбаюсь. – Кирилл – не знаю, я такая вредная стала, что сама себя раздражаю.

– Ничего-ничего, им полезно немножко в тонусе побыть. – усмехается Таня. – До сорока лет жили не напрягаясь. Лена, ты, если что, не стесняйся, рассказывай о том, что тебя волнует. Мало ли, выговориться захочется, все же люди. Мы-то с Настей давно друг друга знаем, но всегда рады пополнению. У нас еще Юля есть, вы с ней обязательно подружитесь. И Зоя, но она у нас еще молоденькая, поэтому не часто с нами отдыхает.

– Спасибо, – улыбаюсь. – На самом деле, у меня совсем не осталось подруг. С теми, что были в родном городе, как-то перестали общаться со временем – у всех семьи, а новых в Москве я не завела.

– Ой, это мы быстро исправим, – весело улыбнувшись, отмахивается Настя. – У нас скоро день рождения у Стеши, приходите с Кириллом.

– А у нас постоянно у кого-нибудь дни рождения, – усмехается Таня. – Кирилла обычно не дозовешься в гости, он вечно на дежурствах. Но, теперь-то уже отвертеться у него не получится. И крестины мальчишек скоро. Мы всегда вам рады, Лена. А когда родишь, можем вместе собираться с детками на прогулки. И привезти, чтобы мы понянчились, если вам нужно время наедине побыть, тоже.

– Спасибо, девочки. – чувствую, как внутри все дрожит от эмоций. – Мне очень приятно.

Когда мужчины, раскрасневшиеся и шумные, возвращаются обратно, мы уже успеваем наговориться за жизнь и узнать друг друга ближе. Девочки уходят попариться, а я ныряю в объятия мужа, вдыхаю аромат бани с его кожи и млею.

Несмотря на то, что срок у меня еще совсем небольшой, Кирилл тут же кладет руку на мой живот, будто оберегая нашего малыша от всего мира. А я накрываю его руку своей и умиротворенно слушаю мужские разговоры, шуточные тосты и принимаю поздравления.

Мы возвращаемся домой поздно, уставшие, но очень довольные.

– Ну, что, Добрынская Елена Александровна, – смотрит на меня Кирилл, хитро прищурившись, – пройдемте в спальню, консумировать брак?

54. Заговор

– Беременность многоплодная. – задумчиво диктует врач медсестре.

– К-какая? – переспрашиваю, вмиг охрипнув, и ошарашенно смотрю на Лену.

– Многоплодная.

– Это сколько? – щурюсь.

– Двойня.

– Слушай, а, может, в этой клинике всем ставят двойню? – возмущаюсь. – Таня тебе ее посоветовала, им тоже двойню поставили. Это