Дракон без лица или вдова для дракона - Елена Байм

Судя по тому, как быстро бились его сердце, как вспотел лоб, результат меня, наверное, не утешит. И я не ошибся. Стоило нам оказаться в гостиной, закрыть дверь и активировать полог тишины, как этот невзрачный мужчина дребезжащим голосом быстро затараторил.

— Ваше благородие… Подозрения подтвердились. В вашем вине было зелье, причем в такой концентрации, что и дракона можно убить. Вам повезло, что вы не выпили его, а вот бедняге Харни… не очень. Противоядие, конечно, есть, но в его случае уже поздно его принимать. Слишком большая доза попала в тело, процесс необратимый. Только, простите… — на этих словах лекарь низко склонил голову.

— Я был вынужден сообщить дознавателям о покушении на Вас. Вы же знаете, за попытку убийства дракона полагается сожжение на костре.

Я кивнул, так даже к лучшему. А сам вспоминал, кто трогал бутыль с этим вином. И тут меня осенило. Эту бутыль дорогого вина купил для меня старик Харни, чтобы отпраздновать уход Люсьены. Я отпил пару бокалов, а потом поднялся к себе… Провел забытую ночь. На следующий день я предложил допить остатки Харни, когда умолял его меня выслушать.

Значит, вино отравили в промежутке между этими событиями. Но зачем? И тут меня прошибла леденящая мысль: а что, если бутыль была отравлена изначально? Что, если яд уже попал в мое тело?

Не теряя лишних мгновений, я тут же попросил лекаря проверить меня. Он понял меня с полуслова. Достал из саквояжа камень для сканирования ауры — гладкий, темно-синий, с мерцающими прожилками, и приступил к диагностике.

Его тяжелый вздох сказал мне все без слов.

— Ваше благородие, — произнес он растерянно, — вы тоже были отравлены. Но я не понимаю, почему яд на вас не подействовал? Такое возможно лишь в одном случае, если вас рвало…

Я отрицательно помотал головой.

— Вы занимались в учебном зале и сильно потели? — предположил лекарь.

Я снова покачал головой. Хотя… возможно, я и потел, но точно не там.

— Тогда, вероятно, концентрация яда в вашем организме была меньше. И раз симптомов нет, значит, противоядие не требуется.

И тут до меня дошло.

— Есть один нюанс, — произнес я медленно, сопоставляя детали. — Бездна меня побери, я не помню, что было потом. Пустота. Как будто кусок воспоминаний вырезан из моей памяти.

Лекарь задумался. Затем достал из саквояжа пузырек с мутной зеленой водой. Отсчитал десять капель и протянул мне:

— Выпейте. Это должно вам помочь.

Я проглотил горькую жидкость, ощутив, как она обожгла горло. Попытался вспомнить ту ночь — но снова провал. Лекарь заметил мое разочарование и громко вздохнул:

— Оно так быстро не действует, ваше благородие. Нужно время. Самое оптимальное — два-три дня. И память, надеюсь, вернется. Но в случае с управляющим, повторюсь, я, к сожалению, тут бессилен. Можете попробовать отправить его в столичную лечебницу, может там смогут помочь.

Я согласился, обдумывая услышанное. И тут мне в голову пришла идея:

— Скажите, а что можно придумать, чтобы не отдавать девушку, которую я забрал по праву первой ночи у ее старика-мужа? У вас такое было в практике? Может это как-то можно решить? Он женил ее на себе против воли.

Лекарь закашлялся, потер переносицу.

— Ваше благородие, вы про Люсьену? Признаюсь, весь наш городок только об этом и говорит. Все, кто планировал свадьбы, срочно их отменяют.

Теперь настал мой черед морщиться.

— Это не то, что вы подумали. Я просто за нее переживал, — ответил я. — А сейчас переживаю вдвойне. Если кто-то пытается убить меня, то и ей рядом со мной грозит опасность. Но если я отправлю ее в деревню, сразу же объявится ее муж и заявит права.

Лекарь молчал, взвешивая слова.

— Ну… есть один способ, — произнес он. — Но он не совсем законный. Вам потребуется найти лекаря, готового рискнуть своей репутацией и честью. Я не смогу этого сделать, у меня семья. Я один кормилец в семье.

— Какой способ? — хриплым голосом спросил я, ухватившись за него, как за соломинку.

— Объявить всем, что Люсьена от вас беременна. Что ее сын — будущий дракон, и ей нужна ваша магия и кровь для его защиты. Тогда муж не сможет, как минимум, девять месяцев, претендовать на нее. А за это время можно отправить ее далеко и озаботиться о разводе.

Я задумался. Это действительно могло сработать.

— Отличная идея, — выдохнул я и, не раздумывая, накинул лекарю пять золотых сверху. — Спасибо за помощь.

Он поклонился, собрал свои склянки и поспешил к выходу. А я остался стоять посреди гостиной, обдумывая как лучше начать внедрять этот план. Ведь действовать нужно осторожно и быстро.

67. План

Лекарь ушел… Я закрыл за ним дверь, медленно повернулся и направился в свой кабинет. Сел в любимое кресло возле стола, машинально провел рукой по столешнице. Но вино наливать не стал… Вдруг там тоже сюрприз.

Машинально потер виски, голова гудела от множества мыслей, требующих немедленного решения. Времени мало, а мне надо выстроить четко выверенный план.

Так — то, в целом, идея лекаря выглядела многообещающе. За девять месяцев я не только помогу оформить развод, а наверняка смогу уломать Люсьену на наложницу или любимую женщину, без обязательств.

К тому же как раз подойдет срок получения процентов по вложенным мной инвестициям. В памяти всплыли цифры расчетов — не менее тысячи золотых. Не баснословное богатство, конечно, но вполне достаточно, чтобы полностью обставить дом в деревне с садом, беседкой. Накупить Люсьене платьев, драгоценностей, всего, что полагается любимой женщине, чтобы чувствовать себя хорошо.

Я мысленно представил, как она будет гулять в шелковой сорочке по дому… но тут же в сознании всплыла тревожная мысль, омрачающая радужные планы. Если мой враг узнает, что Люсьена беременна от меня… Я ведь заявлю об этом на каждому шагу, чтобы не отдавать девушку мужу…

Так вот, он может поставить себе целью убить ребенка. Кто его знает, может, он рассчитывает, что я признаю бастарда, ведь я более, чем уверен, меня пытаются отравить из-за титула и земель.

Если бы я не знал свою тетку Беатрис, то подумал бы на нее первым делом. Но она труслива. У нее рука не поднимется вот так,