Королевская охота - Инна Брюсова

У нас с папой есть деньги, и виза тоже не проблема, но нам нужно немного помочь, когда мы приедем. И поэтому я пишу Вам и покорнейше прошу Вашей помощи. Я хочу нанять Вас опекать нас с папой, когда мы приедем, и, может быть, поискать папину знакомую женщину. Знакомство с Вами — большая удача и честь для нас!

Извините меня, и заранее благодарю Вас за все, что Вы для нас сделаете! С нетерпением ожидаю Вашего ответа и встречи с Вами!

Искренне Ваши, Ичиро и Норико Морикава.

Там была еще фотография — некрасивая улыбающаяся девушка с энергичным широкоскулым лицом, коротко стриженная, в очках, в линялой тишотке и джинсах с дырой на правом колене, сидящая на скамейке под цветущим белым кустом. Рядом — похожий на засушенного кузнечика старик: тонкая шея, торчащая из ворота синего с белым кимоно, детский пух на голове и сложенные на коленях ручки. Отрешенное выражение лица, щелочки глаз задумчиво смотрят в объектив. Ладонь девушки лежит на плече отца.

Екатерина еще раз перечитала письмо. Невероятная история! Она никогда не слышала о том, что в их городе когда-то работали пленные японцы. Немцы, кажется, были. Бабушка рассказывала. Но японцы? Нет, никогда. И старый ностальгирующий японец, который в конце жизни хочет еще раз увидеть их город. Зачем? Что ему вспоминается? Враждебная страна, чужой язык, непонятные люди? Женщина? Может, и любовь была? Любовь между пленным японцем и местной женщиной? Верится с трудом. Но, как бы то ни было, он просит привезти его сюда. Как будто хочет поставить точку в конце жизни. Раздать долги. Подобрать последний брошенный камень. Удивительное все-таки существо человек! Иррациональное в чувствах и непредсказуемое в поступках!

Весь день Екатерина находилась под впечатлением письма из Японии. И когда вечером приехала Галка, они долго рассуждали, что же именно может тянуть старого японца в их город.

— Молодость! Он же был совсем молодым, когда попал в плен! — Галка прониклась сочувствием к бывшему военнопленному. — Двадцать один год. Почти как мой Павлуша. — Она задумалась, представив сына в подобной ситуации: — Не дай Бог! — Потом сказала: — Знаешь, Катюша, мне дали книгу, на два дня всего, одна американка написала, Памела как-то там, не помню фамилии. Название офигенное: «Итак, ты затащил меня в свою постель, и что же дальше?» Представляешь?

— Любовный роман? — рассеянно предположила Екатерина.

— Нет, вроде учебника по сексу. Ну, как вести себя с мужчиной в постели, как принимать любовника, что говорить, что надеть, как сказать ему, чего ты хочешь и как ты хочешь, чтоб он это сделал! Такой сексуальный ликбез! Я принесу. Забудешь обо всем на свете!

— Интересно… ну и как принимать надо? — выказала слабый интерес Екатерина.

— С фантазией! В открытом коротком платье, при свечах. И все время следует его трогать!

— Как трогать?

— Ну, обыкновенно! Рукой! Потрепать по щеке, погладить по голове, ну, там, пихнуть под столом коленом! Знаешь, я представляю, мой Веник приходит, а я треплю его по щеке! Или коленом под столом!

Екатерина представила себе тоненького и хрупкого Веника, которого пинает коленом толстая, большая Галка, и засмеялась.

— У меня рука тяжелая! Я как потреплю, мало не будет!

Они захохотали.

— Ну а потом еще нужны всякие дезодоранты, с запахом его любимого табака или коньяка!

— А такие разве есть?

— Есть, есть, всякие есть! Или еще мужские одеколоны, чтобы он чувствовал себя свободнее! И постель подушить обязательно! Чтобы чувствовать себя, как на цветущем лугу. Ну и разные другие советы. Очень интересная и полезная книга! Дать?

— Дай! Учиться никогда не поздно! Но…

— Что «но»? Тебе это особенно нужно! И замуж давно пора! — Галка оседлала любимого конька.

— Чтобы идти замуж, надо любить. А твоя книга совсем о другом.

— Любовь любовью, а знать правила поведения в постели тоже не помешает!

— Правила поведения в постели! — Екатерина расхохоталась. — В постели я не хочу никаких правил! Ты еще скажи «техника безопасности» в постели!

— А что? Тоже надо! Ты, Катюха, не права. Ты смотри, что деется! Сексуальная свобода и полная раскованность! Не только для мужиков, они и так всегда были раскованны, дальше некуда! Но теперь и для женщин тоже! Памела в своей книге говорит, что партнеры в постели абсолютно равноправны! Сексуальное равноправие! А ты всегда была и есть… — Галка замолчала, подбирая слово, — очень… ну… — она махнула рукой, — ну…

— Ну? — попыталась ей помочь Екатерина. — Ну? Какая?

— Идейная, вот какая! Вот именно, идейная! — Галка обрадовалась удачной лексической находке.

— Другими словами, скучная!

— Ну, если хочешь, да! Скучная! Вернее, не скучная, а порядочная! Только, ради Бога, не говори мне, что, с твоей точки зрения, порядочность — это необходимое качество, и тэ дэ. Я не о той порядочности. А ты всегда все усложняешь, из всего делаешь проблему! Надо быть проще!

Екатерина задумалась. Пожалуй, Галка права. Раскованности и простоты ей, Екатерине, действительно не хватает. Но разве только ей? Ей часто приходила в голову мысль, что примитивные женщины, в отличие от высокоорганизованных и нервных интеллектуалок с развитым воображением, видят в мужчине не профессора, талантливого музыканта или известного журналиста, а только и всегда самца. И ведут себя с ними соответственно, взывая именно к этой их сути. И, как правило, не ошибаются. И меньше всего переживают по поводу того, что о них подумают и не перестанут ли уважать. И как ни странно, мужчинам легче именно с такими женщинами. Она вспомнила одну из своих студенческих подружек, которая никак не могла выйти замуж. Кто-то познакомил ее с доцентом местного политехнического института, вдовцом лет сорока, который пригласил ее к себе домой. Ну, там, шампанское, конфеты… А потом он предпринял попытку оставить ее на ночь, но она отказалась. «Я в принципе ничего не теряла, — объяснила она позже Екатерине, — но нельзя же так сразу! Что бы он обо мне подумал?!» Больше он ее не позвал, оставив в недоумении. «Так что, в следующий раз уступить? А если попадется порядочный?» «Не уступай и жди порядочного», — хотела сказать Екатерина, но не решилась, чтоб не обидеть подружку. Такой совет могла бы дать и ее бабушка. Но времена меняются! Меняются взгляды, стереотипы поведения, все меняется. Издается масса книг вроде той, о которой рассказала Галка. Наверное, сейчас Екатерина дала бы другой совет. Но… что «но»? А вот что! Равенство в сексе возможно в обществе, где мужчина и женщина действительно равноправны. А до этого еще так далеко! Отношение к сексу меняется, а положение женщины — нет! Работу ей найти труднее, чем мужчине, платят ей тоже меньше. От женщины ожидают свободного сексуального поведения, не уравняв ее в правах с мужчиной! И опять ей приходится труднее в жизни. Как всегда, впрочем.

— Ты что, обиделась? — испугалась Галка долгого Екатерининого молчания.