От любви не спрячешься - Рейчел Гибсон

– По-моему, мужчина и женщина вполне могут найти одно счастье на двоих и вместе построить замечательную жизнь.

Клер поставила поднос на консоль, возле блюда с маленькими печеньицами в форме елочек. Сунула одну елочку в рот и прислонилась к консоли спиной. Мысленно отругала себя за то, что сама приготовила закуску и сама же ее уничтожила. Посмотрела на свои красные ногти и вспомнила, что в морозильнике лежит рыба. Но оперативно сделать с ней что-то все равно не удастся.

– Ни твоим, ни моим родителям не довелось общее счастье.

Клер подняла взгляд. Себастьян стоял перед ней, скрестив руки на груди поверх просторного джемпера.

– Не довелось. Но ведь и твой отец, и моя мать вступили в брак по ошибке. Мама – потому что возомнила, будто сможет изменить очаровательного бабника, а Леонард потому, что… ну…

– Потому что моя мать была беременна, – закончил Себастьян. – Финал хорошо известен. В результате все стали несчастными.

– Но ведь конец истории совсем необязательно должен оказаться плохим.

– И что же сможет предотвратить неудачу? Сердечки, цветочки и заверения в вечной бессмертной любви? Ты действительно веришь в подобную чушь?

Клер пожала плечами.

– Я всего-навсего хотела бы встретить человека, способного полюбить меня искренне и страстно, так же, как и я его. – Она подошла к холодильнику. Открыла дверцу и заглянула в морозильное отделение. Давняя коробка мороженого, пакеты с курами, форель, которую Леонард отдал Джойс, вернувшись с последней рыбалки. Клер закрыла морозильник и решила сменить тему.

– Давай лучше поговорим о тебе. – О себе она уже устала рассказывать. – Вот ты хочешь иметь детей?

– В последнее время мне все чаще начинает казаться, что ребенок – это хорошо. Но только не сейчас, а когда-нибудь потом. – Клер уже открыла было отделение для повседневных продуктов, но после этих слов Себастьяна повернулась к нему. Себастьян сделал пару глотков из бокала и добавил:

– А вот жена – совсем другое дело. Не представляю себя женатым.

Клер тоже не могла представить его женатым. Наклонившись и уперев ладони в колени, она принялась, наконец, изучать содержимое холодильника.

– Ты один из этих парней.

– Каких парней?

Молоко. Грейпфрутовый сок. Несколько банок с острым мексиканским соусом.

– Да из тех, кто не хочет связывать себя с одной женщиной на всю жизнь. Просто потому, что вокруг столько других, и каждая мечтает оказаться покоренной. Ваш брат рассуждает примерно так: «Зачем каждый день есть овсяную кашу, если существуют «Кэпиранч», «Лаки чармз» и «Тэйсти О»?»

Творог. Кусочек чего-то непонятного, по форме напоминающий остатки пиццы.

– А знаешь, что потом бывает с этими парнями?

– Не знаю. Скажи.

– Этим ребятам неожиданно исполняется пятьдесят. Одиночество начинает угнетать, и они решают, что пора завести семью. Покупают несколько упаковок виагры и находят отчаянную двадцатилетнюю девицу, чтобы родить пару-тройку детишек.

Сыр. Банка маринованного ассорти. Яйца.

– Но только они уже слишком стары для того, чтобы радоваться детям. А когда им исполняется шестьдесят, жена уходит к самцу помоложе, причем, как правило, не забывает очистить банковский счет. Брошенные мужья несчастны, сломлены и не могут понять, в чем же причина их непереносимого одиночества.

Клер достала банку оливок.

– Их дети не хотят, чтобы отцы приходили к ним в школу на спортивные соревнования, потому что эти парни уже почти пенсионеры и одноклассники принимают папу за дедушку.

Bay! Клер выпрямилась, удивляясь собственному цинизму. Не иначе как наслушалась скептических рассуждений Мэдди. Она поискала на банке дату изготовления.

– Только не подумай, что во мне говорит разочарование или что я кого-то осуждаю. – Клер с улыбкой взглянула через плечо. – Не все мужчины – незрелые сопляки, – добавила она и заметила, что Себастьян с интересом разглядывает ее зад. – Впрочем, насчет этого я вполне могу ошибаться.

Он поднял глаза:

– Что?

– Ты слышал хоть одно мое слово? – Клер закрыла холодильник и поставила оливки на консоль. У нее пока не было определенного плана их использования, но, во всяком случае, эти плоды выглядели привлекательнее прочих обитателей холодильника.

– Слышал. Ты считаешь, что я не представляю себя женатым потому, что хочу покорить многих разных женщин и съесть их овсяные хлопья. – Себастьян ухмыльнулся. – Но на самом деле причина не в женщинах и не в хлопьях. Я боюсь жениться просто потому, что слишком много езжу и слишком мало бываю дома. А опыт подсказывает, что расстояние не согревает сердце. Пока меня не будет, жена слегка погрустит, а потом двинется дальше. А может, я сам двинусь дальше. Если же нет, то когда-нибудь она увидит в моей работе помеху семейной жизни и захочет, чтобы я урезал свой творческий график и больше времени проводил дома, рядом с ней.

Последний аргумент казался разумным. Клер и сама прекрасно понимала, каково это – работать, когда вторая половина желает общаться и развлекаться. Она даже ощутила некоторую симпатию к Себастьяну. Впрочем, Вон тут же развеял иллюзию:

– Женщины никогда не могут вовремя остановиться. Даже когда все хорошо, все прекрасно и отношения развиваются просто здорово, они непременно вывернут совместное существование наизнанку. Им почему-то необходимо постоянно обсуждать чувства, беседовать об отношениях, навешивать обязательства. Женщины по природе своей не в состоянии оставить в покое всю эту ерунду!

– Ах, Боже мой! Да на тебя надо повесить предупреждающий знак: «Не приближаться. Опасно»!

– Во всяком случае, я ни разу не врал, ни одной из тех, с кем завязывались какие-то отношения.

Возможно, не произнося громких слов, Себастьян Вон умел смотреть на женщину так, что она начинала чувствовать себя избранной, особенной, неповторимой. А на самом деле она интересовала его лишь до того момента, пока повелитель не принимал решения двинуться дальше. Однако сама жертва, даже прекрасно зная, что имеет дело со змеем-искусителем, не чувствовала опасности. У нее не вырабатывалось иммунитета к взглядам, поцелуям, прикосновениям, разговорам, хотя в глубине души она и понимала: если хочешь спастись и выжить, надо с криком о помощи бросаться в противоположную сторону.

– Уточни, что ты понимаешь под отношениями.

– Господи! – Себастьян тяжело вздохнул. – Ты еще совсем ребенок!

Он поднял руку, но тут, же снова опустил, словно испугался своего жеста. – Отношения… Ну, допустим, это встречи и секс на регулярной основе.

– Это ты еще мальчишка! – Клер укоризненно покачала головой и обогнула кухонную консоль. – Отношения должны включать нечто большее, чем обеды, кино и регулярное соитие. – Неплохо было бы развить мысль, но она решила, что ее усилие останется напрасным и ощутимой пользы не принесет. – И сколько же продолжались твои самые долгие отношения?