Подари мне радугу - Черил Ривз

– Ты тоже испугалась? – спросил Джо. Он поставил на стол коробку ванильных вафель и пододвинул поближе к Фриц.

– Да.

– Почему?

– Я не хотела, чтобы ты опять на нее злился!

– Я не злился на нее, Фриц!

– Но ты же злился, когда пришел!

– Скажи спасибо Делле.

– Делле? – Фриц надолго задумалась, забавно скривив губы. – А что такого натворила Делла?

– Это я обсужу с ней самой.

– Хорошо, – согласилась Фриц. Она даже любила отца за эту скрытность. По крайней мере если ты где-то оплошал, то можно было не опасаться, что об этом узнают все вокруг.

– Кэтрин все-таки не захотела пойти на праздник? – Фриц снова вернулась к интересовавшему ее вопросу.

– Она провела весь день в больнице с одной из своих воспитанниц.

– Та что, родила?

– А ты откуда про это знаешь? – насторожился Джо.

– Кэтрин сама мне говорила, что занимается с ученицами, у которых скоро родятся детишки.

– Она сама тебе говорила? Когда же это?

– Когда мы гуляли на пляже. Я спросила ее, чем она зарабатывает себе на жизнь. И она ответила, что занимается с ученицами, у которых скоро родятся детишки, чтобы им не пришлось совсем уходить из школы.

– Скоро ты меня совсем в угол загонишь своими вопросами! – улыбнулся Джо.

– Я уже загнала, – сообщила Фриц. – Мне уже велели пару раз не лезть не в свое дело. Я могу завтра навестить гномов?

– Не знаю, удобно ли это.

– Почему? Кэтрин сказала, что нужно только предупредить.

– У нее сейчас… в общем, у нее горе, Фриц. И вряд ли твой визит будет кстати.

– Почему?

– Потому что ей не до гостей.

Раньше Джо не считал нужным пускаться в такие подробные объяснения. Фриц боязливо посмотрела на него, но все же решилась идти до конца:

– Почему? – снова спросила она.

– Потому что ребенок ее воспитанницы умер, Фриц, – негромко ответил Джо и протянул дочери еще одну вафлю.

Она машинально взяла ее, погрузившись в свои мысли. Ребенок умер. А ведь Кэтрин любит детей. Теперь-то ясно, какое у нее горе и почему она не пошла на праздник. Фриц снова посмотрела на отца – теперь с беспокойством. Он явно жалел о том, что рассказал ей правду, – и зря. Потому что Фриц чувствовала себя намного увереннее, когда знала всю правду – пусть даже и такую мрачную, – чем в тех случаях, когда взрослые оставляли ее теряться в догадках.

– Иногда такое бывает, – заметила она, стараясь как-то подбодрить отца.

– Да, – согласился он.

– И никто в этом не виноват… – Фриц хватило ума не ляпнуть про то, что все мы ходим под Богом. Джо так и не сумел поверить в то, что Богу может быть угодна чья-то смерть, и он всякий раз ужасно злился, когда про это слышал. Однако она не постеснялась добавить: – Это как в тот раз, когда умерла Лиза, – потому что знала: отец ее поймет.

– Да, – снова согласился он.

А Фриц надолго умолкла, размышляя о Кэтрин и о ребенке, который умер в больнице.

– Ты хочешь знать что-то еще, Фриц? – спросил Джо.

– Я только хотела бы, чтобы у ребенка было имя. Сестра Мэри Джон говорит, что умершие дети становятся ангелами, но… – Она замялась, напряженно барабаня пальцами по столу.

– Но что?

– Но вот на кладбище. Там, где есть такие маленькие могилки. Иногда на них просто написано “Наш сыночек” или “Наша дочка”. Разве ангелов так зовут?

Фриц замолчала, ожидая объяснения, но не дождалась и снова спросила:

– Зовут?

– У этого ребенка было имя, – наконец ответил Джо. – Эту девочку звали Треже.

Фриц улыбнулась с облегчением. Имя пришлось ей по душе. Она слышала по телевизору, что жизнь подчас бывает очень странной. Может быть, это именно тот случай, который имела в виду та тетя. Где-то осталась мама, потерявшая свою дочку по имени Треже. А вот она, Фриц, – дочка, потерявшая свою маму. Иногда все получается слишком нелепо, неправильно, и ты ничего не можешь с этим поделать, и тогда только и остается, что сидеть одному в темноте – как это делает Джо. Она посмотрела на отца. Нет, сейчас он не горевал, но его явно что-то тревожило.

– Кэтрин не будет грустить слишком долго, – утешила она Джо.

– И все равно завтра не стоит ее беспокоить, Фриц, – решительно сказал он, и ей стало ясно, что его беспокоило. А она-то подумала совсем про другое!

– Кэтрин не будет очень долго грустить, – с нажимом повторила Фриц. – Просто не сможет.

– Фриц… – Она вскинула на него доверчивые, удивленные глаза. Он что, так до сих пор ничего и не понял?

– Потому что, – многозначительно продолжала девочка, – у нее теперь есть гномы!