Паутина лжи - Олег Рой

Подталкивая в спину, ее повели куда-то, заставили подняться на крыльцо, резко и жестко подхватили, когда она чуть не упала, споткнувшись, очевидно, о порог. Потом нажали на плечи, заставив опуститься на жесткий стул, и наконец сорвали с глаз мешок.

После того как глаза адаптировались, она поняла, что находится в полутемной комнате, судя по обстановке – старой дачи или небогатого сельского дома. Она сидела у стены, в лицо ей, следуя классическим традициям допросов, светила яркая лампа. Остальная же комната оставалась в тени, но женщина увидела, что, кроме нее, здесь находятся еще четыре человека в камуфляжных костюмах и шерстяных шапках-масках с прорезями для глаз, носа и рта. Один стоял у нее за спиной, не давая пошевелиться, другой сел у окна, третий привалился спиной к дверному косяку. Четвертый, сидевший прямо напротив, очевидно, был тут старшим. Именно он первый нарушил молчание.

– Раиса Николаевна, – произнес он, – пожалуйста, слушайте меня внимательно и отнеситесь к моим словам со всей серьезностью. Мы не причиним вам вреда, но только в том случае, если вы будете сотрудничать с нами и честно ответите на все мои вопросы.

– Что вам от меня нужно? – Пока ей удавалось владеть собой.

Сидевший перед ней человек в маске говорил как-то странно, глухо. Видимо, использовал прибор для изменения голоса, она знала о существовании таких из какой-то телепередачи.

– Мне нужно, чтобы вы рассказали всю правду о ваших махинациях с торговлей новорожденными детьми.

– Какой еще торговлей детьми? – очень натурально возмутилась Раиса. – Я вообще не понимаю, о чем вы говорите. Как вы смеете обвинять меня в чем-то подобном, как вам это вообще в голову пришло?! У человека, который вас нанял, действительно с психикой не все в порядке. Поверьте мне, я врач и знаю, о чем говорю.

– Значит, никаких продаж младенцев по установленной таксе в двести пятьдесят тысяч евро в вашей клинике не существует? – бесстрастно продолжал собеседник.

– Первый раз о таком слышу.

– А как вы объясните многочисленные смерти младенцев еще до рождения, отмеченные у ваших пациенток?

– Это обычное явление в медицинской практике. Мы работаем со сложными случаями. С такими, от которых многие врачи отказываются, предлагая сразу сделать аборт. А мы сохраняем беременность и ведем пациенток до последнего. И многие рожают более или менее благополучных детишек. Ну, а у кого-то и умирает плод, не без этого… Только я никак не возьму в толк, почему вас это интересует.

– Ну что ж… Не хотите по-хорошему, придется по-плохому, – проговорил собеседник.

– Вы что же, будете меня пытать? – Раиса изо всех сил постаралась, чтобы фраза прозвучала насмешливо, но вышло не очень хорошо, голос предательски дрогнул.

– Вас? Нет. Не вас. Но у нас здесь ваша дочь, и мы воздействуем на вас через нее. Это будет намного эффективнее.

Услышав такое, Раиса аж подскочила на месте.

– Что? Это неправда! Вы все врете, ее у вас нет! Я не верю! Вы просто блефуете!

Человек в маске сделал знак своим людям, и те втащили в комнату перепуганную упирающуюся Женьку. Руки девушки были связаны, рот заклеен пластырем, глаза от ужаса чуть ли не вылезали из орбит.

– Что вы с ней сделали?! Сволочи, подонки!!! – заорала Раиса.

– Пока еще ничего, – прозвучало в ответ. – Но если вы будете продолжать все отрицать, то сделаем. Несколько крайне неприятных вещей. Прямо у вас на глазах… Или нет, лучше в соседней комнате. Но дверь оставим открытой, чтобы вы могли слушать все, что там происходит.

– Не смейте! Сволочи, подонки, фашисты! Немедленно отпустите ее, сейчас же! Бог все видит, он вас накажет, жестоко накажет!!!

– Раиса Николаевна… – человек в маске, кажется, усмехнулся. – Вам ли говорить о Боге?

Рая хотела плюнуть ему в лицо, но сдержалась, бросив взгляд на Женьку.

– Отпустите ее! – проговорила она уже спокойно, без крика. – Отпустите, и я все скажу, но только после того, как буду убеждена, что она в полной безопасности.

– Раиса Николаевна, вы, видимо, до сих пор не поняли? Условия здесь диктую я. А вы или делаете, что вам скажут, или пеняете на себя. Последний раз спрашиваю: вы будете говорить? Или нам заняться вашей дочерью?

– Черт с вами, я все расскажу! Будьте вы прокляты! Только девочку не трогайте!

Человек в маске снова махнул своим подельникам, и те выволокли Женьку из комнаты.

– Давно бы так, Раиса Николаевна… Ну что же, я слушаю вас.

– Спрашивайте. Спрашивайте все, что вас интересует, – я отвечу, – она с ненавистью поглядела на него.

– Нас интересует ребенок господина Кравчука. Он ведь не умер, это так?

– Да, это так, – выдавила из себя Раиса, бросив взгляд на дверь, за которой исчезла Женя. – Мальчик жив и здоров. Его отдали другим родителям.

– Кому именно?

– Этого я не знаю. Правда не знаю, честное слово! Здоровьем дочери клянусь! Я знаю имена лишь небольшой части клиентов. Этой стороной бизнеса занимаюсь не я, мое дело – лишь подбирать доноров и наблюдать за ходом их беременности, чтобы у них все было в порядке.

– И много у вас таких доноров? Кому вы потом говорите, что их дети умерли, а сами продаете этих детей?

– Не так много, как вы думаете. Обычно мы обходимся добровольными матерями-донорами… У нас есть свои люди в других клиниках, в женских консультациях по всей Москве, которые, встретив подходящую беременную, присылают ее к нам. И если у нас есть соответственный заказ и данные сходятся…

– Какие данные? – перебил собеседник.

– Но как же вы не понимаете? Мы подходим к своей работе очень скрупулезно. Нельзя же подсунуть заказчику первого попавшегося ребенка! Во-первых, у них тоже свои требования, иногда доходящие до абсурда. Понятно, когда хотят именно мальчика или именно девочку, но им часто бывает мало только пола, они требуют еще и многих других вещей. Мало, чтобы ребенок был здоровым и красивым, хотя это и необходимо, важно еще и внешнее сходство. Согласитесь, если у смуглых родителей восточного облика вдруг будет голубоглазая дочка-блондиночка, это будет выглядеть неправдоподобно. Но, кроме этого, они чего еще только не придумают! Недавно одни требовали, чтобы ребенок был непременно с абсолютным слухом и выдающимися музыкальными способностями – как, скажите на милость, такое обеспечить? Ну, а во-вторых, тут много и медицинских моментов. Хотя бы та же группа крови должна совпадать с одним из родителей…

– Все это, конечно, очень важно и, безусловно, будет интересно полицейским, которым вы это подробно расскажете, – перебил человек в маске. – Но давайте вернемся к сыну Кравчука.

– Там вышла неприятная история. У нас был заказ на мальчика с похожими данными…

– От кого заказ? Имя?

– Я не знаю! Правда не знаю! Знаю только, что за ребенка тогда дали задаток, очень большой задаток, практически всю сумму сразу, наличными. Но я не работала с той женщиной, которая дала задаток, она наблюдалась в Швейцарии. Я вела здесь девушку-донора, которая была на все согласна. И все шло хорошо, до последнего! Она уже должна была ехать в Швейцарию, мы сами оплачиваем всем донорам эти поездки. И вдруг – несчастный случай. Беременная ехала в маршрутке и попала в аварию. С ней ничего страшного не случилось, отделалась ушибами да переломом ключицы, но ребенка с перепугу выкинула. Когда мы обо всем этом узнали, было уже поздно… Клиентка в Швейцарии вот-вот должна «родить» – а у нас нет ребенка. А клиентка скандальная, договориться с ней невозможно… Пришлось срочно искать материал на замену. Самым подходящим оказался ребенок Кравчуков – и…