Миллиардеры предпочитают блондинок - Сюзанна Энок

Саманта обернулась и расплылась в улыбке:

– Тогда все простыни будут в блестках.

– Да, знаю.

Красный цвет подчеркивал медь ее волос, которые она закалывала наверх беспорядочным узлом. Ричарду до смерти захотелось запустить в него пальцы. Но вместо этого он шагнул к ней.

– Идем?

– Истинный джентльмен, ничего не скажешь, – протянула она с почти настоящим южным выговором, сжимая его пальцы и поднимаясь.

Но сделал он это не столько из требований этикета, сколько из желания коснуться ее.

– Если бы ты хоть немного представляла, как сильно я хочу сейчас быть с тобой, вряд ли назвала меня джентльменом, – признался он, целуя ее мягкие, обведенные красной помадой губы.

– Не сотри помаду, – предупредила она, обхватив его плечи.

– Тогда позже, – прошептал он, отступая, и даже не пытаясь скрыть, с какой неохотой покидает ее. Каждый раз, отстраняясь, он ловил себя на мысли, что не сумеет больше схватить ее и прижать к себе. – У нас заказан столик в «Вид».

– Мне ужасно хотелось посмотреть, как он выглядит сейчас, – выпалила она, провожая его в вестибюль, где уже ждал Уайлдер с ее черной шалью в руках.

– Сейчас? Но он открыт всего несколько месяцев назад.

Саманта одарила его величественной улыбкой и позволила дворецкому накинуть ей шаль на плечи.

– Да, как ресторан.

Превосходно. Значит, она уже бывала в подвале аукционного зала «Сотбис» еще до того, как его переделали в ресторан. Хочет ли он узнать больше? Да, но будь он проклят, если станет приставать к ней с расспросами в присутствии Уайлдера!

Едва они оказались на последней ступеньке крыльца, как рядом остановился лимузин, откуда выскочил водитель, поспешивший открыть для них дверцу.

– Бен, – с улыбкой спросила Саманта, – вы нашли ту… вещь, о которой я упоминала?

– Какую еще вещь? – вмешался Ричард.

Бен ухмыльнулся и вытащил из кармана шоколадный батончик.

– Шоколад и карамель, – сообщил он, вручая конфету Саманте.

– Вы надежны, как скала, водитель, – промурлыкала она, наградив его поцелуем в щеку, чем ужасно смутила: недаром бедняга покраснел как свекла. Саманта нырнула на заднее сиденье. На какую-то секунду Рик пожалел, что захватил с собой Бена из Палм-Бич. Найти водителя в Нью-Йорке проще простого, но Бен много знал о них… об их… привычках, которые никогда не вздумал бы обсуждать. Следовательно, дополнительная защита им не помешает. По крайней мере, так считал Ричард. Но предполагалось, что чертов водитель вообще-то должен работать на него!

Рик сел рядом.

– Не вздумай есть это сейчас!

Но она уже развернула батончик.

– Я поделюсь с тобой.

– Испортишь аппетит.

Саманта состроила рожицу и торжественно откусила от батончика огромный кусок.

– На эту тему мы не говорим, – промямлила она с полным ртом.

Черт возьми, она проделывает это нарочно, дразнит его дурацкой конфетой, чтобы он не стал расспрашивать, откуда она знает о подвале аукционного дома «Сотбис». И он почти поддался на удочку!

– А теперь поведай о своих приключениях в «Сотбис».

– Ни за что!

Она проглотила шоколадку, завернула остаток в фантик и сунула в сумочку. Интересно, что еще лежит в маленькой, расшитой блестками сумочке от Гуччи: возможно, скрепки, электрический провод, магнит и бечевка. Любой контроль пропустит все это, а вооруженная вот таким нехитрым, оборудованием, она сумеет за полминуты стащить Пикассо да и любую картину. При этом больше ей ничего не понадобится.

– Ты сказала, что была там раньше. Три года назад, не так ли?

Она спокойно смотрела на него холодными зелеными глазами.

– Прежде всего, подумай, ты действительно хочешь знать все детали моей преступной деятельности? И второе: может ли мой ответ в какой-то степени изменить наши сегодняшние планы?

Рик, не отводя взгляда, шумно выдохнул:

– И да, и нет.

Легкая улыбка промелькнула на ее губах.

– Полагаю, ты не струсил?

– Только не в том, что касается тебя, любовь моя. – Он взял ее руку и стал играть длинными пальцами. – Ты знаешь, я не выдам твоих секретов.

– Знаю, – кивнула она, задумчиво глядя в окно. – Шутки шутками, но иногда мне становится не по себе при мысли о том, как много ты обо мне знаешь.

– Позволь заметить, что я мог бы сказать то же самое о тебе, в том, что касается меня.

– Верно. Я могла бы сказать миру, что ты просто большая белая акула в мире акул бизнеса, что не любишь печеный картофель по-американски, а в постели – просто сам дьявол. И твоя репутация будет навсегда уничтожена.

Господи, как он хотел зацеловать ее прямо сейчас. Всю. С головы до кончиков пальцев.

– Ты снова уходишь от темы.

– Вовсе нет.

Он притянул ее ближе, осторожно заправил прядь рыжих волос за открытое ушко. Она ненавидела серьги, поскольку они имели свойство теряться в самые неподходящие моменты, а именно – во время краж со взломом.

– Ты спросила меня, хочу ли я знать, и я сказал «да». Теперь можешь говорить или молчать, но не притворяйся, будто не понимаешь, о чем я.

– Умник нашелся! – Она глубоко вздохнула, чем выставила груди в самом выгодном свете, показав их едва ли не до сосков в вырезе платья с тонкими бретельками. – Я обкрадывала «Сотбис» шесть раз.

Шесть раз?! Для Джеллико это почти все равно что побывать в супермаркете!

– В таком случае, почему ты так стремишься туда опять, особенно сегодня ночью?

– Думаешь, я подрядилась на новое дело или что-то в этом роде?

– Думаю, тебя могут узнать, и ты отправишься в тюрьму на очень-очень долгий срок. Глупышка ты этакая. – Он сжал ее руку, едва удерживаясь, чтобы не тряхнуть хорошенько. – И можешь не придумывать очередных отговорок.

Она открыла рот, но мудро воздержалась от ответа, поскольку он был прав. Она действительно придумывала очередную отговорку.

– Я всегда была замаскирована. Парик, контактные линзы. А в последний раз была знойной грудастой блондинкой. Я впервые буду там в своем естественном виде.

Интересно, каков ее естественный вид? Иногда он был уверен, что понятия не имеет.

– Думаешь, после того как ты побывала там шесть раз, никто не догадался составить фоторобот?

– Ты отпустишь мои руки? – устало спросила она. – По-моему, ты лучше других знаешь, как я ненавижу, когда меня хватают.

Действительно, ненавидит.

Поэтому он, сдерживая тревогу, немедленно отпустил ее. Не хватало еще получить коленом в пах и напрочь испортить всякую возможность порезвиться в кровати сегодня ночью.