Мой падший ангел - Ольга Алёшкина

После поступившего от него предложения, я старалась избегать Ярослава некоторое время. Пусть перебесится, осмыслит. Сделка сама по себе неплоха и, возможно, другая на моем месте с радостью согласилась бы, но мне это неинтересно. Никаких салонов красоты, модных бутиков и прочей ерундистики в моих планах не значилось.

Утром избегать удавалось с особым блеском, потому что он попросту игнорировал завтрак. Спускался, делал себе кофе самостоятельно и выпивал его на террасе. Я подметила эту его особенность и велела Любе приходить позже. Ни к чему мчаться в дом с самого утра, сообразить завтрак для себя я вполне в состоянии. А у Любы дети, пускай им уделяет время. Собственно, до возвращения Ярослава так и было заведено. Обед я пропустила сама, уехав на кладбище и намеренно долго не возвращаясь, ужина избежать не удалось.

Сидим мы, как и прежде, напротив друг друга, но не напрямую. По диагонали. Место «главы» я освободила ему сразу, уже на следующий день, жертвовать малым легко. Это действительно не имеет никакого значения. Но «наш мальчик» оказался с принципами. Самостоятельно перенес все приборы и пересел на другое, как раз напротив, по диагонали. Так и ужинаем. Почти гробовую тишину изредка нарушали приборы, соприкасаясь с нежным фарфором, и возня Любы из кухни. Похоже, загружала посудомойку.    

— Кто тебя так назвал? — неожиданно спросил он. Я потянулась за бокалом с водой в этот момент. — Мама, папа, кто тебе придумал имя?

«Это что-то новенькое», подумала я, подхватив бокал, сделала глоток и только когда вернула его на место, поинтересовалась:

— А что с ним не так?

— Ты когда-нибудь замечала, как оно звучит? — задал он риторический вопрос. Впрочем, ответа и не ждал, выставил вперед подбородок и протянул: — Аглая... Наглая. Н - Аглая.

Сквозь приоткрытые губы я видела, как кончика языка упирается в верхний ряд зубов, когда он произносит это протяжное «н», после спускается вниз, к нёбу, когда он присоединят к нему имя. Видела с каким наслаждением смакует он это открытие. Разве станешь в такой ситуации разочаровывать человека? Более того, когда ты понимаешь, чего именно он добивается. Я отложила приборы и подобно ему, почти по слогам, произнесла:

— А не мАгла-я бы вас послать? — Вернулась к своему стейку и добродушно добавила: — Но я это делать не стану.

— Премного благодарен, — отвесил он поклон головой. — Я сегодня не планировал никуда выходить. 

Мы сладко улыбнулись друг другу.

— В моей семье было принято много читать. Книги. Да-да, я знаю, что это такое, — покивала я. — Это такие журналы с буквами, только страницы не глянцевые. Мой отец уважал Достоевского, Аглая Епанчина один из персонажей его «Идиота», именно в честь неё меня и назвали. Если тебе интересно.

— Не то чтобы очень, но спасибо. Я так и думал, что здесь идиот замешан.

И сказал это так, будто имел ввиду вовсе не книгу. Оставила без внимания, лучшее, что я могла сейчас сделать.

Но на этом обсуждение моего имени не закончилось. Видимо Ярослав пока не знал за что зацепиться и всецело сосредоточился на нем. Я торчала в библиотеке, в любимом кресле, которое купила специально для себя. Кресло это отличалось от остальной обстановки, но отлично вписалось и даже немного приукрасило помещение. Высокая удобная спинка поддерживала голову, позволяя разместиться с комфортом надолго.

По иронии судьбы я читала. Только вчера «похвалилась», сегодня сижу с книгой. В тот момент, конечно, я об этом даже не думала, читала и читала. Я действительно люблю провести время за хорошей историей. А таким дождливым днем лучшего занятия и не придумать.

Он вошел, окинул взглядом библиотеку, меня заметил в последнюю очередь.

— Ты не видела письмо? — спросил он. — Я оставлял в кабинете письмо, которое мне передал Яков Петрович, сейчас его там нет.