Это по любви - Виктория Селезнева

Я отложила часть еды на завтра, искренне надеясь, что без холодильника она не испортится, и села на подоконник, смотря на город с высоты четвертого этажа.

Мимо по дороге проносились машины, и это не смотря на то, что было уже ближе к полуночи. Из дома напротив практически выпала на улицу толпа молодежи, весело что-то кричащих. Я улыбнулась, глядя на них, стараясь не обращать внимание на то, как мне внутри больно.

Как получилось так, что я стала настолько беспомощной и одинокой? Я не совсем тупая, не скучная, не уродина. Я нормальная. Вот только жизнь моя стала в какой-то момент какой-то отстойной. Когда это произошло? Наверное, когда умерла мама… Так, нужно остановить ход мыслей.

Я спрыгнула с подоконника и с каким-то остервенением начала раскладывать диван.

Благо заснула я быстро, потому что если я бы продолжила мысль, то и до суицида недалеко было бы. Поэтому, пусть пословица отрабатывает себя. Ну, которая говорит о том, что утро вечера мудренее.

К счастью, это и впрямь работает. Я проснулась довольно бодрой и с конкретными целями.

Я сделаю то, о чем просит отец. Выйду замуж за какого-то стремного, но явно богатого чувака и продержусь год с ним.

Я не буду транжирить деньги, а постараюсь отложить с тех, что мне будет давать отец в течение этого года. По возможности разведу его на мебель в эту квартиру.

Закончу учебу. Или нет. Но как минимум за этот год определюсь, чем я хочу заниматься в жизни. И постараюсь начать реализовывать.

В конце концов, если думать об этом фиктивном замужестве, как о вложении, становится даже приятно. Так как тусовки будут под запретом, я смогу начать заниматься чем-то важным. Я надеюсь.

Хотелось прямо с утра позвонить отцу и сказать, что я согласна, но решила немного повредничать. Пусть первый набирает меня.

Папа позвонил после обеда. К тому времени я доела уже всю еду, надеясь, что она все же не испорчена, и начала уже грустить. Но отцу, конечно же, я об этом не говорила. Сделала вид, что с тяжелым сердцем и голодным желудком соглашаюсь на его условия. И вообще, я на него обижена, ведет себя, как домашний тиран.

Вскоре за мной приехала машина, которая довезла меня прямиком до моего родного дома. Убрав с лица довольную улыбку и как следует потерев глаза, чтобы создалась видимость, что я всю ночь прорыдала, я вышла из автомобиля, направляясь в дом. Надеюсь, папочка, что ты теперь вечно будешь съедаем чувством вины за то, что продал родную и, заметим, единственную дочь.

Я очень рассчитывала на концерт с моей стороны, но дома уже и без меня вовсю разворачивалось шоу. Я, наверное, впервые услышала, как кричит Ира. Отец как-то вяло отбрыкивался, но его практически не было слышно. Я аж замерла, ловя этот восхитительный момент.

Но долго подслушивать я не стала: боялась, что Ира сорвет себе голос. Поэтому показалась на пороге, прямо перед своей дурной семейкой.

— Всем добрый вечер, — проговорила я, стараясь, чтобы голос дрожал. Но вышло так, словно меня только что побили, и я еще подскуливаю немного.

— Яна! — Ира подскочила ко мне, повиснув на шее и всхлипывая. Вот она не притворялась! Мне даже стыдно немного стало. Но в гостиной все еще сидел мой отец, поэтому я не стала срывать маску, обняв свою мачеху.

— Дурдом! — рявкнул папа, вскакивая с дивана и уходя. Когда он точно свалил далеко, я отлипла от Иры, улыбаясь ей.

— Ты чего ревешь? — спросила я. — Неужели тебя тоже попросили замуж за кого-то выйти?

— А ты чего такая довольная? — возмутилась девушка. — Я сегодня весь день с Олегом ругаюсь! Где это видано, чтобы свою дочь замуж ради бизнеса отправлять! Я с ним разведусь! Не за такого человека я замуж выходила.

Мне стало не до смеха. Если Иры не будет в нашем доме, то мы с отцом его взорвем случайно. Да и люблю я ее, не хочу, чтобы она уходила.

— Так, тпру! Коней попридержи, — я взяла девушку за руку, усаживая ее на диван. — Да, предложение не самое приятное, с учетом того, что папочка, думаю, специально меня выгнал из дома, чтобы я согласилась. Но с другой стороны, ничего такого…

— Ничего такого?! — вскочила Ира. — Ты будешь год жить с каким-то мужиком! Ты же еще ребенок!

Я, не сдержавшись, рассмеялась. Я понимаю, когда меня отец ребенком считает, но когда об этом говорит Ира, которая всего на десять лет меня старше, становится смешно.

— Ир, успокойся. Никакого секса, только деловые отношения. К тому же, может, я за этот год что-то поменяю в своей жизни. Просто отнесись к этому проще, как я.

Я улыбнулась, но улыбка вышла какой-то грустной.

— Не могу, — буркнула Ира, забираясь с ногами на диван и обнимая подушку. Радует то, что хоть кому-то не безразлична моя судьба.