Посмотри, наш сад погибает - Ульяна Черкасова

А потом всего за месяц он нашёл жениха для Велги и невесту для Константина.

– Хорошо, что ты пришла сама, дочка, – сказал отец. – Мы с лендрманом Инглайвом хотели обсудить кое-что с тобой, о чём в доме лучше не говорить.

Невольно Велга выпрямила спину. Пальцами она сильнее закопалась в шерсть Рыжей. Собака довольно хрюкала, подставляя пузо и бока.

– О чём?

– Дело в том, господица Велга, что мой друг, твой жених Оддбьёрн Раннвайг знатного рода. – Инглайв, напротив, выглядел совершенно спокойным. – Но он не конунг и даже не ярл. Он, как и я, лендрман, знатен и богат.

– Лендрман – это же как боярин? – спросила Велга.

– Почти, да, наверное, это близко к боярину, – согласился Инглайв.

– Мы хотели поговорить с тобой, дочка, – отец подошёл ближе, наклонился, задев ветку. Потревоженная пчела, недовольно жужжа, пролетела прямо над его головой. – Ты поедешь на север, а там неспокойно. Если слышала, – голос отца был мягкий, он точно рассказывал сказку, – сейчас у Рдзении и Ратиславии есть разногласия по поводу торговли. Златоборск не пропускает к нам корабли с Благословенных островов, они перехватывают товары и продают втридорога.

Велга едва сдержалась, чтобы не нахмуриться. Конечно, она знала о торговой войне, о столкновениях на реке, о сожжённых ладьях, о загубленных товарах. Рдзенцы заливали камни в воск, а ратиславцы продавали им поеденный молью шёлк. Рдзенцы везли на юг гнилую древесину и несвежую икру, а ратиславцы в отместку завышали северянам цену на стекло.

С прошлого лета Старгород седмица за седмицей терял всё больше денег и людей. Многие гибли, другие, потеряв доход, уезжали на запад, хотя там не было спасу от духов Нави. Но люди так или иначе гибли: или в Совине от когтей нечисти, или в Старгороде от голода, или на реке, борясь с проклятыми ратиславцами.

Двух старших сыновей Буривоя, её родных братьев, весной привезли синими, распухшими, безжалостно изуродованными смертью, после того как они вступили в очередную стычку на реке. Конечно, Велга знала о торговой войне. Все в Старгороде о ней знали. Только о том и говорили. Но девице её положения, безусловно, не стоило об этом рассуждать. Ей нужно было вышивать, молиться Создателю и сплетничать о хлопцах с подружками.

– Мои братья погибли на реке от рук ратиславцев, – как можно спокойнее произнесла Велга. – Я немного слышала о торговой войне.

– Так вот, этому безобразию пора положить конец, – решительно произнёс Кажимеж. – И это в твоих силах, дочка.

Вдруг Рыжая навострила уши, подняла голову.

И только тогда остальные услышали, как за забором заскрипели колёса. Кто-то ехал по дороге в телеге. Собака вскочила с места и кинулась к забору, нырнула в заросли, тут же скрылась из виду, и с другой стороны послышался задорный лай.

– Кхм, куда это она делась? – недовольно спросил отец.

Инглайв и Велга заговорщически переглянулись, точно знали ответ. Князь Буривой, семеня на коротких ногах, поспешил к забору, раздвинул крапиву и осоку.

– Вы смотрите, вот разбойница! – воскликнул он возмущённо. – Подкоп прорыла. Да такую яму! Тут и ты, Велга, пролезешь.

– Неудивительно, – дёрнула плечом девушка. – Давно пора снести забор и поставить новый частокол.

– Да как-то всё… не до того, – отец смущённо покосился на гостя. – У нас тут раньше везде частокол был. Его во время половодья размыло. Старое тут всё, ещё мой дед строил. Надо бы и вправду заменить. А то сколотили забор «на время», а он уже две зимы простоял, хех…

Он постоял ещё немного, выглядывая через щели на улицу.

– Вообще, она ощенилась недавно, – произнёс задумчиво отец. – Где только прячет выводок, непонятно.

– Не успели утопить?

– Что? – почти испуганно переспросил отец. – От такой умной собаки топить щенков – грех. Я бы и себе оставил, и друзьям раздарил. Вот Репа, мой друг, очень просил щеночка от нашей Рыжей.

Переваливаясь с боку на бок, он пошагал назад.

Велга пообещала себе, что никогда не располнеет, как отец. Они были слишком похожи: небольшой рост и круглое лицо. Рядом с матерью он и вовсе смотрелся нелепо. Неудивительно, что до свадьбы они не виделись. Согласилась бы мать выйти за коротышку-отца, если бы не влиятельность его рода, княжеское происхождение да богатство? Осне была высокой, статной, но её род давно потерял земли на севере и перебрался в Снежный. Они нуждались и в деньгах, и в связях, а того и другого у Буривоев было вдоволь.

– Думаю, скоро время обеда, – похлопав себя по бокам, точно гусь крыльями, произнёс отец. – Пойдёмте домой.

Инглайв тут же легко поднялся на ноги, протянул руку Велге, помогая встать. Она неловко задела затылком ветку, и на плечи и волосы ей посыпались лепестки.

– Ох! – Велга попыталась отряхнуться, но Инглайв вдруг сказал:

– Так ещё красивее. Точно снег посреди лета.

И она передумала:

– Догадываюсь, что у вас на севере такое часто случается, да?

Заметив её лукавую улыбку, Инглайв весело расхохотался.

– Умоляю, не верь сказкам, будто мы купаемся в ледяной воде даже в середине лета. Она… прохладная, но не ледяная, – он блеснул кривой улыбкой и добавил: – В ледяной воде мы купаемся зимой.

– О, у нас тоже есть любители, – воодушевлённо поддержал отец. – Я, правда, ни разу не пробовал. Даже смотреть как-то холодно, – он поёжился, хотя в тот день пригревало солнце.

Неспешно, наслаждаясь благоуханием сада и ласковым ветерком, они втроём шли к усадьбе по сочной зелёной траве, усыпанной белыми лепестками.

Скоро их догнала Рыжая.

– Вернулась, разбойница, – усмехнулся отец, потрепав её за ухом. – Собственно, об этом мы и хотели поговорить с тобой, Велга.

– О чём?

– О разбойниках, точнее, о разбое. О том, что творится на реке.

– Север зависит от торговли со Старгородом, – вставил Инглайв. – И нам очень не нравится, что ваша королева сцепилась с ратиславским князем.

Велга крутила головой, переводя взгляд то на одного, то на другого, и едва сдерживалась, чтобы не выдать своё волнение. Кажется, об этом и упомянула мать. Княгиней… Велга станет княгиней…

– Война между Рдзенией и Ратиславией мешает не только нам, – продолжил Инглайв. – Империя и Вольные города тоже недовольны. Товары тормозят на реке или перепродают втридорога. Наши люди проходят на юг только за большую мзду.

– Думаю, скоро вообще перестанут пропускать, – вздохнул отец. – Князь Матеуш что-то готовит.

– По приказу королевы или сам?

– Князь всё делает по приказу королевы. Он её младший