Измена.ru - Ольга Сергеевна Рузанова

Моя!..

— Ты в последнее время загоняешься, Ром. Я тебя не узнаю.

— Почему? - закатываю глаза от удовольствия. - Я все тот же, Гайка.

Наташа, глядя на меня сверху вниз, улыбается.

— Дома — да.

— А остальные перемены тебя не касаются.

Глава 5. Наташа

Тихая мелодия будильника проникает в сознание и безжалостно вытягивает из глубокого сна на поверхность.

Секунда, две. Разлепляю глаза и, нащупав телефон на тумбе, беру его в руку. Отключаю, даю себе ровно минуту, перекатываюсь набок и откидываю край одеяла. Ужасно холодно, но, оглядев полутемную, убранную комнату, понимаю, что прощаться со старенькой квартиркой, я пока не готова. Она вся пропитана нами. Нашими ожиданиями и мечтами. Нашими удачами и горькими падениями, которых за семь лет было немало.

Наш дом — наша крепость. Амулет, дающий нам силу. Потерять его, значит остаться незащищенными.

Рома давно предлагает поменять ее на другую, более комфортную, но я привыкла к этой и пока не представляю, как смогу расстаться с ней, учитывая, что первое время тосковала даже по детскому дому.

— Ммм... — доносится сзади, когда подо мной начинает скрипеть матрас.

— Спи, Ром.

Однако встать с кровати не успеваю. Сначала на мое плечо опускает тяжелая ладонь, а потом к спине прижимается его грудь. Греюсь.

— Семь утра, Гайка... — бормочет невнятным ото сна голосом. — Побойся бога!

— Дел много, у меня же сегодня занятия, — шепчу, млея от разбежавшихся по всему телу мурашек.

— Блядь... подождут твои занятия. Хочу тебя, Наташ.

Цепляя щетиной мои волосы, целует ухо, висок. Очерчивает рукой бедра, талию, кладет ее на мой живот и вжимается эрекцией в ягодицы. Прокатившаяся вдоль позвоночника жаркая волна мгновенно меняет мои планы. Я переворачиваюсь на спину и оказываюсь в центре созданного нами с Ромой магнитного поля.

— Передумала? — усмехается интимно, смотря на меня сонным, поплывшим от желания взглядом.

— Я тоже хочу, — признаюсь еле слышно.

— Хочешь?.. М?

Склонившись и боднув лбом под подбородком, он прижимается губами к моей шее. Мягко всасывает кожу и касается ее языком. Откинув голову и прикрыв глаза, я инстинктивно подстраиваюсь под него. Зарываюсь пальцами в густые волосы и выгибаюсь.

Перед сном я много думала о том, как сложится наша жизнь дальше. С утра же вечерние проблемы, казавшиеся огромными, безобразными тенями, как это обычно бывает, размываются. Все хорошо будет. Я в это верю.

— Ро-о-ом... — накрывшая мою грудь большая горячая ладонь, выбивает из горла хаотичные звуки.

Он целует мои ключицы, плечи. Зная, как я откликаюсь на конкретные ласки, щипает и выкручивает сосок.

— Вкусная, пиздец, Гайка... такая вкусная всегда!

Лизнув, погружает сосок в рот и запускает под кожу миллиарды крошечных электрических зарядов. Мышцы отвечают мелкой частой вибрацией, а низ живота наливается кровью и выдает обильную порцию влаги.

Словно почувствовав это, Рома спускается рукой ниже и, разведя мои бедра, накрывает ею скрытую бельем промежность. Она мокрая, конечно, но даже заранее уверенный в этом, он всегда реагирует одинаково - набрасываясь на меня зверем.

В такие мгновения, утопая в слепом обожании и уступая его животному голоду, я действительно верю, что все как прежде. Я и он. И никого между нами. Что сила магнитного притяжения глобальнее целого мира.

Рома стягивает мои стринги. Сдерживая себя, целует и гладит, а затем, спустив резинку боксеров, одним плавным движением наполняет меня.

Полностью приняв его, мое тело вспыхивает наслаждением. Я не знаю, что это — химия, физика или волшебство, но, представляя порой, что мы могли не встретить друг друга и проживать наши жизни по отдельности, всякий раз холодею от ужаса.

— Я люблю тебя, Ром, — почти беззвучно шевелю губами.

Он понимает, принимает крик моей души, отвечая оглушающе громким тяжелым взглядом. Накрывает собой и постепенно меняет темп с неспешных движений до нетерпеливых жадных толчков.

Я обнимаю, трогаю, собирая кончиками пальцев капельки пота на его коже. Максимально открывшись, даю все, что способна дать. И, чувствуя приближение взрыва, встречаю его удары на полпути.

— Наташ... давай, детка! Кончи для меня...

— Боже...

Бедра окольцовывают первые судороги, а всего через пару секунд меня накрывает сокрушающим оргазмом. Потеряв на несколько мгновений связь с этим миром, я прихожу в себя в крепких объятиях Ромы.

— Я люблю тебя, слышишь?

— Я знаю, Гайка, — отвечает спустя небольшую паузу и произносит придуманную нами когда-то фразу: — Никто как ты меня не любит. Никто, как я, не полюбит тебя.

Улыбаюсь, уткнувшись носом в его плечо. Рома заботливым движением укрывает меня одеялом и прижимает к своему боку. Восстановившись, его дыхание становится размеренным, глубоким, но я уверена, он больше не уснет. Именно в такие моменты его светлую голову посещают гениальные мысли.

— Ты снова не спал полночи?

Коротко хмыкнув, он проводит колючим подбородком по моему лбу.

— Яну Смелую слушал.

— У которой тоже курс?.. И как?

— Туфта. Очередная аферистка, собравшаяся заработать миллионы на продаже воздуха.

— Из тех, кто верит в красные трусы на люстре?.. — смеюсь я.

— Типа того. Сделай запрос в космос и жди пополнение на карту. Знаешь, кем она до этого работала? Массажистка, блядь. И образование у нее далеко не высшее. Она ничего не понимает ни в энергии, ни в электромагнитном поле, ни в гравитации. Вся система Смелой — это сухие выжимки из интернета. Меня охренеть, как разрывает, что мою программу сравнивают с ее, Наташ. Это как Баха с Бейонсе в один ряд ставить, ей-богу.

— Да не думай об этом, Ром. Люди ведь еще ничего не знают. — Успокаиваю его. — На обкатке твоего курса было только восемьдесят слушателей. Все они в восторге, их жизнь круто поменялась. Я уверена, что так будет с каждым.

— Руки иногда опускаются, малыш. Когда ныряю в проект и дорабатываю его, вера только укрепляется. — рассказывает эмоционально. — Вчера нашел дыру в системе. Все-все снова пересчитал. Матанализ вспомнил. Вывел идеальные формулы, учитывая погрешности. И все бьется, Гайка! Да, надо подточить и допилить, но все бьется, понимаешь?!

С нежностью смотрю на всклокоченные волосы и возмущенное лицо своего гения. Прижимаюсь к нему и глажу по груди.

— Понимаю, Ром. Ты только спи хоть немного, пожалуйста.

— Я, блядь, два года отпахал на заводе, чтобы отработать направление в Бауманку, —