Неверный. (не) твои дети - Мила Гейбатова

– Использовала, дяденька, – отвечаю, снова пятясь назад, – но вам лучше найти другую жертву, я сообщила, где нахожусь, вас быстро найдут.

– Катя, – мужчина тяжело вздыхает, – я отец Влада. Того самого, которому ты написала, что якобы беременная. Это я предложил здесь встретиться.

Резко останавливаюсь и молча моргаю. Дело принимает крайне неожиданный оборот. А еще, помнится, Влад обещал не портить мне репутацию, но устроил какой–то цирк.

– Ему что, восемнадцать? – вырывается из меня. – Кто отправляет отцов на подобные разговоры?

Аккуратно щипаю себя за руку, еще есть надежда, что я сплю, и прошедшие сутки лишь плод моего воображения. Хм, да хотя бы эта встреча пусть окажется выдуманной, это серьезно слишком.

– Нет, ему не восемнадцать, он просто очень хочет руководить фирмой в нашем новом филиале самостоятельно, без меня. Потому–то, видимо, и спутался с тобой в попытке сотворить наследника, как будто меня устроит девка с билборда в качестве невестки. То ли дело Ника, девушка из достойной семьи, которую не нужно обеспечивать, этим уже озаботился ее отец, – произносит мужчина.

Я забеременела от человека с проблемами с головой. Это точно. У них вся семья, кажется, такая. Рассуждения, как будто мы сейчас не в двадцать первом веке, еще и эта трость.

Отец Влада словно слышит мои мысли, делает два шага по направлению к лавочке, и я успеваю заметить, что он сильно хромает.

Что ж, трость ему нужна для передвижения, не права я. Да и во все времена богатые предпочитали жениться на богатых. Выскочка с высокой зарплатой и трехкомнатной квартирой в доме по снос не для всех привлекательна. Чего уж.

– Ладно, пусть будет так, спорить не буду, мне оно не надо, – окончательно успокаиваюсь. – Я пойду, нам с вами не о чем разговаривать, раз Влад настолько трус, что подсылает своего отца, мне придется действовать самостоятельно.

– Я так и знала, что ты, Владимир, не справишься, – произносит незнакомка, подходя к нам с той же стороны, что пришел папа Влада, и ее я, так же, как и его, замечаю лишь в последний момент. – Я же говорила, с девочкой нужно мне говорить.

Она обходит лавочку и занимает место рядом…

– Владимир? То есть Влад Владимирович? – не сдерживаюсь от неуместного комментария.

В этой абсурдной ситуации я теряю зачатки своего воспитания.

– Верно, – кивает отец моего «осеменителя», – так что я даже не солгал в сообщении, подписался одним из вариантов своего имени.

– А вы кто? – интересуюсь у незнакомки. Очень красивой и ухоженной незнакомки, должна признать. – Мать Влада? Тоже пришли поддержать его в разговоре о моей беременности?

– Да, Катенька, именно так, – отвечает она с улыбкой, – рада, что ты такая сообразительная девочка.

– А самого Влада где потеряли? Под вашей юбкой не вижу его.

Нет слов, одни эмоции. Постою с этими ненормальными еще немного и опоздаю на последний трамвай. Маршрутка далеко от дома останавливается, не хочу на ночь глядя искать приключения еще и в другом районе.

– Вот грубить, девочка, не надо, – женщина укоризненно качает головой.

А я принимаю единственно верное решение.

– Ладно, приятно было познакомиться, родственники Влада, но мне пора, – говорю и резко ухожу.

До выхода из сквера совсем ничего, бежать, наверное, глупо, не собираются же они меня похитить. Сладкая парочка ненормальных родителей так и продолжает сидеть на лавочке, я не сдерживаюсь, оборачиваюсь на миг из инстинкта самосохранения. И, воодушевленная увиденным, ускоряю шаг, остановка уже совсем близко.

Вот только на остановке стоит автомобиль, на который я не обращаю внимания, а зря, ведь оттуда выходит третий незнакомец. И да, снова по мою душу.

Он равнодушно скользит по моему лицу, резко хватает и засовывает меня в машину. Все происходит быстро и настолько неожиданно, что я даже пискнуть не успеваю.

6

– И, что дальше? – спрашиваю, оказавшись внутри и дергая дверные ручки. – Почему мы стоим, не едем? Это какая–то дурная игра? Ждешь, смогу ли я самостоятельно выбраться из машины? – истерично произношу, а водитель тем временем все молчит и не трогается.

– Сережа, спасибо, что бы мы без тебя делали, – сбоку доносится уже знакомый голос, и по обе стороны от меня присаживаются…

– Опять вы?! Что вам от меня надо?! Это похищение, между прочим! – истошно кричу.

– Никакого похищения, Катюш, – обманчиво мягким голосом произносит мать Влада, – всего лишь приглашение к разговору. Ты от нас сама зачем–то убегаешь, а нужно прояснить один маленький нюанс и только. Разойдемся добрыми знакомыми.

Добрыми вряд ли. Мать Влада смотрит на меня слишком хищно, даже его отец теперь не впечатляет, кажется рядом с женой кротким ягненком.

– Я беременна. И да, от вашего сына, если, конечно, его с утра не ударили по голове и не забрали телефон, который вы нашли и зачем–то назначили мне встречу, – говорю, желая быстрее выбраться из этого дурдома.

Бабуля считает мои презентации опасными, но настоящая опасность таится совсем не там. Во время работы мы с девочками никогда не остаемся одни, да никому и в голову не придет затащить нас в машину для приватного разговора.

– Нет, Влада по голове сегодня никто не бил, насколько мне известно, – усмехается его мать, оценив мою шутку, – хотя за своим телефоном ему бы следить стоило, а то ведь не мы могли увидеть твое сообщение, а его супруга Ника. Ты же знаешь, что Владик женат?

– Знаю, – коротко отвечаю и поджимаю губы. – Но узнала об этом только вчера.

Пора избавляться от комплексов и неосознанного стремления не ударить в грязь лицом абсолютно перед всеми. Бабуля мне чуть ли не с младенчества твердит фразу: «А что подумают люди?!». Вот и сейчас я стремлюсь обелить себя фактически перед похитителями.

Надо было поступать на психологический факультет, хотя бы вылечила себя, глядишь.

– И ты сразу решила сказаться беременной? – женщина смотрит на меня снисходительно, словно давно раскусила все мои «низменные» мотивы.

– Послушайте, – справедливо возмущаюсь, – это не я изменяла в законном браке. При чем не раз и не два, наши встречи с вашим сыном были регулярными, случайностью и помутнением рассудка их никак не оправдать, даже не надейтесь. И