Развод в 30. Новая жизнь - Мира Спарк

Возможно, не будь у меня кучи неотложных дел, я бы поэкспериментировала и познала бы глубину глубин, но… Мастер уже робко постукивает по дверному косяку, глазами показывая, что работа закончена.

Я киваю ему и жестом прошу подождать еще секунду.

— Так, — теперь я чуть повышаю голос. Совсем не много, только чтобы привлечь ее внимание. — Стоп!

Она ошеломленно замирает.

Нина Михайловна вообще не из тех людей, которым говорят «стоп».

Я не уверена, что она хоть раз слышала это слово в свою сторону.

Что ж, значит я буду первой.

— Я достаточно вас послушала, проявила уважение и вежливость. На этом все. Забудьте мой номер телефона и не звоните мне больше. У вашего сына появилась другая женщина, а значит у вас — другой объект для придирок. И она не такая терпеливая и вежливая, как я. Так что советую подготовиться по лучше. До свидания.

И кладу трубку.

Через секунду Нина Михайловна перезванивает опять, но я считаю, что точки над и уже проставлены и нам не о чем больше говорить.

Мои плечи горделиво расправляются.

Я дала отпор, и не опустилась на уровень базарной хабалки. Это главное и это победа.

— Я закончил, — говорит мастер тихим голосом. — Вот ключи.

Это приятный тихий мужчина. Он смотрит на меня с грустью и… жалостью.

Именно из-за этого я хмурюсь и сжимаю губы — жалость мне не нужна.

Я молодая, красивая и интересная женщина.

Чтобы там не говорил подлый изменник и его мамочка.

И я верю, что все у меня будет хорошо.

Поэтому я холодно благодарю мастера за работу и прощаюсь.

Прохожу на кухню и наливаю себе стакан воды, обдумывая дальнейшие планы.

День я освободила, и собиралась сходить в клинику — обсудить дальнейшие действия, но… теперь это потеряло актуальность.

Достаю телефон, чтобы отменить запись, но… Наталья Владимировна — мой гинеколог, приятная женщина с который мы сблизились за это время.

Я чувствую, что как-то не совсем правильно прощаться с ней так — по телефону, отменив запись.

В телефоне пропущенные звонки от Нины Михайловны, которые я брезгливо удаляю, будто мусор выкидываю.

До визита в клинику еще есть время, а значит можно заняться уборкой.

Кажется, вещам моего пока еще нынешнего мужа в этой квартире не место. Кажется, им очень хочется отправиться поскорее в Катькину однушку.

Что ж, в этом я ему могу помочь.

Очень хочется все сделать быстро: чтобы он просто приехал и забрал вещи. Минимум взаимодействия с ним меня вполне устроит.

Я не успеваю сделать еще один глоток, как телефон противно жужжит в ладони.

Бросаю взгляд на экран — Алексей, и сердце тревожно сжимается.

А ему-то что нужно? Он ведь только успел уйти из дома.

6

Алиса

— Ты охринела что ли? — сходу начинает Алексей со своим фирменным ударением на И в распространенном ругательстве.

Так он всегда говорит, когда очень сильно раздражен.

— Ты че исполняешь?

Сердце пускается вскачь, а на спине выступает холодный пот.

Я совсем не привыкла чтобы со мной говорили в подобном тоне. Особенно муж.

Некогда любимый и, главное, любящий.

Аж слезы выступают на глаза от обиды, но я сжимаю себя в кулак и беру в руки.

Главное, не дрогнуть, ведь я так близка к тому, чтобы разреветься…

— Ты это о чем? — задаю встречный вопрос, и голос почти не дрожит.

Горжусь собой — первый шаг сделан, и успешно.

Алексей взрывается:

— О чем? Ты из себя невинную-то не строй! Мне сейчас мама позвонила, в слезах — рассказала, что ты ей там наговорила…

— И что я ей наговорила?

С каждым его криком во мне что-то леденеет.

Да, я скорее всего буду плакать…

Но не сейчас и не при нем — не дождется.

Наполняюсь холодной решимостью противостоять.

— Совсем никакого уважения не осталось к пожилому человеку? — громыхает трубка. — Ты почему ей грубила? Она к тебе как к родному человеку за помощью обратилась, а ты ей хамство в ответ?

От такой беззастенчивой наглости у меня аж дыхание перехватывает.

Хотела бы я посмотреть на этот мастер-класс переобувания в воздухе: когда прожженная мегера со снохой в один миг превращается в униженную и оскорбленную с сыночкой.

— А че за херня там с замками, я не понял?

Ого, и это успели обсудить. Быстро свекровь бросилась с предупреждениями.

Он шумно выдыхает и меняет тон.

— Алиса, давай не будем усложнять. Не за чем портить воспоминания о том хорошем, что между нами было за эти годы. Не унижай себя такими мелочными поступками…

Как же плохо, оказывается, я знаю своего мужа. Просто не узнаю его.

Он считает меня настолько никчемной? Или что? Или просто не уважает, что даже отказывает в капле разума.

Ведь у меня есть простой и очевидный козырь — наша квартира оформлена на меня.

— Леш, в своей квартире я могу делать все, что считаю нужным… — спокойненько отвечаю ему, а сама дрожу.

Хорошо, что этот разговор происходит по телефону — лицом к лицу это было бы куда сложнее.

Трубка зловеще затихает.

— Что ты сказала? — ровным голосом переспрашивает он.

Ага, понял значит к чему я.

— Ты прекрасно слышал, что я сказала.

Квартира оформлена на меня.

По документам я — единственный собственник.

Это была одна из мутноватых схем Алексея. Что-то связанное с налогами или вычетами — когда он предложил оформить квартиру только на меня, я не возражала — какая разница на кого бумажки записаны если мы семья.

Я финансово участвовала в ее приобретении — когда мы брали ипотеку, Алексей еще не успел стать воротилой бизнеса и дела у нас шли не всегда радужно.

Продала свою старенькую тойоту и вырученные деньги вложила в первоначальный взнос.

— Это моя квартира, — шипит он злобно, — ты совсем охринела? Я сейчас приеду вышибу замки и выставлю тебя на улицу…

— А потом сразу отправишься в полицию, — парирую я, дрожа от страха.

Что если и правда приедет?

Он сейчас в такой ярости, что мне становится страшно.

— Хочешь квартиру у меня отжать? — рычит он. — Ах ты меркантильная…

— Прекрати! — строгим голосом прерываю его ругательство.

С каждым мгновением слушать его все более и более мерзко.

— Мы с тобой будем обсуждать чья квартира и как ее делить, как и прочее имущество, приобретенное в браке только в присутствии адвокатов, понял? А если