Дар вне времени - Виктория Хорошилова

— Как ты, котёнок? — спросили отцы.

— Ты сегодня что-то бледная.

— День тяжёлый был.

— Заметно!

Отцы перестали спорить при мне, от них ощущалась искренняя забота. А в мыслях было сожаление, что я услышала их спор по поводу женщины. После ужина укатила к себе, снова взялась за краски. Отцам нравится, что я вернулась к рисованию, и они утаскивают к себе мои рисунки. Уж не знаю, где они их хранят, но выброшенными их никогда не видела.

На следующий день произошло то, что выбило меня из колеи. Поехала на очередное ментальное сканирование и, к своему удивлению, увидела опекуна, у которого раньше жила, будучи Сашей. Следователь помог подъехать к столу, он заметил моё напряжение при взгляде на мужчину. Спрашивать вслух ничего не стал. Положив руку мне на плечо, мысленно спросил:

«Всё в порядке? Сможешь поработать?»

Просто кивнула. Мне озвучили время, что нужно проверить, дядя Толя напрягся. Я проецировала и записывала сразу на артефакт. В указанное время он получил приличную сумму на свой счёт. Это показали его воспоминания.

— По-хорошему скажете, откуда и за что эти деньги?

— За мою работу заплатили. Налоги я плачу исправно, — дёрнул он головой.

— Пятнадцать тысяч за ремонт машин? — вздёрнул бровь следователь. — Сам скажешь или наш специалист покопается у тебя в голове и найдёт следы?

— Я всё сказал.

— Аша, посмотри.

Поморщилась на это короткое имя, но стала исследовать память бывшего опекуна. Ему поступил звонок:

— Где твоя подопечная?

— В мастерской.

— Отправь её погулять, мы заплатим.

Эта сволочь даже не поинтересовалась, что с ней будет. Просто согласился. Вовремя отдёрнула руку от мужчины, потому что я вспомнила тот момент. Он отпустил меня из мастерской раньше и дал пару мелких купюр, сказал, чтобы я пошла погулять и купила себе мороженого. И буквально через десять минут я встретила хулиганов.

Не дожидаясь разрешения от следователя, бросила ему артефакт, а сама быстро выехала из допросной. Он не стал останавливать, видел, что мне нехорошо. А мне хотелось орать матом и швыряться предметами. Заметила, как предметы стали дрожать рядом. Рядом как-то неожиданно оказался Том, и он подхватил меня на руки из кресла, спросив про зал для тренировок, побежал в ту сторону. Обняла его и едва сдерживала рыдания. Стоило оказаться в зале, в котором детективы занимаются борьбой, предметы взметнулись в воздух. Притом даже тяжёлые гантели и блины для штанг.

Меня посадили на мат, и Тома оттеснила Анита. Она дала мне небольшое полотенце и сказала:

— Можешь плакать, не держи в себе эту боль.

Я взахлёб рыдала.

— Что случилось? — спросили у детектива, который был со мной на сканировании.

— Не знаю. Было простое сканирование…

Ник стоял в дверном проёме и наблюдал, как летают тяжёлые предметы.

— Сомневаюсь, что оно было лёгким для неё. Когда будет готова, расскажет. А этого типа не отпускай, скоро многое узнаем. В чём его подозревают?

— Отмывание денег, и его подопечная пропала без вести, а он не заявил.

— Девушку нашли?

— Нет.

Анита посмотрела на мужа, он осторожно приблизился и передал артефакт для записи ментального сканирования.

— Милая, я запишу твои воспоминания. Мы со всем разберёмся вместе.

Тогда я хоть и удивилась, но смогла просто кивнуть. Было ощущение, что я снова оказалась в том дне. Опекун подошёл тогда ко мне:

— Иди погуляй, купи себе мороженого. Мне тут нужно дела уладить без сопливых.

— Но я ещё не закончила чинить машину.

Мне досталась увесистая оплеуха, и оттолкнули от машины. Дали две сложенные в несколько раз купюр и вытолкнули на улицу. Уже идя от мастерской, развернула бумажки — две пятёрки. Рассмеялась горько, на такую сумму мороженое не купишь. Оно, как бы это ни было иронично, стоит двенадцать лир. А потом за спиной услышала шаги и окрик:

— Привет, мелкая, беги. Иначе сразу убьём.

Я и побежала. Анита быстро переписала мой побег и то, как я погибла. А потом я оказалась в объятиях отца Алекса. От него такое тепло и любовь ощущались. Он что-то говорил и тихо мурчал. Это помогло успокоиться и вернуть на место спортивный инвентарь.

— Молодец, моя крошка.

Отец поднялся со мной. Я висела в его объятиях, и было так хорошо и спокойно. Но пришлось вернуться в кресло. Меня отвезли умыться в туалет, а потом в комнату отдыха пить сладкий чай и кушать конфетки. Конфеты мне вручил Тим. Отцу пришлось уйти, он надолго не мог уйти с работы.

— Как ты? Успокоилась? — подсела Анита.

— Немного.

— Нужно поговорить о твоём прошлом. Там, где ты была Александрой.

Дёрнулась, словно от пощёчины.

— Тебя никто не осуждает и не обвиняет. Правда? — она посмотрела на парочку детективов, один из них был её муж.

— Конечно, мы на твоей стороне.

— У меня была похожая история, — сказала тихо Анита. — Я тоже умерла и получила шанс на новую жизнь. Трою и Жану нужно задать тебе уточняющие вопросы. Твой скан они уже посмотрели.

— У тебя раньше были ментальные способности?

— Почему решили об этом спросить?

— Ты слишком быстро поняла, как этим даром пользоваться, — сказала Анита. — Я до сих пор не освоила ставить нормальные щиты, чтобы не слышать людей.

— Как ты живёшь тогда?

Она показала на слуховые аппараты, прикрытые волосами.

— Когда я в них, хуже слышу ментально. Они своего рода щиты.

— Бред, — сказала чуть резко, — но, если тебе так хочется в это верить, пусть. Эффект плацебо ещё никто не отменял. Да, опекун знал про мой дар.

— Он мог кому-то сказать?

— Да.

— А ты говорила кому-то?

Задумалась.

— Прямо нет, но могли догадаться. Особенно пока была мелкой. В детстве редко думаешь о последствиях сказанного. Ну, пока тумаков за такое не отвесят.

— Он часто тебя бил?

— Нет, он не бил.

— А то, что он ударил тебя перед тем, как отправил гулять? — вспылил Трой.

— Это не удар, а оплеуха.

— Одно и то же, — прошипел он.

— Ну тогда часто. Только от таких оплеух нет синяков.

— Теперь о самом неприятном. Ты знаешь место, где умерла?

— Да, но не сам адрес. Могу на карте показать. Я тогда с дуру в тупик забежала, не там свернула.

— А телекинез у тебя раньше был? — спросил Жан.

— Угу, только он мне не помог.

Показала на карте место, где умерла, и маршрут, по которому бежала.

— Много ему за меня заплатили?

— Пятнадцать тысяч, — вздохнул Трой. — Я вот думаю, может, они специально охотились именно за тобой? Не может быть таким совпадением, чтобы за месяц два менталиста сбежали, и два погибли.

— Я жива вообще-то!