Неприятности ждут! - Марина Милорадович

Позади непонятных то ли столов, то ли тумбочек заметила нечто странное. Куль тряпок? Или человек? Точно! Прямо по курсу торчали сапоги сорок последнего размера, да еще и с щегольски загнутыми удлиненными носами. К сапогам должны прилагаться ноги, к ногам — судя по размеру обуви, отнюдь не мелкий мужик.

Данил был в кроссовках, точно помню. Вряд ли бы он стал переобуваться. Хотя что я знаю о замыслах сумасшедших?.. Стараясь не кряхтеть, как бабка, осторожно поднялась и схватилась за стенку, пережидая головокружение.

Поясница побаливала от лежания на каменном полу, и походка моя обрела грациозность циркуля. Зато кости были целы, и ран не наблюдалось. Разомнусь — и вообще хорошо станет.

«Каменные тумбы». Да уж, Алиса, редкая сообразительность. Это же саркофаги. На крышке левого красовался барельеф, изображавший женщину с характерно сложенными руками, окруженную цветочными косами. На правом, соответственно, был вырезан скульптурный портрет одутловатого мужчины с мечом. Супружеская пара, что ли?

Значит, я в склепе. Обалдеть!

Не люблю прогулки по кладбищам, даже в юности не хотелось нервишки себе щекотать. А вот, пожалуйста...

У изголовья каменного гроба неизвестной дамы лежал труп. И это был не Данил. Я еще не проверила наличие дыхания и сознания, но уже точно знала, что человек мёртв. Ну, не лежат живые с такими неподвижными лицами и не пялятся в потолок, не моргая.

Итак, мужчина под сорок. Не толстый и не худой. Рост? Сверху вниз глядя, так и не поймешь. Но не гигант. Одет... Странно. Об истории костюма я что-то когда-то читала, но давно и отрывочно. Наряд показался мне довольно эклектичным, где и в каком веке подобное носили, я и предположить не могла. Кожаная куртка с крупными пуговицами на длинных петлях застёгнута только на одну на животе. Между потрёпанных бортов видна светлая рубашка на шнуровке у горла. Штаны с кожаными накладками, сапоги с вышитыми отворотами голенищ и длинными носами. Все немаркое, слегка потрёпанное, немножко припылённое, но в рамках терпимого. И апофеоз — плащ, который разливался чёрной матовой лужей вокруг фигуры мертвеца. Удерживала его края заколотая над правым плечом фибула. Я даже вспомнила, как называется эта застёжка.

Не верю, что этот ролевик в своём облачении протащил бессознательную меня через парк. Там вообще-то люди ходят: и компании, и мамочки с детьми, и подростки, и собачники, и бабульки с палками для скандинавской хотьбы. Последние две категории вездесущи. Да и телефонных операторов никто не отменял. Спасть девицу, которую странный тип в плаще уносит в закат, мало кто станет, но видео для группы «Подслушано на районе» каждый третий снимет с удовольствием.

До любого выхода с той точки, где началась наша с Данилом перепалка, идти немало, если я правильно помню маршрут, а склепов на территории точно нет.

И как я сюда попала? Кстати, куда это — сюда?

Склеп каменный, пыльный, два саркофага по центру, лавочка у боковой стены, а позади изголовий — статуя в нише, на полочке перед ней горят две толстых свечи. Оплавились они заметно, но я не знаю, каковы свойства этого воска, и определить, давно ли их зажгли, не смогу. Статуя интересная. Женщина в струящемся платье и плаще с низко надвинутым капюшоном, край которого скрывает верхнюю половину лица. В одной руке она держит охапку цветов и колосьев, а в другой — серп.

Это что за персонаж? Определенно, не Дева Мария. Неоязыческий культ? В течениях подобного рода я никогда не разбиралась, да и не стремилась. Но статуя эта здесь не просто так поставлена. Получается, меня украли сектанты. Звучит нелепо, как детская страшилка, но ни фига не смешно.

Моя сумка оставалась валяться на полу там, где очнулась я, словно бы просто соскользнула с плеча при падении. Я вернулась к ней и вытащила телефон. Не разбит, не разряжен, но сети нет. Включила фонарик. Открытых ран на покойнике не обнаружила, следов крови на полу тоже. Для очистки совести я наклонилась над мертвым незнакомцем, посветила фонариком в лицо. Реакции на свет — ноль, что предсказуемо. И я этого человека определенно никогда не встречала.

А теперь к насущным вопросам. Нужны ли мне лишние проблемы с полицией? Я не судебный медик, да и специалист без вскрытия не скажет, насильственная ли смерть постигла этого мужчину в странном наряде. Если он надорвался, покуда меня сюда тащил, и умер от инсульта — это одно. Тут ко мне вопросов не будет. А если его кто-то отравил или по голове кочергой стукнул, то это уже совсем другая история. И доказать, что не я его убила, — задачка со звёздочкой. Даже в необходимую оборону следствие вряд ли поверит — одежда на мне цела, следов побоев нет.

Значит, звонить в правоохранительные органы не стану.

Вернувшись к месту, где пришлось поваляться, осмотрела каменный пол на предмет потерянных мелочей. Ничего. Плитка на полу грубая, отпечатков пальцев остаться не должно. Дверь оказалась заперта изнутри на задвижку. Любопытно, а это зачем? Чтобы одни скорбящие родственники не мешали другим? Или чтобы покойные могли закрыться от наследников, которым неймётся узнать, куда делся ключ от квартиры, где деньги лежат?

Глупая шуточка. Но лучше нервно хихикать, чем стучать зубами от страха.

Я натянула рукав на пальцы. Надо выходить. Раз подельники не бьются в двери и не зовут покойного, то их там и нет. Наверное.

Задвижка сдвинулась без звука. При общей запущенности помещения вывод один: смазали её злоумышленники. За дверью было темно. Часы на телефоне показывали 16:07. Значит, от падения или отсутствия сети аппарат завис. Бывает.

За порогом открывался вид на кладбище. Логично. Аллея склепов с аккуратными скамейками под кипарисами. И никого. Куда идти я не знала, но вряд ли богачи, которые строят склепы, ножками топают километр, чтобы навестить усопших. Значит, довольно близко должны быть ворота. Я решительно пошагала направо, по возможности, в тени деревьев и кустарников. Пейзаж между каменными постройками терялся во мраке, луну закрывали облака. Под ногами была мощёная дорожка. Элитная аллея закончилась внезапно, и я мысленно чертыхнулась. Это что за конфессия?

Перпендикулярно моему пути тянулись ряды аккуратных могилок, на которых стояли вовсе не кресты. Кажется, этот