Законы любви - Бертрис Смолл

Дети ревели в три голоса. Обозленная графиня металась по дорожке. Все заговорили разом, но донна Клара каким-то образом сумела их понять. Обняла хозяйку и стала нежно утешать.

— Ну-ну, детка моя. Ничего дурного не случилось. Глупая случайность, вот и все. Успокойся, ты пугаешь мальчиков. Уверена, что Элис и другие действовали согласно твоим желаниям. Они постарались отослать дочь графа. Ты ничего бы не узнала, если бы случайно не пришла в сад.

— Служанка девчонки меня оттолкнула! — злобно прошипела Лючана.

— И граф должен узнать об этом, дитя мое, — заверила донна Клара, погладив графиню по голове. — Идем в дом. Ты расстроена и должна прилечь. У меня есть чудесное, успокаивающее нервы питье.

— Сначала я должна выпороть этих дряней! Они меня ослушались!

— Нет, дитя мое, они хорошие служанки. Просто их застали врасплох. Никто тут не виноват. Они сделали все, чтобы уладить эту историю, и их не стоит наказывать.

Донна Клара повела Лючану прочь, что-то бормоча по-итальянски.

Позже она рассказала обо всем графу. Тот допросил нянек и позвал в дом Орву.

— Мне сказали, что ты оттащила графиню от моей дочери?

— Так и было, — не задумываясь, ответила Орва, — когда она стала избивать миледи. Малышка вся покрыта синяками, милорд. Неужели вы позволите, чтобы с вашей дочерью обращались подобным образом?

Она спокойно смотрела на графа.

— Расскажи, как все было, — попросил Роберт Боуэн.

Орва тихо и бесстрастно поведала всю историю. Граф понял, что из двух женщин именно она говорила правду. Няньки сыновей были вне себя от страха и тряслись при одном имени Лючаны. Очевидно, они считали, что именно от нее зависят их судьбы.

— Леди Сисели не пыталась навредить вашим детям, милорд, — повторила Орва, — Она поймала маленького лорда Ричарда, когда тот пытался сбежать от Элис. Потом села рядом с младенцем и пощекотала ему животик. И совсем не подходила к лорду Чарлзу.

— Остальные твердят, будто она сглазила старших и прошептала магические заклинания в ухо Генри, — заявил граф.

— Что?! — взорвалась Орва.

Роберт, не сдержавшись, расхохотался.

— Знаю, это чушь и вздор, но ради мира и покоя в моем доме я отныне запрещаю Сисели выходить в сад. И скажу ей об этом сам. Жаль, что я не в силах смягчить неразумную и ни на чем не основанную ревность своей жены, но что тут поделать?

— Это дурно, милорд, дурно и неправильно запрещать миледи встречаться с братьями и родными, но я повинуюсь, — искренне ответила Орва.

Вечером граф сидел за книгой в библиотеке, когда в комнату заглянула донна Клара.

— Милорд, — начала она, — я долго колебалась, прежде чем прийти, но обещала отцу госпожи уберечь не только ее, но и вашу дочь. При виде леди Сисели в моей госпоже проснулась неуемная ревность. Она подговаривала меня отравить малышку, чтобы навсегда от нее избавиться. Я не могу позволить ей пойти на преступление. Но она не должна узнать о моем визите, милорд. Если Лючана посчитает, что я предала ее, никогда меня не простит. И найдет способ отомстить. Кроме того, она того и гляди обрушит позор на дом своего отца: возьмет на свою душу грех — убийство невинного ребенка!

Роберт, потеряв дар речи, потрясенно уставился на донну Клару. Он знал, что Лючана ревнива, но чтобы до такой степени?! Замыслить убийство ребенка?!

— Я должен отослать дочь из Лейтон-Холла, — неожиданно для себя выпалил он.

— Возможно, это наилучший выход, — согласилась донна Клара. — Очень многие отдают детей на воспитание в другие семьи.

— Да, но кому ее отдать? — задумался граф.

— Расскажите госпоже о своих намерениях, — посоветовала донна Клара. — Ее гнев немного поутихнет, а вы сможете спокойно найти для девочки достойную семью.

— Вы хорошая женщина, донна Клара, — кивнул граф. — Что бы ни случилось, вы всегда будете иметь крышу над головой в Лейтон-Холле и место в моей семье.

Донна Клара встала и грациозно кивнула:

— Спасибо, милорд, но я пришла сюда не для того, чтобы предать миледи, а чтобы не дать ей погубить свою бессмертную душу.

— Разумеется, — согласился граф и, проводив женщину взглядом, попытался решить, что делать.

Ему вообще не следовало жениться на Лючане. Но кто мог стать его женой? Когда Энн умерла в родах, Роберт понял, что больше никого не полюбит так сильно, как ее. Она была дочерью его управителя. Они выросли вместе. И даже являлись дальними родственниками. Энн происходила из еще более бедной ветви семьи Боуэн. Она покинула его, но осталась Сисели и поместье с большим, требующим ремонта домом. У Роберта не было денег даже на то, чтобы заплатить слугам, которые оставались с ним из чувства долга и за неимением другого дома. У него просто не было иного выхода, кроме как жениться.

Он мог бы взять в жены девушку из знатной английской семьи, но с маленьким приданым. Или поискать отпрыска богатого торговца, готового платить за титул для своей дочери. У Лючаны было огромное приданое, а ее отец спал и видел свою дочь графиней. Граф без лишнего шума проверил историю семьи и узнал все сплетни о будущей жене. Но поскольку ничего не было доказано, а в постели она оказалась девственницей, да потом еще родила ему трех крепких сыновей, он был доволен. Кроме того, Лючана обладала воистину деловым умом, и ее советы всегда оказывались верными. Роберт быстро становился очень богатым человеком.

Но безрассудную ревность жены по отношению к дочери становилось все труднее держать в узде. Он не позволит ей навредить Сисели. И в то же время не может подвергнуть Лючану публичному процессу, обвинив в убийстве.

Роберт глубоко вздохнул. Донна Клара права. Как бы он ни любил дочь, придется отдать ее на воспитание. Но в какую семью? И что он может предложить в обмен этой семье? Нужно все хорошенько обдумать.

Граф вышел из библиотеки и поднялся в спальню жены. Лючана ждала его. Лицо жены было залито слезами, и при виде мужа она начала всхлипывать. Сцена показалась достаточно знакомой, и Роберт едва не рассмеялся вслух.

— Что тебя беспокоит, дорогая? — спросил он, садясь на край кровати и целуя ее руку.

— Я так боюсь, Роберто! Генри могли убить сегодня! Твоя подза… дочь желает зла моим мальчикам! Что станется с нашими сыновьями?!

— Даст Бог, они вырастут настоящими мужчинами. И я решил отдать Сисели на воспитание в другую благородную семью, чтобы она заняла свое законное место в этом мире. Когда-нибудь я найду ей достойного мужа.

— Вы отсылаете дочь из дома, милорд? — ахнула Лючана.

Куда девались слезы и боязливые взгляды?!

— Как только найду для нее подходящую семью, — пообещал Роберт Боуэн. — Это не займет много времени, а пока что я запретил ей выходить в сад, дорогая.

Он погладил ее длинные распущенные волосы.