Законы любви - Бертрис Смолл

Генрих Ланкастер скончался двадцатого марта, а его наследник был коронован девятого апреля под именем короля Генриха V. Молодому монарху не терпелось ввязаться в войну с Францией. Граф Лейтон тем временем советовался с другом и родственником сэром Уильямом Роджером, в какую семью отдать дочь.

— Время неподходящее, Роберт, — чистосердечно ответил сэр Уильям. — Но может, ты пристроишь девочку в знатный дом, если что-то пообещаешь королю взамен. Он, как все Ланкастеры, не любит оказывать милости даром.

— Ему понадобятся деньги на ведение войны, — кивнул Роберт. — Возможно, я сумею ему в этом помочь. Флорентийские банкиры стремятся из всего извлечь пользу, а у меня там много друзей.

— На следующей неделе король прибудет в Виндзор, — сообщил сэр Уильям. — Я уезжаю туда через день-другой. Приглашаю и тебя. По крайней мере, я могу ввести тебя в его круг.

После отъезда родственника Роберт взял лошадь и поехал в коттедж, где жила дочь. Услышав конский топот, девочка выпорхнула из дома навстречу отцу. При виде Сисели его сердце болезненно сжалось. Она так похожа на мать: те же густые вьющиеся рыжеватые волосы и зелено-голубые глаза. Когда она вырастет, станет такой же красавицей, как Энн. Если не красивее… Даже сливочно-белая кожа унаследована от Энн, вместе с длинными темными ресницами и розовыми щечками. Но совершенство портил огромный фиолетовый синяк на левой скуле.

— Папа! Ты приехал! Я думала, ты на меня рассердишься! — смущенно бормотала девочка.

— Но за что, куколка? — спросил граф, обнимая ее и целуя правую щеку.

Девочка поморщилась, когда он случайно задел синяк, что заставило графа мрачно нахмуриться.

— Я не хотела злить твою жену, папочка. За что она меня так ненавидит? — вздохнула Сисели.

Сжав маленькую ладошку, граф повел девочку к скамье перед коттеджем, усадил ее и сел сам.

— Я не могу приукрашивать правду, куколка, — начал он. — Твоя мачеха безрассудно ревнива. Она не хочет, чтобы в моей жизни была еще какая-то женщина, кроме нее. Как ни печально, я не могу ее изменить и приехал сюда, чтобы объявить о своем решении. Орва! Иди сюда!

Дождавшись появления няньки, он продолжил:

— Ради твоей безопасности и благополучия единокровных братьев я собираюсь отдать тебя на воспитание в достойную семью. С тобой будут знаться другие девочки из благородных семей. Госпожа хозяйка дома научит тебя всему, что ты должна знать к тому времени, когда ты сама станешь женой и хозяйкой. Рано или поздно я найду тебе мужа. Орва поедет с тобой и будет по-прежнему заботиться о тебе. Ты не можешь вечно оставаться в Лейтон-Холле.

— Когда мы едем? — тихо спросила Орва.

— Пока не знаю. Я с сэром Уильямом через несколько дней отправляюсь в Виндзор. Сейчас придворные очень заняты, но если повезет, я поговорю с самим королем. И постараюсь сделать мудрый выбор. А пока что, Орва, держитесь рядом с коттеджем. Нежелательно, чтобы графиня и Сисели снова увиделись. Ты меня поняла? — многозначительно спросил граф.

Орва кивнула:

— Я поберегу маленькую госпожу, милорд.

— Я когда-нибудь увижу тебя снова, папа?

— Разумеется, куколка! К сожалению, твоя мачеха не желает поделиться с тобой своим поразительным умением ведения домашнего хозяйства. А ты должна овладеть этим умением, чтобы управлять собственным домом. Большинство девочек твоего возраста воспитываются в приемных семьях. Не ты первая, не ты последняя, Сисели. А пока я буду в Виндзоре, Орва сошьет тебе несколько красивых платьев из тканей, которые возьмет в кладовой. Ты будешь самой красивой юной леди в любом доме, где станешь жить.

Роберт нагнулся и поцеловал дочь в щеку, стараясь не задеть синяка.

— А теперь я должен вернуться домой. В следующий приезд я сообщу, куда ты отправишься.

— Иди в коттедж, дитя мое, — велела Орва. — Мне нужно поговорить с твоим папой.

Сисели немедленно повиновалась.

— Отослали бы вы ее из дома, если бы не этот случай? — напрямик спросила Орва.

— Не знаю, — так же откровенно ответил Роберт. — Она должна получить знания и умения, которые может дать ей только знатная леди. Донна Клара призналась, что моя жена просила помочь ей отравить Сисели. Думаю, отослав девочку, я сохраню ей жизнь. Не позволяй Сисели есть то, что не приготовила своими руками. Ты все поняла?

Орва кивнула, неодобрительно поджав губы.

— Я слышала, эти итальянцы привыкли устранять врагов ядами, — заметила она.

Граф вздохнул и пожал плечами:

— Что еще я могу сделать?

— Найти нам хороший дом, милорд, — ответила Орва. — А когда придет время, дать моей госпоже доброго мужа.

— Обязательно, — пообещал граф.

В Виндзоре кузен, как обещал, сумел представить его королю. Но того больше интересовала подготовка к войне, чем судьба дочери какого-то графа. Однако Генриха нельзя было назвать человеком бессердечным. Видя разочарованное лицо графа, он сказал:

— К сожалению, я не смогу выполнить подобную просьбу, но отошлю вас к своей добрейшей и любимой всеми матушке, королеве Жанне, с просьбой помочь вам.

Обрадованный граф низко поклонился и поблагодарил короля, который велел слуге проводить гостя к королеве и немедленно забыл о посетителе.

Приемная вдовствующей королевы была наполнена просителями. Лорду Боуэну пришлось подождать, однако королевский слуга не ушел и, представив графа королеве, изложил его просьбу.