Осенняя лихорадка - Натали Иствуд

Выходные у Терри прошли как всегда: днем ей удавалось слегка подремать, но ночью… Гулять по пляжу после неприятного происшествия она пока еще не решалась. В понедельник утром отправилась на работу вялая и разбитая.

Сидя за компьютером, Терри вносила правку в зануднейшую статью и часа через полтора почувствовала, что веки наливаются свинцом и закрываются сами собой, а голова свешивается на грудь.

Она поняла, что задремала, лишь тогда, когда ее потрясла за плечо ее коллега Дороти Броули.

Терри резко подняла голову и откинулась на спинку стула.

— Извини, если напугала, — сказала Дороти. — Просто подумала: вдруг войдет главный и застанет тебя спящей.

— Спасибо, Дотти! — Терри откинула со лба выбившуюся из прически прядь.

Хотя отношения с главным редактором у нее были не ахти — он был редкостный зануда и ярый поборник дисциплины, — работа ей нравилась и она нуждалась в ней, поскольку других средств существования у нее не было, а найти работу по специальности в Дорчестере было не так уж и просто.

— Ты меня здорово выручила. Могу себе представить, какую нотацию прочитал бы мне босс, если бы застукал меня мирно похрапывающей у монитора!

— Это точно! А ты опять не выспалась? — участливо спросила Дороти, худенькая брюнетка двадцати пяти лет из состоятельной семьи, выпускница Оксфорда.

Она была не замужем и, хотя жила отдельно от родителей, во всем считалась с ними, а те полагали, что работа в редакции — Дороти была ответственным секретарем — занятие интеллигентное и пристойное — словом, вполне соответствует статусу их дочери.

— Чем же ты занималась весь уик-энд? Хотя бы днем выспалась… Если не секрет, как прошли выходные?

— Хуже не бывает… — пробормотала Терри и вкратце поведала Дороти о том, как на нее напали и как ее спас Шон Брайт. — Сама понимаешь, такие встряски улучшению сна не слишком способствуют. — Она подавила зевок. — Спасибо тебе, Дороти, что прикрыла меня.

— Пустяки! — улыбнулась та. — А что из себя представляет этот Брайт? Он ведь сильно рисковал, вступаясь за тебя.

— Что из себя представляет? — с задумчивым видом переспросила Терри, чтобы потянуть время. На самом деле у нее было предостаточно времени подумать о Шоне Брайте. Все выходные он не шел у нее из головы. — Этакий мачо…

— А симпатичный? — не унималась Дороти.

Терри кивнула.

— Ну а все-таки, как он выглядит?

— Экая ты любопытная! — улыбнулась Терри. — Вообще-то я с ним познакомилась в ночи, да еще при таких «романтических» обстоятельствах, что разглядывать его с пристрастием мне в голову не пришло.

— Да ладно тебе! Ночь была лунная, а со зрением у тебя пока что все в порядке.

— Что удивительно, учитывая сколько времени я глазею в монитор! — усмехнулась Терри. — Он такой высоченный, под два метра, широкоплечий, загорелый… — Терри замолчала, словно припоминала, надеясь, что Дороти не обратит внимания на румянец, заливший ей щеки. — Брюнет с синими глазами и чуть насмешливой улыбкой. Короче, красавец-мужчина, но не в моем вкусе.

— А говорила, не разглядела! — хохотнула Дороти. — Прямо хоть фоторобот составляй. А ты еще с ним увидишься?

— Вряд ли… Думаю, я тоже не в его вкусе.

— Да будет тебе скромничать! — замахала руками Дороти. — Ты такая интересная! Я бы даже сказала, пикантная… — Она не без зависти вздохнула. — И потом неужели тебе не хочется показаться на людях с таким обалденным мужиком?

— Но ведь он не просил меня о встрече, — покривила душой Терри. — Не стану же я навязываться.

— Не просил? А жаль! — Дороти снова вздохнула и, бросив на Терри внимательный взгляд, добавила: — Вот ты говоришь, он не в твоем вкусе, а, по-моему, во всяком случае внешне, вы бы здорово рядом смотрелись. Ты у нас тоже не Дюймовочка, но такая изящная, я бы даже сказала изысканная… Да будь у меня такая внешность, я бы… Она, видите ли, не станет навязываться! — хмыкнула Дороти. — Ты что, напрашиваешься на комплименты?

— Дотти, что ты говоришь! Какие еще комплименты? Просто я…

— Просто ты не знаешь себе цену! — перебила ее Дороти. — Дай мне договорить! Ну так вот, ты такая хрупкая, женственная… А этот Шон Брайт такой мужественный и, как ты сама выразилась, мачо… Ну просто идеальная пара!

— Дотти, спасибо за добрые слова, но ты же знаешь… — Терри чуть нахмурилась, хотя в душе не могла с ней не согласиться. — Я… я не люблю таких разговоров.

Нет, это просто смешно: ведь у них нет ничего общего! И все же Терри очень хотелось увидеть Шона Брайта снова. Может, в ней говорит любопытство, а может, желание отплатить ему за добро?

Впрочем, к чему обманывать себя? Все дело в том, что ее поразила его необычная красота. Она все время думала о Шоне Брайте и не забыла, что он предложил ей помощь.

— Извини, — спохватилась Дороти и, вздохнув, добавила: — Наверняка у такого красавчика отбою нет от женщин, да? — Она помолчала и не без зависти заметила: — Ты права, дело не во внешности. Ведь не все же могут вешаться на шею мужчинам… А ты вдова и вообще человек строгих правил… Хотя, с другой стороны, не вечно же тебе оплакивать мужа. — Она осеклась и, опустив глаза, смущенно пробормотала: — Что это я разболталась без меры! Вечно лезу не в свои дела… Тоже советчица нашлась! С моим-то скорбным опытом… Терри, ты на меня не обиделась?

— Ну что ты! Все в порядке, — успокоила та подругу.

Они дружили, хотя у них было не так уж много общего. Разве что работа и недостаток мужского общества. Они делились всем, что происходило в их небогатой событиями жизни, и всячески старались поддерживать друг друга в минуты уныния.