И тогда оно упало мне в руки - Луис Реннисон

Снова шконцлагерь^[13]

Чем я не вдова? Сегодня я надела черные очки и повязала на рукав пальто черную траурную ленточку. Потом выдернула из маминого черного боа перо и воткнула его в берет.

Мы идем с Джаской в школу.

— А правда траур мне к лицу? — говорю. — Я прям как Жаклин Онассис.

— Да? — недоумевает Джаска. — Разве она когда-нибудь выглядела идиоткой?

Ох, ох — мне еще целый день торчать в школе и терпеть Джаску.

На ассамблее

Наша многоуважаемая директриса, толстая как бегемот и потому прозванная Спичкой, долго распиналась о предстоящих экзаменах, о нашей (не)успеваемости и прочее. Под конец она сказала: «Главное, девочки, не победа, а участие. Учеба — это как спортивное многоборье… Во имя панталон Этельреда Неразумного^[14]…» О чем она говорит?

Следующий урок был в научном корпусе, и на улице мы с девчонками столкнулись с Ястребиным Глазом, нашей классной. Надо же ей на ком-то сорвать зло — вот она и потребовала, чтобы я сняла траурную повязку. Но одной жертвы ей мало, и она привязалась к первалкашке^[15], и та со страху свалилась в куст остролиста. Когда беднягу отвели в медпункт, я и говорю Рози:

— А меня голыми руками не возьмешь. Вдовья доля очень закаляет. Пусть только Ястребиный Глаз сунется еще раз. Я ей такую речь заготовила: «Если б вы знали, что такое любовь, вы бы не приставали к нам со своей историей Древнего Рима. Плевать я хотела на ваш Древний Рим и на Ромула с Ремом вместе взятых. И уж тем более на страусов, которые их выкормили^[16].

— Да? — говорит Рози. — За такие разговорчики два дня подряд будешь оставаться после уроков.

— А ты знаешь, что я вчера видела по телику? На страусиных фермах страусы влюбляются в своих хозяев! Ведь те их кормят и ухаживают за ними, и у бедных птиц что-то перещелкивает в голове — они лезут к людям целоваться.

— Страусы?

— Да.

— Non.

— Mais oui, mon petit idiot, c'est vrai^[17].

— И как они, по-твоему, целуются, с такими клювами?

— Как? Раз клюнуть.

На большой перемене

Наша крутая туса бурно обсуждает предстоящий Бал Оборотней. Джаска уселась на батарею под кодовым названием «тостер для трусов» и говорит:

— Мы с Томом наденем одинаковые накладные уши. — И давай дико хихикать.

— Джас, а ты не боишься, что это будет выглядеть, как слуховой аппарат? — поинтересовалась я.

Джаска сердито хрюкнула и беспокойно заерзала на батарее — наверное, ее трусы уже поджарились и готовы к употреблению.

А Рози у нас вся из себя радостная — скоро возвращается из снежной Швеции ее Свен. Как говорится, сани уже в пути. Рози ласково шлепнула меня по спине и говорит:

— А знаешь, что будет, если слон и мышь займутся любовью?

Мы все в изумлении уставились на нее, а она слегка сдвинула очки набок и говорит:

— Дырки в плинтусе!

И мне стало так одиноко… Я почувствовала себя песчинкой, летящей над океаном жизни. Ну а где океан, как говорится, там и бикини. Да, я одинокая песчинка в бикини, летящая над океаном жизни… Я была где-то далеко-далеко, совершенно в другом мире. Я, конечно, очень люблю своих подруг, но они такие дурочки. Недавно они подначивали меня, вспоминая, как я наводила справки, где можно достать накладные брови. А что мне было делать, если свои собственные я сбрила?

Я же сделала это ради любви. А теперь мне даже и сбривать-то их не для кого…

15.00

Английский у нас должна была вести Ястребиный Глаз, но ей больше нравится шугать народ в коридоре, и нас передали мисс Уилсон. Мисс Уилсон редкостная клуша, так что на уроке будем бить баклуши.

Блин! Это была великая измена, потому что мисс Уилсон хочет поставить с нами «Макбета», но название пьесы до премьеры она предложила держать в тайне — чтобы не сглазить, есть такая примета у артистов. Некая шотландская пьеса, и все. А я и говорю Рози:

— Приехали. Будем играть мужчин в лосинах и декламировать на древнеанглийской абракадабре.

Распределили роли. И — о горе мне! — роль леди Мак… роль леди МакБред будет играть Джаска, а я буду каким-то придурком в лосинах по имени МакДаф. А моей женой будет золотая рыбка-мутант П. Грин. Она уже вживается в роль и смотрит на меня влюбленными глазами. Не представляю, как я буду играть мужчину, потому что они остаются для меня загадкой.

16.15

Идем из школы домой. Джас смотрит на свою руку и говорит:

— Черт, прыщ.