Скромность и тщеславие - Элен Бронтэ

Утреннюю почту мисс Беринджер имела обыкновение читать прямо за столом, и Лорен развлекалась тем, что по выражению лица своей хозяйки пыталась угадать, какие вести та получила. Чаще всего мисс Беринджер недовольно хмурилась и даже могла разразиться потоком возмущенных возгласов в адрес своих бестолковых родственников.

Сегодняшнее письмо мисс Беринджер прочла два раза, и лицо ее сперва приняло довольное выражение, затем старая леди озабоченно нахмурилась и покачала головой. Лорен не могла догадаться, о чем могла написать миссис Гамильтон, и слова хозяйки ее поразили.

— Мы немедленно возвращаемся в Англию! — заявила мисс Беринджер, продолжая вертеть в руках письмо.

Лорен не знала, следует ли ей задать какой-то вопрос или идти распорядиться насчет багажа, но мисс Беринджер соизволила удовлетворить любопытство девушки.

— Имоджин пишет, что нашла жениха для Уинифред. По крайней мере, ей так кажется, — язвительно прибавила злоязычная старуха.

Мисс Эванс понадобилось все ее воспитание, чтобы удержаться от чрезмерного проявления своих чувств. Она была одновременно удивлена и расстроена. Как, простушка Уинифред выходит замуж, а она, такая красивая и утонченная, должна прозябать в одиночестве и быть благодарной за свое зависимое положение! Скорее всего помолвка не затянется. Если Уинифред влюблена в этого джентльмена, она уговорит родителей устроить свадьбу как можно скорее. И тогда — прощай, еще одно беззаботное лето в уютном поместье, Лорен придется найти себе какое-то занятие на то время, что мисс Беринджер проведет в Шотландии!

Радость за подругу наконец преодолела другие чувства, и Лорен постаралась выглядеть не слишком огорченной.

— Уже известна дата венчания? — осмелилась спросить она.

Мисс Беринджер покачала головой и снова заглянула в письмо.

— Джентльмен, о котором пишет Имоджин, еще не сделал предложения, но, по ее словам, он проводит рядом с Уинифред так много времени, что ни у кого не остается сомнений в его намерениях. Пока письмо было в пути, возможно, что-то уже переменилось.

— Но к чему нам так спешить? Вы полагаете, мы можем опоздать на свадьбу? — Лорен знала, когда следует замолчать, а когда можно продолжать расспросы.

— Конечно нет! Неужели вы полагаете, что моя внучатая племянница будет венчаться наскоро, как какая-нибудь горничная! — фыркнула мисс Беринджер. — Я должна сама взглянуть на этого жениха, возможно, он совсем не подходит Уинифред! Нужно все разузнать о нем, из какой он семьи, каково его состояние и репутация…

— Разве миссис Гамильтон об этом не пишет?

— Имоджин не очень проницательна и может довериться сплетникам, — пренебрежительно отмахнулась старая дама. — По ее словам, молодой джентльмен недавно вступил во владение своим состоянием, до этого им занимались опекуны. Его родители давно умерли, но прежде отец владел обширными землями где-то на севере, а мать состояла в родстве с несколькими известными семействами. Мистер Монк закончил свое образование на континенте и приехал в Лондон с намерением войти в лучшее общество. Надеюсь, он не собирается промотать свое наследство в первый же сезон!

Лорен понимающе кивнула, она знала, что мисс Беринджер не очень высокого мнения о своей племяннице, хотя на самом деле миссис Гамильтон вовсе не была глупа или недальновидна. Лорен пожалела Уинифред — если тетушка Флоренс не одобрит ее поклонника, кто знает, будет ли мисс Гамильтон позволено и дальше встречаться с ним?

«Кажется, мне придется поддерживать и утешать бедную Уинни, как до этого она утешала меня. И ведь она ни разу не упомянула об этом мистере Монке в своих письмах, пожалуй, мне стоит на нее обидеться», — подумала мисс Эванс. Так или иначе Лорен была рада покинуть Венецию как можно скорее, даже если в будущем ее ожидают новые огорчения. Мисс Беринджер не привыкла откладывать исполнение своих планов, и ее компаньонке пришлось немало потрудиться, чтобы уладить дела с домовладельцем, оплатить счета, проследить за подготовкой прощального ужина для остающихся в Венеции подруг мисс Беринджер и выполнить еще два десятка разнообразных поручений.

Когда Венеция с ее ужасным запахом осталась позади, Лорен с удовольствием вдохнула чистого воздуха, протянула уставшие ножки к дорожной жаровне, установленной посреди кареты, и позволила себе поразмышлять о том, как наилучшим образом использовать то время, что она проведет в Лондоне.

Разумеется, миссис Гамильтон должна будет принять ее в своем доме как компаньонку тетушки, и ближайшие несколько недель мисс Эванс придется находить время на то, чтобы исполнять свои обязанности и при этом часто видеться с Уинифред и принимать участие в развлечениях, если ей позволит мисс Беринджер.

«Надеюсь, Уинни возьмет меня с собой в театр и на балы, она любимица старухи и сумеет уговорить мисс Беринджер отпустить меня. К счастью, я еще могу появиться в свете в своих платьях, хотя их не мешало бы слегка переделать. Я не должна выглядеть старомодно, как мисс Баркли!» — Обратный путь всегда кажется короче, а с такими мыслями дни в дороге пролетели для мисс Эванс, как один. Она даже не сетовала на то, что ей опять не удалось увидеть Париж, раз уж она скоро окажется в Лондоне! Именно там Лорен с самого детства мечтала жить, и вот ее желание осуществится, пусть лишь на некоторое время.

Мисс Беринджер тоже торопилась, она и помыслить не могла, чтобы без нее Гамильтоны приняли какое-нибудь важное решение, ведь только ее мудрость — залог того, что будущее Уинифред устроится наилучшим образом!

Лорен решила не посылать подруге письмо, полное упреков. Зачем ссориться с единственным близким ей человеком, напротив, она станет доверенным лицом мисс Гамильтон и постарается помочь Уинифред в борьбе против мисс Беринджер, если окажется, что тетушке Флоренс не по душе мистер Монк. «Надеюсь, у него есть какой-нибудь друг или кузен приятной наружности, состоятельный и независимый от своих родственников!» — Лорен много раз представляла себе, каким будет ее избранник, но ей уже давно хотелось знать, когда же он появится перед ней с обещаниями и клятвами.

И надо же было, чтобы именно Уинифред сумела увлечь поклонника, у которого нет ни отца, ни матери, способных запретить ему следовать велению сердца! Приданое мисс Гамильтон делало ее завидной партией для любой, самой требовательной, леди, чей сын мог плениться добродушием и цветущим видом Уинифред.

Лорен ни разу не видела лондонский дом Гамильтонов, и внушительный кирпичный особняк показался бедной девушке пределом мечтаний, хотя он не был ни элегантным современным строением, ни почтенным домом, чью ценность увеличивал романтический ореол старины.