Остров ведьм - Нора Робертс

– Я не собираюсь рыдать и распускать сопли, – сердито сказала Нелл и шагнула к двери. – К тому же Заку едва ли понравится, что ты встреваешь между нами.

– Вот и ладно. – Рипли кивнула и посторонилась, пропуская ее. – Он на галерее, смотрит в телескоп и пьет пиво. Но прежде чем ты поднимешься к нему, хочу тебя предупредить. У него есть масса возможностей навести справки и выяснить твое прошлое. Лично я на его месте так и поступила бы. Но он не сделал этого.

Чувство вины, которое испытывала Нелл со времени ухода Зака, стало еще тяжелее.

– Он считает, что это некрасиво, – тихо произнесла она.

– Да. А мне было бы на это наплевать. Разберись с ним, иначе будешь иметь дело со мной.

– Понятно.

– Ты мне нравишься. Я с уважением отношусь к людям, которые что-то умеют. Но от Тоддов не так легко отделаться. Предупреждаю заранее.

Рипли шагнула к лестнице, которая вела на второй этаж.

– По дороге загляни на кухню и возьми бутылку пива. Я хочу закончить упражнения.

Нелл пропустила предложение мимо ушей. Лично она предпочла бы стакан холодной воды, чтобы погасить жжение в горле. Пройдя через неприбранную гостиную и такую же неприбранную кухню, она вышла на заднее крыльцо и по лестнице поднялась на галерею.

Зак сидел в большом кресле, выцветшем от непогоды, зажав коленями бутылку «Сэма Адамса», и смотрел на звезды.

Он знал, что Нелл здесь, но не подавал виду. От нее пахло персиками и тревогой.

– Зак, ты сердишься, и правильно делаешь. Но ты человек справедливый и не откажешься выслушать меня.

– Завтра я буду еще справедливее. Так что имеет смысл подождать.

– Ничего, рискну. – Догадывается ли Зак, чем она рискует? – Я лгала. Лгала часто, много и не жалею об этом. Мне приходилось выбирать между честностью и жизнью. И приходится делать это до сих пор, поэтому я не стану рассказывать тебе все, хотя ты этого заслуживаешь. Прости меня.

– Если люди не могут доверять друг другу, им не следует общаться.

– Зак, тебе легко говорить…

Когда Тодд оторвался от лицезрения звезд и взглянул на Нелл, его взгляд опалил ее и заставил сделать шаг вперед. У нее дрогнуло сердце. Нелл не боялась, что ее ударят. Наоборот, она боялась, что Зак больше никогда не захочет к ней прикоснуться.

– Да, тебе легко, – повторила она. – Ты здесь свой. Всегда был своим, и тебе не приходилось завоевывать место под солнцем.

– Мне пришлось заслужить это место, – тщательно выбирая слова, возразил он. – Как и всякому другому.

– Это другое дело. У тебя был прочный фундамент. Несколько месяцев, прожитых здесь, я тоже пыталась завоевать себе место. И завоевала. Но это совсем другое…

– Может быть. Однако в том, что нас связывало, мы были на равных.

«Связывало, – подумала она. – В прошедшем времени. Он хочет, чтобы все осталось в прошлом, за чертой. Что делать? Остаться снаружи или переступить черту?»

Переступить! Это не труднее, чем спрыгнуть со скалы.

– Я жила с одним человеком… Три года. Он причинял мне боль. Дело не в ударах и пощечинах. Синяки от них проходят быстро. Но душевная травма остается на всю жизнь. – Сердце сжалось. Нелл перевела дух и продолжила: – Он ежеминутно подрывал мою уверенность в себе, лишал смелости, отнимал свободу выбора и делал это так искусно, что я не могла защищаться. Снова поверить в себя очень трудно. На то, чтобы сегодня прийти к тебе, ушли все мои силы. Я не должна была влюбляться в тебя. Но то, что я живу здесь и с тобой, заставило меня снова почувствовать себя нормальным человеком.

– Хорошее начало. Дальше.

– Уйдя от него, я сделала то, что должна была сделать. И не собираюсь извиняться за это.

– И не надо.

– В подробности я вдаваться не буду. – Она отвернулась, оперлась о перила и уставилась в вечернее море. – Жизнь моя была похожа на существование в душной норе, которая становится все глубже и все холоднее. А когда я пыталась выползти из нее, у входа меня всегда караулил он.

– Но ты все же нашла способ выбраться.

– Я поклялась, что не вернусь. Пойду на что угодно, убегу на край света, но не вернусь. Именно поэтому я лгала и обманывала. Я нарушила закон. Я причиняла тебе боль. – Нелл обернулась. – Но жалею я только о последнем.

Она сказала это с вызовом, почти злобно, прижавшись спиной к перилам и сжав кулаки так, что побелели костяшки.

«В ней борются страх и смелость», – подумал Зак.

– Ты думала, что я не пойму?

– Зак… – Нелл подняла руки и бессильно уронила их. – Я сама себя не понимаю. Не понимаю до сих пор. Когда мы с ним познакомились, я не была ковриком у дверей, ждущим, что о него станут вытирать ноги. Я выросла в хорошей, крепкой семье, получила образование, была независима и помогала матери руководить собственной фирмой. В моей жизни уже были мужчины. Ничего серьезного, но меня с ними связывали нормальные отношения. А потом я вдруг очутилась в ловушке, где мной помыкали, меня били. Я не могу объяснить, как это произошло.

«Бедная девочка», – подумал Зак и спросил:

– Почему ты все еще винишь в этом себя?

Вопрос удивил ее. Мгновение Нелл смотрела на Зака, собираясь возразить, но потом сказала, хлопая глазами:

– Не знаю.

Она подошла и села рядом.

– В таком случае нужно сделать второй шаг и перестать мучиться, – посоветовал Зак и сделал глоток пива. Он все еще сердился на Нелл, но это чувство постепенно переходило в настоящий гнев. Гнев на мужчину без лица и имени, которого она так боялась.

Ничего, он справится с этим чувством позже, хорошенько поколотив боксерскую грушу.

– Расскажи о своей семье, – предложил он и протянул Нелл бутылку. – Ты знаешь, что моя мать не умеет готовить, а отцу нравится возиться со своей новой игрушкой. Знаешь, что они выросли на острове, поженились и произвели на свет двоих детей. А с моей сестрой ты знакома лично.

– Мой отец служил в армии. Был подполковником.

– Стало быть, военная косточка. – Увидев, что Нелл покачала головой, отказываясь от пива, Зак сделал глоток. – Значит, довелось повидать мир?

– Да. Мы часто переезжали с места на место. Отцу нравилось получать новые приказы. Наверное, он любил новизну. Он был хорошим человеком. Серьезным, но с удивительно доброй улыбкой. Любил старые фильмы братьев Маркс и ореховое масло «Рис». О боже…

В ее голосе зазвучали слезы.

– Его давно нет на свете, а мне кажется, что это случилось только вчера.

– Так всегда бывает, если речь идет о том, кого ты любишь. Я часто вспоминаю бабушку. – Зак взял руку Нелл и слегка сжал ее. – Иногда даже чувствую ее запах. Лавандовой воды и перечной мяты. Она умерла, когда мне было четырнадцать лет.