Судьба - дама настырная - Ива Ривер

— Рит, ну не обижайся, — сдался Олег и взял меня за руку. — Хочешь за обедом говорить о потенциальных убийцах? Пожалуйста. Давай говорить.

— Олежек, может, я просто тупая, но честное слово, никого заподозрить не могу, — вздохнула я, поворачиваясь лицом к приятелю. — И меня любопытство разбирает.

— Это у тебя опыта мало, — мягко улыбнулся он. — На самом деле, подозревать можно кого угодно. Вот, к примеру, Катя или Даша. Чем не кандидатки? Обе, вроде, влюблены в Диму, и получается, Карецкая фактически перешла им дорогу. На что способны отвергнутые женщины, надеюсь, объяснять не надо?

— Да ты что, Олег? Такие милые девушки! — возмутилась я.

— Рита, Рита, стоять! — засмеялся он. — Я же сказал, к примеру. Или возьмём сына убитой. Ты говорила, он наркоман. А что такое наркоман? Непредсказуемое, часто озлобленное существо с извращённым сознанием. Способное на любой асоциальный поступок. — Я вспомнила свою стычку с Вальком и его дружками и поёжилась. — А теперь представь, что мать замучила его нравоучениями или, того хуже, собиралась отправить на лечение в какую-нибудь закрытую клинику. Вот тебе и мотив.

— Нет, ну это слишком… убить родную мать?..

— А родного сына? — Олег посмотрел на меня как на умственно отсталую. — Ты наивная, как дитя, ей-богу. Вспомни историю с компаньонами своей тётушки. Между прочим, всё на твоих глазах происходило.

Я промолчала. Он прав. Как всегда, прав. Каких только моральных уродов не бывает…

— Или вот ещё. Предположим, женщину убил Саша, чтобы друга в тюрьму засадить, — спокойно продолжил Олег, а я чуть не подпрыгнула на стуле.

— Олег, ты совсем обалдел?! — закричала я так, что на нас обернулось сразу несколько жующих физиономий.

— Ты чего орёшь? — шикнул приятель. — Мы же просто фантазируем, рассматриваем возможные варианты.

— Это совершенно невозможный вариант! Я его даже гипотетически рассматривать не буду! Этак мы и до моей кандидатуры доберёмся!

— О, ну твоя кандидатура — это просто «пальчики оближешь»! — иезуитски расплылся Олег. — Версия-лидер. Тут тебе и любовь, и ревность, и предательство, и фирма, и деньги… В общем, полный набор мексиканских страстей. Я так и вижу тебя в образе коварной мстительницы, — он мечтательно закатил глаза.

Я сидела и хлопала ресницами, пытаясь осмыслить сказанное.

— Продолжать? — ехидно спросил Олег.

— Не надо, — вздохнула я. — Я поняла, что ты имеешь в виду. Сделать это мог любой. И найти этого любого будет так же «просто», как перерыть стог сена в поисках иголки.

— Умница, девочка. Но ты забыла два важных постулата. «Кто ищет, тот всегда найдет» и «Все тайное когда-нибудь становится явным». А теперь, давай уже поедим, если, конечно, в твоём «преступном» мозгу не созрел хитрый план всё-таки уморить меня голодом.

Обед, по времени больше подходящий под определение ужин, прошёл в «тёплой дружественной» обстановке. Ни о покойниках, ни о преступниках мы больше не заговаривали, а говорили в основном о школьных приятелях, общих знакомых и показательной во всех отношениях Олежкиной семье.

На десерт я заказала себе фруктовый коктейль и, обнаружив в нём дыню, похолодела.

— Слушай, Олег, а какой сегодня день?..

— Пятница, — недоумённо ответил он, не понимая, чего я вдруг так переполошилась.

— Вот я балда! Обещала же Магистру сегодня приехать! — засуетилась я и, жестом подозвав официанта, попросила как можно скорее принести нам счёт. — Давай, дожёвывай быстрее свой десерт! — поторопила Олега. — Надо ещё Федьку забрать и дыню купить! Ну балда же!

— А кофе, а виски, а моя сигара? — шутливо протянул приятель.

— Живо давай! — прикрикнула я. — Он же мне не простит, если я ему эту чёртову дыню не привезу!

***

Парнишку, студента ветеринарной академии, присланного Артуром, я на выходные отпустила и, прикупив разных деликатесов, мы спешно выдвинулись на виллу.

Магистр с разбегу запрыгнул на меня, обнимая лапами и отчаянно жалуясь, как он по мне истосковался. У меня и у самой слёзы навернулись.

— Кот мой, любимый, родной, — шептала я, прижимая пушистое тельце и мысленно давая зарок никогда, никогда больше не оставлять его на такой долгий срок!

Олег предусмотрительно задержался с Фёдором поодаль, не зная, как пёс отреагирует на кота. И тут Магистр оторвался от меня и повернулся в их сторону.

— А это ещё кто?.. — с подозрением воззрившись на Федьку, протянул он. Шерсть на загривке вздыбилась, усы растопырились, зрачки недобро сузились.

— Маг… — заискивающе пролепетала я, ибо вид моего любимца не предвещал ничего хорошего, — это… это я нам с тобой собачку завела…

— Чего?! — он повернул ко мне морду с вытаращенными глазами. — А крокодила ты нам, часом, не завела?! Только вот это волосатое клыкатое чудовище и всё? Всего-то?! Так мелко? А где размах, широта? Бизоны, бегемоты, кабаны? Нет? Никто не подвернулся больше? Только вот это? А спросить, все ли согласны на такое соседство, никак?!

И тут меня переклинило.

— Да как ты можешь?! — возмутилась я. — Это щенок, сирота! Он остался без хозяина! Что ему, бомжевать, что ли, по-твоему?! Эгоист бессердечный!

— Я эгоист?! Я?! — задохнулся Маг. — То есть, это я бросил тебя ради каких-то своих сомнительных дел, а потом приволок домой чудовище?! И кстати, разве тут кто-то сказал нет?! Да я, может, всеми лапами «за»! А то скучновато что-то стало жить! В следующий раз, когда повстречаешь бездомного комодского дракона, смело тащи его к нам! От него и шерсти поменьше, да и укус смертельный. Так чтоб разом и отмучиться!

— Всё сказал? — нахмурилась я. — Или дальше будем паясничать?

— Да уж куда нам, подневольным…

Кот обиженно отвернулся, мгновенно заставив меня усовеститься.

— Ну прости… Маги, ну правда… не было у меня выбора. И времени на переговоры не было. Реально парень в беду попал. Не могла я его бросить…

— Да ладно, — примирительно махнул лапой он, — чего уж теперь… Давай сюда свою сироту, знакомиться будем.

— Он славный, правда, очень-очень, вот увидишь!

— Посмотрим, — проворчал кот.

Я чмокнула его в макушку, опустила на землю и легонько подтолкнула по направлению к парочке.

Олег напрягся.

— А ты за него не боишься? — с сомнением спросил он, а я, конечно, не смогла удержаться от подначки.

— За кого? За собаку? — спросила, расплывшись в ехидной улыбке. — Не-а, отпускай. Это Маг так, для порядка вредничает, в душе-то он добрый, и зверушек любит, правда, Маги?

Кот метнул в меня «стрелу» праведного гнева и, гордо подняв хвост, с поистине императорским величием двинулся навстречу очумевшему от радости Федьке.