Судьба - дама настырная - Ива Ривер

— У подруги что-то случилось. Она ничего не объяснила, но, кажется, что-то страшное… Боже, только бы не с детьми! Всё, Олежек, ключи в тумбочке, я побежала.

В пути я перебрала все варианты возможной беды и, заскочив в Наткин подъезд, неслась по лестнице уже накрученная до предела.

Дверь мне открыла Ксюша, а я мысленно поблагодарила Всевышнего, что девочка жива и здорова.

— А где Петька? — спросила с замиранием сердца, снимая обувь.

— На улице гуляет.

Хвала небесам!

— А папа?

— Уехал. Мама в своей комнате, — девочка махнула рукой вглубь квартиры.

Только сейчас я заметила, что у Ксюши покрасневшие глаза. Значит, тоже плакала. Неужели что-то с Таткиными родителями?.. Со свекровью у Наташки отношения не сложились, вряд ли она стала бы по ней так убиваться, а свёкра давно нет в живых. Остаются родители…

Я толкнула дверь спальни, но подруга даже не повернулась на скрип. Двери, как и большинство предметов в этом доме, не отличались новизной.

Наташка тихо сидела на полу, уткнувшись лицом в полотенце. Я присела рядом и позвала. Распухшее лицо в обрамлении растрёпанных волос показалось на свет, и Татка вновь разразилась слезами.

— Наташенька, что случилось?

Она замотала головой и зарыдала ещё отчаяннее.

— Ну успокойся… пожалуйста… Наташ, — я обняла её и прижала к себе. — Иначе мне придётся скорую вызвать.

— Не надо, я сейчас… — громко всхлипнула она, уткнувшись мне в плечо, от чего оно сразу стало мокрым. Я выждала минуту, всхлипы почти стихли, но подруга продолжала молчать, не реагируя на мои вопросы.

— Да что ж такое… ну скажи хоть слово, — потеребила я её, чем спровоцировала очередной поток. — Наташ, кто? Мама, папа?

— Что? — Татка оторвалась от моего плеча и посмотрела безжизненными глазами.

— Кто-то умер?.. — с трудом выдавила я. — Заболел?

Она отрицательно мотнула головой и прошептала, снова утыкаясь в полотенце, которое впору было уже выжимать:

— Рит, у нас такое горе…

Мои версии закончились. Ну не по свекрови же она так убивается, в самом деле!

— Наташ, скажи толком, что случилось? Банк, что ли, ваш лопнул, и весь капитал накрылся?!

Она вдруг резко выпрямилась, скомкала полотенце и истерически выкрикнула:

— Вот именно! Лопнул! Как мыльный пузырь! Мы теперь нищие! Нищие, понимаешь?!

— Фух… — перевела я дух. — Ну слава богу! А то ты меня до смерти своим плачем напугала! Успокойся, не такой Толик дурак, чтобы складывать всё в одну…

— Да он нас бросил! Бросил, понимаешь?! Гад паршивый! — закричала она, перебивая, и опять залилась слезами.

Твою ж дивизию! Сказать, что новость меня разозлила — не сказать ничего. Только вот гнев мне хотелось обрушить совсем не на Толика. Наташка продолжала рыдать.

— Так, ну всё! Мне это надоело! Быстро в ванную! — я рывком подняла её с пола и буквально волоком потащила к двери.

После водных процедур и валокордина подруга немного успокоилась и смогла вразумительно ответить на мои вопросы.

История оказалась до предела банальной. Сволочь Толик, якобы отбывший в командировку, сегодня позвонил и сообщил, что у него есть другая и с Наташкой он разводится.

— И всё? И больше ничего?! И вот из-за этой ерунды ты устроила такой показательный рёв, что я решила, будто все твои близкие отправились к праотцам?! Типун мне на язык! Да пусть… — я набрала в грудь побольше воздуха и с чувством выдохнула: — ко всем чертям проваливает!

— Рита, а как же мы жить теперь будем?.. — судорожно всхлипнула Татка, подавляя очередной приступ.

— Хорошо будете жить! Намного лучше, чем с этим ублюдком! — повысила я голос.

— На что?.. — простонала она.

— Работу тебе найдём, у тебя же полгорода знакомых! Ну и этот мерзавец будет же, наверное, алименты платить.

— Ага, будет… копейки какие-нибудь…

— Ничего, вы привычные, прорвёмся! Давно надо было с этим подонком распрощаться! Ну ничего, он ещё пожалеет! — я сжала кулак, сожалея лишь об одном — что не могу немедленно от всей души врезать по омерзительной роже теперь уже бывшего мужа подруги.

— Знаешь, Рит, я его так ненавижу… — дрожа от гнева, прошептала Наташка, — так отомстить хочу… ты не представляешь!

— И думать не смей! Без тебя найдётся, кому его наказать. Бог, он, тоже, знаешь, не ерошка! А ты ещё встретишь хорошего человека, вот посмотришь! — убеждённо сказала я, обнимая её и гладя по волосам. Злость давно прошла, и теперь голова судорожно соображала, как выпутываться из этой непростой жизненной ситуации. За первое время я не переживала, у меня были деньги Виктора, которые теперь я знала куда употребить. А вот дальше…

В итоге я провела у Татки весь день. Увещевала, успокаивала, живописала прелести жизни без ублюдка-Толика. Кормила детей — ни Наташке, ни мне кусок в горло не лез. Разговаривала с Ксюшкой, которая, кстати говоря, не сильно опечалилась поступку папаши, а плакала от того, что жалела маму. Обрабатывала зелёнкой разбитые Петькины коленки и уехала только в восемь вечера, когда Наташка почти вернулась в своё нормальное состояние.