Мое чужое счастье - Стелла Кьярри

– Разберутся. Мне надо вас проводить в целости и сохранности. Так что идемте, Арина Романовна. Не будем лезть в гущу событий.

– Пушкина?! – слышу в спину. Оборачиваюсь. Ребенок в переноске начинает хныкать.

– Арин! Стой!

– Саш?

– Ты что тут делаешь? – знакомый по прошлой работе догоняет нас и преграждает путь. – Это чей ребенок?

– Мой.

– Да ну? А Вовка не сказал… Вы разошлись что ли? Он тебя бросил? Ты одна растишь? Вот скотина…

– Арина Романовна…

– Сейчас, Сень, подожди. Саш, а зачем тут столько прессы?

– Так скандал же. Можешь сказать пару слов о клинике?

– Что за скандал?

– Арина, я вас жду. Нечего с этими проходимцами общаться. Ничего не говори! – слышу недовольный голос Надежды Анатольевны.

– Доктор Одинцова? Расскажите пару слов о деятельности клиники. В частности о том, что вы нелегально проводите процедуры по экстракорпоральному оплодотворению.

– Без комментариев, – отрезает она.

– Это неправда, Саш. Позвони мне, – шепчу чуть слышно.

– Лучше ты мне, – успевает сунуть мне визитку и охрана отрезает меня от прессы.

– Ну что за гады… Забаррикадировали выходы! Придумают сенсацию и мусолят.

– А что за сенсация?

– Да какая-то глупость. Конкуренты все время что-то сочиняют, чтобы напакостить. Вот и выдумали очередную «утку». Не бери в голову. Так, давай мне Виталюшку. Кто проснулся у нас? Мой хороший!

Надежда Анатольевна не хочет продолжать разговор. Приходится отступить. Но слухами земля полнится. Я узнаю от медсестер, что кто-то разболтал про путаницу в пробирках, незаконное суррогатное материнство и приплел мои показания про кражу младенцев. Как вишенка на торте – интервью администратора, которая лично выпроводила меня из клиники, сказав, что ребенок не мой.

В общем, ситуация неприятная. Вижу, Надежда Анатольевна на нервах. В общем, день проходит еще ничего, а ночью маму Виталия увозят в больницу с сердцем. Снова.

Понимаю, что надо что-то делать. Но чем я могу помочь?

Набираю номер, указанный на визитке.

– Саш… Мы можем что-нибудь сделать?

– Не знаю. Процесс пошел уже. Как снежный ком. Тут вылезают все новые сведения и клиенты, которым что-то не понравилось. Оказывается, клиника не такая уж и безупречная…

– Это не так. Нужно убрать все новости и прекратить этот кошмар. Я очень тебя прошу…

– Сама знаешь, я тут неглавный.

– А кто?

– Ивана назначили.

– Нет… не может быть…

– Он, кстати, уже знает про то, что твой муж выставил тебя за дверь.

– Господи, ну откуда?!

– Ариночка, милая, ты забыла, с кем имеешь дело? Журналисты те еще «нюхачи». Особенно когда пахнет жареным.

– И что на это Вова сказал?

– Что ты сама от него ушла. Знаешь, к кому и почему? К доктору Одинцову. Чувствуешь связь?

– Черт… Ну и гад! Ненавижу его!

– Не поспоришь. Мужик неприятный. Но в бою, то есть на работе журналиста, все средства хороши.

– Все не так… Вернее, не совсем так.

– Ладно. Я готов тебя выслушать. Но учти, горячую новость способно переплюнуть только еще более шокирующее известие. Так что постарайся меня удивить.

– Завтра. Время и адрес скину сообщением.

Эпилог

Идем за руку. Весна. Солнце уже пригревает так, что мне не холодно в легком пальто.

– Может, в кино?

– А давай просто погуляем?

– Мы можем сначала пройтись по парку, а потом пойти в кино. А после сеанса в ресторан.

– Надежда Анатольевна не готова проводить с внуком столько времени. Вдруг чего… боюсь за ее сердце.

– Все будет хорошо. Теперь не о чем волноваться, стрессов больше не будет. Только радость. А еще я вызвал няню ей в помощь. С ночным тарифом, так что… тебя ждет ужин с продолжением.

– Хитрец, – толкаю его вбок. На самом деле я готова сейчас же устроить продолжение, не дожидаясь ужина. В последние дни мы были рядом, но время друг на друга совершенно не хватало. Открытие клиники, реабилитация Надежды Анатольевны, забота о сыне и… подготовка к свадьбе. Устали как два выжатых лимона. Ну ничего, главное, все трудности позади.

– А ресторан по какому поводу?

– Мне звонил Сергей Васильевич.

– Да?! Есть новости?

– Ага. И они хорошие. Расследование наконец-то дало результат. Ирма и «компания» получили предписание на штраф до возмещения убытков. Ей теперь предстоит долго отрабатывать собственную глупость и жадность.

– Это она подговорила Вову натравить журналистов на клинику?

– Да, они были в сговоре. Хотя изначально не знали друг друга. Но сошлись как в море корабли. Он возненавидел тебя за то, что ты сделала ЭКО от чужого донора ему «назло», когда случайно узнал о своем бесплодии. А Ирма желала мести за то, что ее план по удержанию меня при себе потерпел крах.  Их цели были одинаковы, но фантазия Владимира не настолько развита: он додумался лишь на то, чтобы послать тебе букет и отравленные конфеты. Хотел напугать и сделать гадость, не жилось спокойно мужику. А вот Ирма решила действовать более изощренно: собирала сведения о клинике, сфабрикованные ею же, чтобы слить Вове и отнести в редакцию. Сама понимаешь, сколько грязи там было. Ничего общего с правдой. Но когда женщина злится, то становится более ядовитой и опасной, чем змея. Дальше ты знаешь. Шумиха, суды…

Вит притормаживает и обнимает меня на виду у целого парка гуляющих.

– Почему ты не сказала, что влезла в это дело?

– Не хотела говорить. Да и волновать Надежду Анатольевну не следовало. Ее сердце слишком слабое.

– Знаешь, если бы не ты… Ирма с Владимиром наломали бы таких дров! Как же мне повезло, что моя любимая девочка очень смелая! Смогла рассказать нашу историю так, чтобы в нее поверили! Сергей Васильевич хорошо поработал, но твое интервью помогло заткнуть рты журналистам. А ведь я увидел этот репортаж только вчера в записи, – заглядывает мне в глаза. От его взгляда кружится голова. Да, мне пришлось рассказать все так как было, привести доказательства. Но правда всегда на стороне честных людей.

– Я не могла поступить иначе. Ведь от этого зависит будущее моей семьи, любимых. А я очень серьезно отношусь к любви, – напоминаю его же слова. Он смеется.

– Как же мне повезло!

– Нет. Не так, – исправляю. – Как же нам друг с другом повезло!

Вит целует меня, и мы так и стоим посреди парка. Для нас время остановилось и ничего вокруг не существует. Только долгий, чувственный поцелуй и всеобъемлющая любовь.

Люди идут мимо и наверняка не подозревают, насколько сильно мы обожаем друг друга. Вот так, иногда маленькое «преступление» во благо может с ног на голову перевернуть жизнь стольких людей! Раскрыть их истинные лица и сделать из иллюзорного счастья настоящее. Крепкое. Такое, о котором мечтают все. Уж теперь-то я точно знаю,