Никто не узнает - Татьяна Никандрова

— Карина! — рявкает парень, раздраженно сжимая кулаки. — Не втюхивай мне, что мои чувства — херня. Это не так. Никаких возможностей ты меня не лишаешь, а женщины… Да плевать я на них хотел! Я натрахался, слышишь? Нагулялся. Я нас хочу. Тебя и меня. Вместе.

Богдан делает еще один крошечный шаг, и в ноздри забивается запах его кожи, смешенный с сигаретным дымом и прибитый ментолом. Самый потрясающий аромат, который я когда-либо вдыхала. Родной и бесконечно любимый.

Ну зачем он так со мной? Зачем все это говорит, терзает душу, мучает? Неужели и впрямь не понимает, что нет у меня выбора? Просто нет. Я заслуживаю спокойствия. Заслуживаю права не терзаться чувством вины каждый раз, когда вижу женщин с колясками. Заслуживаю возможности не сравнивать себя, тридцатилетнюю и изломанную, с его молоденькими поклонницами, пуляющими лифчики на сцену. Я заслуживаю долбанной душевной гармонии, которая вот уже несколько лет отказывается ко мне возвращаться.

А Богдан заслуживает счастья. Простого человеческого счастья, которое я, увы, ему подарить не способна.

Олег принял мое нежелание иметь детей. Принял и смирился. И, учитывая то, что мы с ним вместе прошли через потерю ребенка, его принятие кажется мне вполне естественным.

А вот с Богданом я так поступить не могу. Слишком он необыкновенный. Сильный и в то же время беззащитный в своей неподдельной искренности. Сосем еще юный. Чуткий. Трогательный. Светлый. Самый светлый мальчик на Земле.

Всевышний, если ты все-таки существуешь, молю, дай мне сил закончить начатое. Пусть Богдан меня услышит. Пусть поймет, что это все только ради него.

Делаю глубокий медленный вдох и задираю подбородок повыше, чтобы продемонстрировать непреклонность и решительность. Да, только так. По-другому прекратить затянувшуюся пытку не получится.

— Послушай меня внимательно, Богдан. Давай поговорим по-взрослому. Я замужем и приняла решение остаться с мужем. Ты можешь сколько угодно меня переубеждать, но это ничего не изменит, — вижу, как от лица парня отливает кровь, а веки, наоборот, выразительно краснеют. Дальше смотреть на его боль нет сил, поэтому я опускаю глаза в пол. — Я уезжаю в Америку. Сегодня. Сейчас. И ты не будешь этому препятствовать.

— Карина, пожалуйста, не надо, — говорит совсем тихо, с вкрадчивой мольбой, от которой мое трепещущее сердце разбивается на тысячи осколков. И каждый из них вибрирует отчаянием. Каждый болит. — Ты просто напугана. Ситуацией, абортом, грядущими переменами… Но это временно, понимаешь? Мы справимся, со всем справимся. Только не бросай меня. Не уходи. Я не могу тебя потерять…

Вот же черт! Даже не припомню, когда меня в последний пожирала такая пробирающая до костей агония. Наверное, на похоронах Максимки. Правда тогда мне нужно было примириться с независящей от меня неизбежностью, а сейчас я творю эту неизбежность сама. Собственными руками.

Богдан снова протягивает ко мне ладони, и я, заткнув сердечный порыв упасть в манящие объятья, отшатываюсь от него как от прокаженного.

— Не подходи. Позже ты мне еще спасибо скажешь. Когда повзрослеешь, когда поймешь. Когда-нибудь это случится обязательно.

Я пячусь назад, разворачиваюсь и, переходя на бег, устремляюсь в зону таможенного контроля.

Отвратительное получилось прощание. Ранящее и лживое. Но иначе было нельзя. Иначе бы не вышло.

Провожу рукой по мокрой щеке, собирая слезы. Я сейчас не просто плачу, нет… Я реву навзрыд. Со всхлипами, рваным придыханием и трясущимися губами.

В области солнечного сплетения одна за другой разрываются ядерные бомбы, а в голове крутится назойливая строчка из попсовой песни, которую я однажды напевала Богдану: «Напитки покрепче, слова покороче. Так проще, так легче стираются ночи…»

Какая ирония! В самые трагичные моменты жизни на ум приходят не возвышенные цитаты классиков, а именно вот это — затертое до дыр, сопливое, юношеское.

Забавно, а ведь там, в клипе на эту песню он ее не отпустил. Догнал, впился в губы страстным поцелуем и вынудил остаться. Так романтично, согласитесь?

Только вот жизнь совсем не клип. Здесь все куда прозаичней. Богдан не догонит меня, не вернет. Наша любовь не превратится в сказку со счастливым концом. Мы не поженимся, не нарожаем детей, не умрем в один день, держась за руки. Мы расстанемся, будем страдать, а потом…

Потом он неизбежно меня забудет.

И это здорово, черт побери, здорово. Потому что больше всего на свете я хочу стереть из памяти его мертвенно-бледное лицо с потухшими глазами.

Глава 44

Полтора года спустя

Карина

— Кариночка, привет! — лицо Эдика на экране монитора расплывается в широкой улыбке. — Как слышно?

— И слышно, и видно отлично, — отвечаю я, энергично кивая головой. — Как дела?

— Супер, все прекрасно. Твою новинку в издательстве одобрили, на следующей неделе вышлю договор на подпись. И, кстати, в этот раз мне удалось немного увеличить роялти, — не без гордости заявляет он. — Ты же теперь автор, по книгам которого снимают сериалы! Пускай раскошеливаются!

— Ну хватит, не сыпь громкими словами, — смущенно смеюсь я. — Кстати, когда премьера? Летом?

— Да, поговаривают, что в июне, но точная дата пока неизвестна, — отзывается агент. — Хочешь расскажу недавний прикол с киношниками?

На целый час мы с Эдиком погружаемся в бурное обсуждение рабочего процесса: согласовываем детали будущих контрактов, обмениваемся мнениями по поводу недавно вышедших новинок конкурентов и радуемся переводу моего бестселлера на испанский язык.

— Если я не ошибаюсь, сегодня у твоего Гольдамана день рождения? — закрыв все рабочие вопросы, вспоминает агент. — Будете праздновать?

— Только вечером, наверное, — пожимаю плечами я. — Олег вечно на работе.

Переезд в США ни коим образом не решил проблему с нехваткой свободного времени у мужа. Он по-прежнему сутки напролет проводит в офисе. Важные встречи, деловые ужины и непрекращающиеся даже поздним вечером переговоры по телефону — Олег международный бизнесмен, и этот статус, как ни крути, накладывает определенные обязательства. Нельзя просто вырубить мобильник и уйти на внеплановый выходной. Даже в собственный день рождения.

— Ну а ты возьми и устрой ему сюрприз, — воодушевленно предлагает Эдик. — Надень шикарное нижнее белье, сверху накинь шубу и заявись к нему в офис. Вот он удивится!

Идея, конечно, авантюрная, но совсем не в моем стиле. С трудом представляю себя в мехах на полуголое тело. Это каким-то киношным фарсом отдает, не находите?

— Я, пожалуй, пас, — с сомнением в голосе отзываюсь я. — Мы с Олегом такое не практикуем…

— Брось! Согласно последним исследованиям, у семидесяти трех процентов пар, состоящих в браке более пяти лет, огонек страсти гаснет именно из-за нежелания пробовать что-то новое и удивлять партнера!

Уж не знаю, откуда