Цвет греха. Чёрный - Александра Салиева

Вот же…

Лучше бы я оглохла и в самом деле не услышала.

Глава 18.1

Не притворяться же, что так и есть?

Всё равно не поверит.

Ещё бы сообразить, что теперь сказать!

Но соображается очень медленно. Разум вообще отказывается анализировать и искать решение данной задачи. Куда проще было бы поступить, как ещё совсем недавно, и просто свалить, запереться за какой-нибудь новой дверью, подождать там, когда у опекуна какие-нибудь другие темы для разговора появятся. Жаль, он определённо учитывает такую вероятность с моей стороны. Неспроста же руку с крыши до сих пор не убирает, пока ждёт от меня встречной реакции.

Она, к слову, так и не наступает.

— Асия… — тихо, но с нажимом зовёт меня по имени мужчина, придвинувшись чуть ближе.

Я же в этот момент всё ещё судорожно соображаю, как быть. Как назло, ни одна подходящая мысль так и не возникает, разве что… буду честной? Почти.

— А там разве есть, что обсуждать? — спрашиваю, но в ответе не нуждаюсь, ведь личные выводы по части теоретического согласия куда проще и безопаснее. — Просто растерялась слегка. С кем не бывает? От неожиданности. Нет ничего такого, что можно было бы действительно обсуждать, — фыркаю демонстративно беззаботно.

В чёрных глазах не существует ничего, что могло бы помочь поверить в то, будто он разделяет мою точку зрения. Скорее, наоборот. Но я не сдаюсь.

— Нет ничего такого? — переспрашивает бывший муж моей матери, выгнув бровь в явном несогласии. — Потому что лично мне показалось совершенно ин…

Не договаривает. Банально не успевает. Продолжаю в том же духе, что и прежде, бесцеремонно перебивая его:

— У каждого второго мальчишки, начиная с подросткового возраста — вечный стояк, особенно по утрам. Такая уж у вас особенность физиологии. И что теперь? — снова спрашиваю и снова не жду ответ, ведь у меня имеются свои. — Каждый теперь что ли собирается лишить меня девственности, а мне стоит начинать переживать и впадать в истерику, глядя на каждого встречного противоположного пола, чуть что? Вот уж не думаю! — отворачиваюсь от него. — Я не настолько недалёкая, чтобы это не понимать, — заканчиваю ворчливо себе под нос.

И только потом соображаю, что некоторая информация — абсолютно лишняя. Например та, где про мою девственность. К тому же, стоящий в непомерной близости никак не сдаётся.

— Асия… — зовёт снова.

И будто мало этого, задевает за плечо, разворачивая обратно к себе. В общем, сам так и напрашивается.

— А что, Асия? — реагирую гораздо резче, чем стоило бы, но да ладно. — Я разве не права? — округляю глаза для большей убедительности своего показного удивления, вновь не оставляю ему возможности и слова вставить. — Нет, ну если ты настолько сильно вжился в роль моего отчима, так и быть, давать обсудим все нюансы физиологических процессов человека! Не только мужских, но и женских! — предлагаю с нездоровым энтузиазмом. — Например, на следующей неделе у меня начнутся месячные. Хочешь знать, пользуюсь ли я тампонами или же прокладками в такие дни? — ехидничаю. — Считаю, раз уж такое дело, это тоже надо непременно обсудить! И тем, и другим, кстати, я пользуюсь. Зависит от времени суток и того, какая интенсивность боли сопровождает процесс сопутствующей кровопотери, — сама отвечаю на свой же последний вопрос. — Но, раз уж мы тут начинаем обсуждение, которое тебе столь интересно, думаю, стоит сперва поехать в аптеку, чтоб уж вышло совсем наглядно, я тебе всё обязательно покажу и объясню подробнее, — киваю самой себе с такой же напускной беззаботностью, что и прежде, пусть и даётся с некоторым трудом. — Они ведь всё-таки бывают очень разные, ассортимент на современном рынке средств гигиены настолько большой, что, если не разбираешься в этом, можно легко ошибиться. И если совсем не подойдёт, тогда придётся нам ещё не раз вернуться к этому обсуждению!

Это всё точно я сказала?!

Будто бес вселяется, не иначе.

Хотя, надо признать, я почти получаю некоторое извращённое удовольствие, пока всё это время нагло смотрю ему в лицо. Особенно, после того, как мужчина заметно прищуривается, а его ладонь на крыше автомобиля сжимается в кулак.

Так тебе и надо, Адем Эмирхан!

Будешь знать, как смущать меня…

Глава 18.2

Ещё бы он сам всем этим смутился, прошло бы вовсе замечательно. Да только когда с ним было настолько легко? Не бывает. Вот и в этот раз — всё то же самое.

— Ладно, если ты так считаешь, — с лёгкостью соглашается мужчина.

С чем именно он соглашается, до меня доходит не сразу. Приходится сперва уточнить:

— Ладно? — переспрашиваю тихонько.

Ладно — в том смысле, что разговор исчерпан?

Или же…

Нет, конечно!

— Хочешь, чтобы мы поехали в аптеку, поедем в аптеку, — пожимает плечом опекун.

Да с таким видом, словно и в самом деле нет ничего такого ненормального в его предложении!

Опять издевается надо мной, в общем.

Вот точно…

Мстит!

А я…

Млин, когда и как я докатилась до такой жизни?!

Уж лучше бы мы его стояк и дальше обсуждали.

Но нет же!

Разумеется переводить тему обратно я не стану. Да и сам мужчина продлять полемику не собирается. Помогает мне устроиться на пассажирском сидении, не менее издевательски заботливо пристёгивает меня ремнём безопасности, захлопывает дверцу с моей стороны, обходит машину с капота и сам устраивается за рулём. Каждое из этих мгновений кажется сущей пыткой. Разум вновь старается судорожно сообразить, как бы справиться с очередной непосильной задачей, и опять ничего путного на ум не приходит.

Разве что повторить ещё разочек?

В смысле, отвлечь его.

Чем на этот раз?

Да хотя бы…

— Научишь меня водить машину?! — срывается с моих уст прежде, чем автомобиль двигается с места.

Так и не двигается.

А мне, кажется, всё же удаётся хоть чем-то удивить непробиваемого на эмоции Адема Эмирхана. Возникшая пауза разбавляется его