Не мой прекрасный принц - Надежда Швец

Каймон, неприятно впечатленный моей речью — конечно, ведь столь прямо выражаться не принято, как-то болезненно сжался, даже отшатнулся.

— Лучшей гарантией будет слово уважаемого человека. Того, кто ведет свой род из знатной ветви. Например, я подхожу на эту роль. И подтверждения более лучшего, чем факт того, что я признал вас и даже взял в жены, нет.

Я расплылась в ядовитой ухмылке, очередной раз пронзая пристальным взглядом герцога. Конечно, помню я его желание усадить свою задницу на трон. Хитер, подлец.

Впрочем…

— Я согласна. Только при условии, что это произойдет как можно скорее. Я хочу вернуться в свои королевские владения.

Отвернувшись, я гордой походкой прошлась по шатру, уселась на ложе из шкур.

Каймон выглядел удивленным. Думаю, он ожидал, что придется долго убеждать меня в силе своей любви и воспевать поэмы в честь моей красоты.

Пусть катится к черту, моей наивностью ему больше не воспользоваться. И в сердце более не проникнуть — оно рассыпалось в прах, утонуло вместе с насмешливым, дерзким гигантом.

— Что? — отреагировала я на его промедление. — Я буду спать, можешь уходить. И эту, рыжую, прихвати.

— Эээ… Это мой шатер, принцесса.

— И что? Предлагаешь мне спать около костра? Иди, герцог, найдешь еще себе местечко потеплее. Учись заботиться о своей будущей жене.

— Аа… Что это за девушка?

— А это, Кай, змея обыкновенная. Забери ее, пока она меня не ужалила.

— И куда ее?

— У меня спрашиваешь? Сами притащили, сами и пристраивайте.

Каймон еще какое-то время мялся около выхода, будто, не решаясь что-то спросить.

— Что еще? — устало выдохнула я, пока крутила в руках шкатулку, найденную в углу шатра. Я так крепко прижимала ее к себе, что с ней меня сюда и приволокли.

— Извините, принцесса, но я не могу не спросить…

— Спрашивай уже!

— Что у вас на лице? Это для того, чтобы никто не узнал вас?

— А ты не узнал меня с вуалью?

— Узнал, я ведь много раз с вами общался и… я ведь вас люблю! Как я могу не узнать любимую?

Меня начинал пробирать истерический смех. Любит он меня, как же!

— А это, дорогой, — я откинула с лица вуаль и растянула губы в кривой ухмылке, нагло сворованной у орка, — трофеи Джахара.

Каймон отшатнулся, в его глазах зажегся настоящий ужас.

Более немедля, он схватил Ису, закинул ее к себе на плечо и спешно покинул шатер.

Любит он меня, хитрец!

Я задумчиво покрутила в ладонях вуаль. А Дагон ведь считал это излишеством, моим глупым капризом. И целовал без отвращения. Ох, мой орк!

Я откинула вуаль будто надоевшую тряпку, в самый дальний угол, решив никогда более к ней не возвращаться. Пусть считают меня уродливой, отворачиваются с отвращением и за спиной обсуждают. В глаза никто не посмеет сказать ничего дурного, не с моим статусом! Я даже уверена, что будь я менее сговорчивой, то Каймон бы переборол себя и полез убеждать меня в любви поцелуями.

На следующий день я, придирчиво осмотрев небольшую горстку ободранных наемников, которых герцог по ошибке, думаю, назвал своим отрядом, приняла решение двигаться в сторону ближайшего города, где и "воскресну" впервые.

— Разумное решение, — прокомментировал мой план Каймон, — но, думаю, местному градоправителю не понравится присутствие особы королевских кровей. По слухам, он обложил горожан непомерными налогами, которые лишь на четверть доходят до королевской казны.

— Остальное оседает в его карманах? — улыбнулась я, потирая пальцами нож, которым до этого разрезала вяленое мясо.

Герцог бросил обеспокоенный взгляд, немного смутился моим пристальным вниманием к холодному оружию.

— Разумеется. Ему удобнее устранить вас, чтобы не привлекать внимания короля.

— Тогда, — хищно оскалилась я, — надо устранить его раньше. Ты ведь займешься этим?

— Э… Конечно, принцесса. Мы прибудем туда через пару дней. В городе нас будет ждать четверть отряда, они уже распускают среди народа слухи о том, что вы живы.

— Зачем же? Лучше застать врага врасплох.

— Ваше Высочества, — мягко улыбнулся мужчина, — там нет врагов, основная часть населения мирные люди, ваши подданные.

Я ответила ему хмурым взглядом. Врагами мне были все, сам же герцог тоже в их числе.

— Еще, — миролюбиво прощебетала я, меняя тон, — хочу попросить, Кай, маленький свадебный подарок.

Обмануть его своим наивным взглядом не удалось — мужчина успел заметить изменения в моем характере и был настороже.

— Вам хотелось бы чего-то конкретного?

Я лучезарно улыбнулась, беззаботно махнула рукой.

— Да. Ничего особенного, но это очень важно для меня. Я хочу голову одного орка. Отрубленную, конечно.

Если мертв Дагон, то умрет и Гро-Домин. Как предводитель орков, он должен был предусмотреть возможность войны, предотвратить это. Или же отправляться к троллям лично. А, возможно, еще и более предусмотрительно относиться к кораблям, которые выделил для своего войска.

Чего он делать не должен был точно, так это сразу же отнимать все имущество, принадлежащее Дагону. Он же вцепился в идею присвоить себе чужое подобно жадной гиене. Поспешил урвать себе побольше мехов и подушек.

Возможно, не будь мой разум столь отравлен болью и скорбью, я бы смогла нормально обдумать произошедшее, оправдать оркского вождя, а после и вообще прийти к выводу, что он не виновен в смерти моего орка. Но, казалось, все мое нутро, и сердце, и душа, каждая капля крови, были насквозь пропитаны болью утраты. Чувство потери и отчаяние столь прочно просочились под мою кожу, что хотелось омыть их кровью.

Не важно, виноват ли Гро-Домин, я хотела его смерти. Впрочем, сейчас мне казалось, что умереть должен весь мир. Как они смеют жить, когда тот, кто важнее всех на свете, мертв?

— Это не будет проблемой?

Будто отмерев, герцог поспешно кивнул

— Вы хотите захватить под свою власть Джахар?

Вспомнилась Урса с малышкой Даной на руках, ворчливая и назойливая Ру. Траган, который с детским обожанием возился с диковатой Сией.

Что же стало с Траганом…

— Нет! Нужен только один, определенный, орк. Это их вождь, предводитель. Я хочу, чтобы ты отправил к нему наемников. Самых жестоких и кровожадных. Выбери тех, кто ничем не побрезгует.

— Но, если это их глава, то можно захватить и город!

Я недовольно поморщилась наивности своего фальшивого жениха. Я-то прекрасно понимала, что хоть орков и не столь много, но там большую роль играет качество их обучения, сила, вооружения.

Один орк стоит десятерых воинов-людей.

— Ты планируешь сделать это с шайкой оборванцев? — скептически приподняла я бровь, намекая на несостоятельность отряда герцога.

— Нет, зачем же, — смутился он. — Можно будет взять Джахар после того, как армия королевства перейдет в