Неистовый - Дж. Б. Солсбери

Джордан подтягивает одеяло и перекатывается на бок.

— А что сегодня вечером?

Я оглядываюсь через плечо и ловлю ее взгляд на моей голой заднице.

— У тебя проблемы с кратковременной памятью?

Еще одна ее ленивая улыбка, и я подумываю о том, чтобы пропустить весь свой день, чтобы снова забраться к ней в постель.

— Нет, я помню эту часть. Ты сказал, что вернешься домой пораньше.

Напоминание о сегодняшних планах убивает мое возбуждение.

— Ужин с моей семьей.

Она садится, внезапно проснувшись и насторожившись.

— Всей твоей семьей?

— Да. Если ты не хочешь идти…

— Я пойду. Просто знакомство с семьей — это большой шаг. — Она теребит край одеяла.

— Ты уже встречалась с большинством из них.

— Да, но… — Она закусывает губу. — Хадсон и Кингстон там будут?

Я киваю и она, кажется, немного расслабляется.

Проверяю время. Необходимость уходить выталкивает меня из постели.

— Будь готова к отъезду в шесть часов.

— Да, хорошо.

В несколько минут седьмого я вхожу на кухню и нахожу там ожидающую меня Джордан. Она склонилась над островом, подперев подбородок рукой, и листает журнал.

Ее рука застывает на середине страницы, а взгляд поднимается ко мне.

— А вот и он.

Я изучаю ее бежевые брюки и черную водолазку, облегающую ее женственные изгибы. Ее длинные волосы ниспадают на лицо, а глаза, с добавлением макияжа, стали более светлого серого цвета.

— Хорошо выглядишь. — Комплимент не отдает ей должного, потому что она выглядит фантастически, но, с другой стороны, Джордан всегда так выглядит. Разодетая или грязная, один только взгляд на нее делает со мной странные вещи.

— Ну, я прекрасно себя чувствую. — Она подходит ко мне ближе, ее высокие каблуки стучат по полу.

В нетерпении я хватаю ее, прежде чем она оказывается достаточно близко ко мне, и целую в губы, раздраженный барьером блеска, который меняет ее естественный вкус.

Джордан тихо мурлычет в ответ на поцелуй, и скользит руками вверх по моей груди, по плечам и вниз по бицепсам.

— Что такого в мужчине в свитере? — Ее взгляд падает на расстегнутый воротник моей рубашки. — Можно?

Я поднимаю подбородок в ответ.

Тонкие кончики пальцев касаются моего горла и скользят между моей кожей и тканью, пока она поправляет воротник. Моя шея нагревается от прикосновения, и могу лишь надеяться, что жар не отразится на моих щеках.

С последним постукиванием по груди она отступает.

— Совершенство.

Я думал о ней то же самое.

— Готова идти?

Она берет со стойки маленькую сумочку, а со спинки стула — черный пиджак.

— Давай сделаем это.

Я веду нас к лифту и чувствую на себе ее взгляд с противоположной стороны кабинки, когда спускаемся вниз.

— У тебя есть вопрос. Спрашивай уже.

— Мне просто интересно, как мы играем в эту игру? Твоя семья знает, что мы живем вместе?

— Не все из них.

— Они будут удивлены, увидев меня с тобой?

— Возможно.

Дверь лифта открывается со звонком, привлекая мое внимание, поэтому я застигнут врасплох, когда Джордан кладет руку на мой бицепс и держится за меня.

Я смотрю на то место, где ее светло-зеленые отполированные ногти лежат на сгибе моей руки, и наслаждаюсь ощущением, что я с ней вот так публично. Женщина, которая выбирает быть со мной, и ей не платили за это.

Джордан не отстает от меня, когда мы проходим через вестибюль, и швейцар тепло улыбается ей.

— Аарон, что я тебе говорила об игре «Кардиналов»? — говорит она.

— Им просто повезло, мисс Джордан.

— Посмотрим, — бросает она через плечо.

— Мистер Норт. Мисс Уайлдер. — Джеймс приветствует нас открытой дверью в заднюю часть черного «Эскалейда».

— Как дела, Джей-мэн? — говорит Джордан и проскальзывает на заднее сиденье.

Я останавливаюсь и смотрю на своего водителя.

— Джей-мэн?

— Сэр, — он опускает взгляд, — она настаивает.

Конечно же, она настаивает.

В тот момент, когда машина трогается с места, Джордан поворачивается ко мне с любопытным взглядом в глазах.

— Твой отец — Август. Мать…

— Мачеха.

— Мачеха, точно. Как ее зовут?

— Лесли.

— Ясно. А твои братья — Хейс, Хадсон и Кингстон. Есть еще что-нибудь, что мне нужно знать?

— Лесли — биологическая мать близнецов. Мать Кингстона — модель и живет со своим мужем в Лондоне. Кингстон моложе близнецов, так что ни для кого не секрет, что Август не может держать свой член в штанах даже, чтобы спасти свою жизнь.

— А ты? Как насчет твоей мамы?

— Моя мать вне игры, — говорю я, глядя вперед.

— Вы не общаетесь?

— Она вне игры, — повторяю я, скрежеща зубами, внутренне вызывая ее снова спросить меня.

Джордан поднимает руки в знак капитуляции.

— Сообщение принято, Гризли.

Семейные ужины — это всегда катастрофа. Нам пришлось перестать устраивать их в ресторанах, потому что мы не могли прожить и часа без того, чтобы кто-нибудь не затеял склоку. Обычно это Август после слишком большого количества выпивки. Он нацеливается на одного из нас и не отпускает, пока мы не сломаемся. Я самая легкая мишень. Так было всегда. Чертовски надеюсь, что присутствие Джордан со мной заставит его выбрать кого-то другого сегодня вечером. Есть хороший шанс, что старик будет озабочен тем, чтобы использовать на ней свое отточенное обаяние, что на вечер забудет о моем существовании.

Слишком скоро мы подъезжаем к зданию на Парк-авеню. Джордан снова берет меня под руку, и я провожу ее через двери и вестибюль к лифту.

— Еще один пентхаус, — сухо говорит она. — Почему я не удивлена?

Я забываю, каким шоком должен быть наш образ жизни для тех, чья жизнь отличается от нашей. Я не чувствую, что женщина рядом со мной хоть в малейшей степени впечатлена. В ее голосе больше разочарования, чем чего-то еще.

Добро пожаловать в мой мир, где человек ни в чем не нуждается и все же несчастен.

ДЖОРДАН

Я слышу бормотание голосов, прежде чем мы добираемся до двери, и мой живот сжимается от нервов. Я благодарна, что держусь за Александра, потому что могу скрыть дрожащие руки.

Мужчина изменился, как только мы вышли из его дома. Он осторожен, сдержан и более вспыльчив, чем обычно.

Александр не утруждает себя стуком. Он просто открывает дверь, ведущую в пещерообразное современное жилое пространство, так похожее на его собственное. Большие стеклянные двери в дальнем конце открыты во внутренний дворик, где люди собрались вокруг газового камина. Моя хватка на руке Александра становится крепче, когда мы проходим мимо