Измена. (Не) фригидная жена - Алиса Маис

По крайней мере, до звонка телефона.

Смартфон в его кармане начинает вибрировать и издавать неприятные, резкие звуки. Он поставил на этого абонента отдельный сигнал, и звонит он, судя по всему, нечасто. Дамир смотрит на экран, замирает, но берет себя в руки.

— Я на секунду… Это по работе, — он помогает мне сесть в холле, а сам отходит на несколько шагов, заходит за колонну и отвечает кому-то: «Я слушаю».

Мне не нравится его интонации.

Не нравится звонок.

Не нравится, что нас так нагло прервали.

Сначала я вижу только кусочек спины Дамира, но потом не вижу и этого… Волнение поднимается к моему горлу, я начинаю смеяться, осознавая, что с нашими попытками выйти замуж и развестись что-то постоянно не так. Кладу руки на животик и начинаю беседовать с Владой. Все хорошо, говорю я ей, папа скоро вернется, и мы уйдем.

В холле кто-то резко закрывает двери. Мне их не видно за еще одной колонной.

Дамира все еще нет. Так, я начинаю серьезно волноваться. Тянусь за сумочкой, чтобы позвонить, спросить, что происходит? Я слишком много пережила за эти несколько месяцев, и всевозможные страхи возвращаются проторенными дорогами в мое сознание. Я уже нажимаю на кнопку вызова абонента, когда вижу, как передо мной появляется силуэт человека, которого я боюсь больше всего.

* * *

Алексей Владимирович Сергеев.

Отец моего мужа.

Дедушка моего будущего ребенка.

Психопат — и это я выделила бы жирным шрифтом, если бы пришлось когда-нибудь составлять характеристику Алексея.

Он идет ко мне, уверенно переставляя ноги, как акула. Возраст на нем абсолютно не отражается — даже и не скажешь, что разменял шестой десяток.

— Привет, Вита. Давно не виделись с тобой, — он садится рядом.

У меня ощущения, что я впервые вижу этого человека. Поправка — настоящим. Как все-таки играет с нами восприятие, Алексей даже рубашки носит одинаковые, но после всех ужасов, которые о нем открыли сыновья, я совсем не узнаю его.

И куда запропастился Дамир?

На секунду я утопаю в панике, что все это спланировано… Что Дамир приехал ко мне, вынудил меня простить его, почти сделал своей женой, чтобы отдать Владу своему отцу-тирану… Паника сжимает горло, потому что спустя столько месяцев лишений и надежд я оказалась там, где и была вначале. Алексей, от которого я всеми правдами и неправдами держалась на расстоянии, сидит в полуметре от меня.

— Поздравляю, — кивает он на мой живот.

Спрятать его не представляется возможным даже под плюс-сайз курткой.

— Случайно зайти решили? — вырывается из моего рта саркастическое заявление.

Внутри дрожу, но всеми силами строю из себя боевую девчонку.

— С тобой повидаться хотел, — простодушно заявляет он. Приходится напоминать себе, что он — чудовище. — Познакомиться с внучкой своей хотел.

Откуда он знает, что у меня будет девочка? Моя голова сейчас разлетится на части от напряжения. И где Дамир?!

— Вита, — начинает он мягко так, накрывая мою ладонь своей рукой, — мне кажется, что нам нужно поговорить с тобой. Я знаю, что мои сыновья кое-чем с тобой поделились. Но я уверяю тебя, что они… Они преувеличили, серьезно.

— Преувеличили? — поднимаю брови.

Мне хочется уйти. Но далеко ли я уйду на восьмом месяце беременности?

Я все-таки поднимаюсь.

Не желаю я ничего слушать.

Поднимаюсь и чувствую глухой хлопок где-то в животе. Ощущение такое, будто напряженные внутренности вдруг расслабились. Я вроде бы что-то такое читала… Но что? Голова болит, эмоции мечутся по черепной коробке, мешая мне все осмыслить. Ответ приходит вместе с теплой жидкостью, которая стекает по внутренней поверхности моих бедер под джинсами. «О нет!» — единственное, что приходит мне в голову. Еще слишком рано!

Когда-то мы, конечно, посмеемся над нелюбовью Влады к ЗАГСу, посмеемся и над тем, что девочка определенно склонна к феерическим появлениям, даже если они до ужаса пугают мамочку. Но это все будет позже, а сейчас я до смерти напугана — и не хочу ехать в больницу с этим человеком. Но что мне остается? Дамира нет, а Алексей подхватывает меня, что-то говорит мне в самое ухо… Мне кажется, что я сейчас потеряю сознание. Но делать этого мне ни в коем случае нельзя.

Я должна все контролировать.

— В роддом? — спрашивает Алексей.

Я киваю и даю ему проводить меня до самых дверей. Я сажусь во внедорожник, на заднее сидение, обнимая животик и призывая Владу подождать еще немного. Если доедем до роддома, будет легче. Там я скажу медикам, чтобы никогда не подпускали ко мне этого человека. Несмотря на боль, я внимательно слежу за ним и ни на один процент не верю, что он переживает за меня. Разве что переживает, как за сосуд, который вынашивает его внучку. Не получит он ее!

— Вита, все будет хорошо.

— Куда ты дел моего мужа? — спрашиваю я, отбросив мнимое приличие.

Первый шок прошел, и я возвращаюсь к константе своего нового мира — Дамиру. Он бы не стал меня предавать. Если он не рядом, значит, не может быть рядом.

Но где он?!

— С ним все нормально. Я хотел поговорить с тобою с глазу на глаз…

Я отстраняюсь, Алексей пытается обнять меня за плечи. До чего же больно…

До чего противно находиться с ним! Сбывается мой худший кошмар, в чужом городе мне абсолютно не к кому обратиться. Внедорожник несется по улицам, унося меня прочь от Дамира.

Я держусь. Держусь ради Влады, хотя внизу живота все горит огнем, тянет до ужаса просто, и согнуться хочется, и упасть на спину, лишь бы боль прошла…

Я успеваю увидеть перед собой здание родильного дома, а потом на мое сознание начинает медленно наползать тьма.

* * *

Дамир просыпается на холодном асфальте.

На дороге…

Просыпается от пощечины.

Так его пытается привести в себя женщина в ярко-розовой куртке.

— Вы как? Скорую вызвать?

Первое, что он чувствует, холодный ветер на лице.

Дамир резко распахивает глаза, и воспоминания загружаются в его голову быстро и последовательно. Виталина, Влада, его отец. Он поднимается, невпопад благодарит женщину, которая не прошла мимо. Дамир, конечно, и сам по себе очнулся бы, но время… Все решало время. Эта незнакомка, возможно, поможет ему спасти ситуацию, спасти Виталину.

Вернувшись в холл, Дамир никого там не находит. Это было бы чудо, если бы Вита ждала его здесь, но он все равно психует. Дамир набирает номер Виты, но и здесь интуиция его не обманывает — телефон отключен, как он и